Но Скалли не жалела. Ни о чем. И не изменила бы ни единого болезненного мига. Оно того стоило. Особенно, если учесть... Обернувшись, она взглянула сквозь открытую дверь ванной на мужчину мирно спящего в ее постели. Малдер безусловно стоил всех испытаний, когда-либо посланных ей судьбой. Скалли не думала, что смогла бы сделать, то что сделала, из-за кого-нибудь или чего-нибудь другого... только из любви к нему, только ради него...

И после всего пережитого, зная о том, что ей предстояло проделать сейчас... над собой... над ним... Скалли не хватало духу причинить ему новую боль, но... время поджимало, а если бы она попыталась объяснить все заранее, Малдер, скорей всего, помешал бы... Или настоял на своем присутствии. А этого уже она не смогла бы вынести. Хватит с него и той боли, что он испытал, узнав ее в Джулии...

И, по правде сказать, ей еще пришлось бы попросить его кое-о чем, на что он никогда бы не согласился. Но чтобы обращение к врачу ни у кого не вызвало подозрений, ее повреждения должны выглядеть убедительно.

Синяк под глазом поможет добиться цели. Поставленный кулаком выведенного из себя хозяина. Да, синяк подойдет...

«Так, хватит рассусоливать, - приказала самой себе Скалли, - пора за дело!»

Трясущимися руками она открыла косметичку и достала оттуда пинцет, не переставая удивляться, как ей разрешили его оставить?

Впрочем, в этом очень помогла Элизина непреклонная уверенность, что пинцет был неотъемлимой частью косметички каждой уважающей себя женщины. Настойчивость, вздернувшей одну из своих тщательно выщипанных бровей, компаньонки, высокомерно уставившейся на длинные тонкие щипчики из прочной пластмассы, возымела успех. Охранник, осматривавший скудный багаж Джулии, только пожал плечами и обронил: «Как скажете». А Джулия тихонько вздохнула от облегчения, потому что это были не простые щипчики, но сделанный из пластика, чтобы казаться совершенно безвредным, настоящий анатомический пинцет. Только медработник заметил бы разницу, а для человека непосвященного, тупые, квадратные концы не представляли никакой опасности, и не походя на оружие, не вызывали подозрений. Зато отлично подходили для ее целей.

Прямо перед тем, как Малдер уснул, Джулия рассказала ему о визите рабочего прачечной. В ответ, он сказал, что теперь им остается только подать сигнал Крайчеку. И снова Джулия ушла от обсуждения, пообещав, что, они непременно сделают это, как только она будет готова.

Пресытившись сексом, уютно устроившись в ее объятиях, истощенный Малдер кивнул в знак согласия и тут же провалился в сон.

Но Джулии не спалось. Прислушиваясь к дыханию возлюбленного, поглаживая его по спине, она неотрывно смотрела на отсчитывавшие прочь минуту за минутой часы, и ждала наступления ночи. Пылающий красным циферблат, словно вел обратный отсчет к началу кровопролития. Она старалась успокоиться, время от времени касаясь своего возлюбленного.

Вечерние тени заполнили комнату, и бросив последний взгляд на сладко спящего Малдера, Джулия закрыла дверь ванной. Она не хотела будить его, а для выполнения задуманного ей понадобился бы свет.

И резкого блеска окружавших зеркало лампочек вполне хватит. Наклонясь ближе, она поднесла пинцет к лицу и сделала глубокий вдох.

Больно! Проклятье! Если б она могла, то закричала бы, едва пинцет вонзился в чувствительную слизистую ее носового прохода. Однако, превозмогая страдания, Джулия, поглубже воткнув тонкие концы, наконец нащупала и захватила заветный приз. На миг зажмурившись от мучительной боли, она почти опустила руку, но перед внутренним взором проплыли лица родных и друзей, побуждая ее закончить начатое. Она должна была это сделать. Если не для них, то ради миллионов тех, кто еще мог выжить. Ради Малдера.

Беззвучно вскрикнув, недрогнувшей рукой Джулия поддела чип. Из носа хлынула кровь и зажатый между концами пинцета, он выскользнул прочь, красный и блестящий.

Боль, казавшаяся нестерпимой, постепенно стихала. Слабо улыбнувшись, Джулия посмотрела на чип и снова обернулась к зеркалу.

Это было ошибкой.

Кровь, струящаяся из ее носа, капала на подбородок и стекала по шее, начиная впитываться в ворот рубашки Малдера. Той, что она подобрала на полу. «Опять! Господи, только не это...» - думала Джулия, чувствуя, как начинает кружиться голова.

«По крайней мере, теперь ему не придется меня бить...» - успела подумать она, прежде чем упала в обморок...