Resist or Serve Вторник, 2020-11-24, 7:26 PM
Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Тень | RSS
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Модератор форума: Alex_Оstrov, Black_Box, Soul  
Resist or Serve » Креативность » X-files FanFiction » Изба-читальня: "И смерть свою утратит власть"
Изба-читальня: "И смерть свою утратит власть"
KenaДата: Воскресенье, 2012-08-19, 12:24 PM | Сообщение # 196
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
- Ты даже больше, чем просто сильная, красивая и уверенная в себе, - прошептал он и, притянув Скалли к себе, коснулся ее губ своими. – Не забывай об этом, - добавил он, отстранившись.

- Постараюсь, - пообещала Скалли.

- Сейчас, конечно не совсем подходящее время для того, чтобы спрашивать… - снова заговорил Малдер.

- О нет… - настороженно протянула она. – О чем?

- Прости, - с улыбкой извинился Малдер. – Наш поцелуй напомнил мне о твоем брате.

- Как сексуально, - заметила Скалли, скорчив рожу. – Что конкретно тебя интересует?

- Сама знаешь, - ответил Малдер, одной рукой опершись на кровать, а другую положив Скалли на грудь. «Еще одно новое ощущение, - подумала она удовлетворенно. - Удивительно, как секс может сделать такое безумно возбуждающее прикосновение искренним и чувственным и полностью преобразить его значение. И нечто столь сексуальное превращается в простой знак привязанности, как держание за руки, но более интимный и гораздо более особенный».

- Я так и не спросил, расстались ли вы по-хорошему, - продолжил Малдер. – Наверное, меня просто не отпускает мысль о том, что случившееся тогда только усугубило твою… травму.

- Возможно, - признала Скалли. – Вполне вероятно. До этого я никогда не чувствовала себя так неуютно в своей же семье. Как будто мне пришлось оттолкнуть их в тот самый момент, когда они больше всего были мне нужны. Но это недопонимание между мной и Биллом появилось давно, Малдер. Ты не можешь винить себя за это.

- Могу, стоит только захотеть, - сказал он, и, несмотря на то, что слова были будто бы сказаны не всерьез, Скалли увидела долю правды в этой шутке. Он все-таки винил себя.

- Мы расстались не врагами, Малдер, - сказала она, пытаясь его утешить. – Я отвезла его в аэропорт, и по дороге мы… почти помирились.

- Вот как, - сказал Малдер со смущенной улыбкой. – Я рад. Я очень боялся, что разрушил ваши отношения окончательно.

- Нет, - заверила Скалли, откинув прядь волос с его лба. – Не разрушил. У моего брата есть кое-какой… «пунктик» насчет наших с тобой отношений, но мне кажется, что теперь он, по крайней мере, отдает себе в этом отчет.

- Он просто выполняет долг старшего брата, - сказал Малдер. – Защищает свою сестру.

- Да, братьям свойственно волноваться за своих сестер, - тихо сказала Скалли, гладя Малдера по волосам.

Он тихо усмехнулся, но в смехе сквозила нотка горечи.

- Я не так уж много времени потратил в последнее время на ее поиски, не находишь? С того самого дня в декабре я только и делал, что проверял резервистов и искал Крайчека.

- Ты возвращался на завод?

- Несколько раз. – Малдер покачал головой. – И не один, а с агентами из отделения Мобила. Они дважды нагрянули туда. Ничего. Пусто.

- Вдруг теперь уже не пусто?

- А, может, там вообще происходит нечто совсем иное, значение чего поймем только мы с тобой, - задумчиво предположил Малдер.

- О чем ты?

- Подумай сама, Скалли, - сказал Малдер, и она сразу же отметила, что он снова стал обращаться к ней по фамилии. «Значит, теперь мы работаем, лежа голыми в постели, - подумала она, улыбнувшись про себя. - Только Малдер на такое способен – обсуждать теории заговоров и одновременно ласкать мою грудь».

Малдер сощурил глаза, как всегда, когда напряженно думал.

- Мы искали не там, где следовало, - медленно произнес он. – Искать надо в другом месте, о котором мы бы обязательно подумали, если бы по-прежнему работали вместе.

- Не могу придумать ни одного, - сказала Скалли. – Если бы мы оба остались в Вашингтоне, то не увидели бы связи между сибирской язвой и офицерами запаса. А если бы тебя не назначили на это дело, - добавила она чуть тише, - то меня, возможно, уже не было бы в живых.

- Нет, - сказал Малдер, нежно обхватив рукой ее грудь. – Ты бы этого не сделала. Успела бы взять себя в руки и не наделать глупостей.

- Без тебя я бы не справилась, - возразила Скалли. – До недавнего времени я бы не поверила, скажи мне кто-нибудь, что я проживу еще хотя бы год. Серьезно. Но, как пишут в женских журналах, «не могу сказать, что я полностью излечилась, но мне уже лучше».

- И все это благодаря тому, что ты на три дня опять стала моей напарницей? – Малдер улыбнулся и поцеловал ее. – Надо было мне получить докторскую степень и начать практиковать.

- Не уверена, что мне бы понравилось, если бы ты опробовал свои методы на ком-нибудь еще, - сказала Скалли, и Малдер рассмеялся.

- Ладно, доктор Скалли, - сказал он с усмешкой, - можете считать меня своим личным психотерапевтом. Но учти, ты быстро передумаешь, когда получишь счет.

- Посмотрим, что скажешь ты, когда получишь счет за все медицинские услуги, что я тебе оказывала все эти годы, Малдер, - погрозила Скалли, и он снова засмеялся.

- Не могу себе позволить такой роскоши, - сказал он. – Ты хоть представляешь, во сколько мне обходится жизнь в Бирмингеме?

- Уж наверняка дешевле, чем в Александрии, - парировала Скалли. – Или на Винограднике Марты.

- И не говори, - простонал Малдер. – Если бы я получил обратно каждый пенни из уплаченных в налог на отцовский дом, то легко мог бы выйти на пенсию и жить припеваючи.

- Ты не собираешься его продавать?

- Нет. – Малдер покачал головой. – Почему-то меня успокаивает, что дом по-прежнему мой. Смогу там поселиться, когда у меня наконец отберут значок. Наверное, мне повезло, что траты на него ограничиваются налоговыми выплатами.

- «Повезло» - не то слово, которое я бы к тебе применила, - мягко заметила Скалли. – Тот, кто пожертвовал столь многим, не может считать себя везунчиком.

- С тобой мне повезло. Разве нет? – поддразнил ее Малдер, но потом заговорил серьезнее: - Мы оба многое потеряли, Дана. Больше, чем мне хотелось бы вспоминать в такой момент, как сейчас. – Снова поцелуй. – Но я не забываю, скольким ты пожертвовала, чтобы быть со мной. И даже сейчас помню об этом.

- Почему сейчас? – тихо спросила Скалли.

- Неважно, - ответил Малдер. – Это неподходящая тема, черт с ней. Просто не могу отделаться от мысли о том, что без меня ты была бы счастлива. Наверное, только в смерти твоего отца нет моей вины…

- Ты бы ее обязательно отыскал, если бы это было возможно, - сказала Скалли, пригладив его волосы.

Малдер улыбнулся.

- Наверное. Но я причастен и к смерти твоей сестры, и к конфликту с Биллом, и… к другим вещам.

- К бесплодию? – едва слышно спросила Скалли. – Я знаю, что ты думаешь об этом. Я тоже. Мы запрыгнули в постель, ни словом не обмолвившись о контрацепции, потому что оба знаем, что в ней нет необходимости. Я права?

Малдер долго смотрел на нее, а потом кивнул, и в его глазах отразилась боль.

- Да, - сказал он, коснувшись ее лица. – Да. Не могу смириться с тем, что это случилось с тобой. Особенно теперь.

Скалли покачала головой.

- Это не твоя вина. Она лежит на Дуэйне Бэрри. Или на Курильщике. Или на Крайчеке.

- Ты бы никогда не столкнулась ни с одним из них, если бы не оказалась в Секретных материалах, - заметил Малдер. – Что делает меня неотъемлемой частью всех твоих неприятностей, пусть даже тебе не хочется это признавать. Жизнь, которая могла у тебя быть – муж, дети, сестра, преподавание в Квантико, никакого рака – ты потеряла ее, потому что осталась со мной.

- Я осталась с тобой, потому что хотела, - возразила Скалли, опустившись чуть ниже и прижавшись к Малдеру. – С нашего первого дела в Орегоне, в Поданке, я больше не хотела работать ни с кем другим и заниматься ничем другим.

- Это был Бельфлер, и, кажется, я припоминаю твои заигрывания кое с кем из отдела бихевиористики во время дела Тумса, - сказал Малдер, обхватив Скалли за талию. Его голос внезапно снова стал хриплым.

- Всего лишь мимолетное увлечение, - сказала она, потершись об него и удовлетворенно заметив, что его член уже стал твердым. – Ни к чему не обязывающий флирт. Он ничего для меня не значил, честно.

- Да-да, - с иронией сказал Малдер. – Значит, я твой единственный и неповторимый - отныне и навсегда?

- Ну, - ответила Скалли, проследив кончиками пальцев контур его мускулов, - ты и еще Человек-червь. У него был этакий… гнилостный шарм.

- Забудь о нем, - сказал Малдер. – У вас бы ничего не вышло. Он гермафродит – ему никто больше не нужен. Живет в гордом одиночестве.

- Как вскоре будем и мы, - произнесла Скалли, внезапно погрустнев. – Поэтому давай не тратить остаток нашей последней ночи на то, чтобы винить себя за события, которые уже не изменить. Давай лучше посвятим ее чему-нибудь приятному и будем вспоминать об этом в разлуке. Хорошо?

- Хорошо, - согласился Малдер, понизив голос, и притянул ее в свои объятия.
 
KenaДата: Вторник, 2012-09-04, 11:56 AM | Сообщение # 197
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
В лунном свете
Я вижу твои томные глаза.
Смогла бы ты полюбить такого, как я?
И ты была права:
Когда я вошел в твой дом,
То знал, что не захочу его покидать.

Иногда я чувствую себя сильным,
Иногда – испуганным и замерзшим,
Иногда я плачу.

Но когда я увидел тебя,
То знал, что если ты будешь освещать мои ночи,
То я справлюсь.

«Кожа и кружево»
Стиви Никс
[подстрочник переводчика]


Глава девятнадцатая (из тридцати)

Аэропорт Мобила
Воскресенье, 7 марта
9:46

Пока они ехали до аэропорта, Скалли не произнесла ни слова.

«Но не так, как в прошлый раз», - думал Малдер. Не так, как во время гробового молчания поездки в Балтимор – страшной, замкнутой тишины, каждый момент которой приносил боль. Сегодняшнее молчание было больше похоже на тихую расслабленность после секса.

Чем оно, разумеется, и являлось.

Утром они проснулись, обнявшись, и вновь занялись любовью – медленно, лениво, пользуясь возможностью видеть все при свете дня, уже начинающего проникать сквозь шторы, нежно лаская, тихо шепча и постепенно достигнув оргазма, глядя друг другу в глаза.

Три раза за одну ночь, а они уже действовали так же легко и умело, как старые любовники. А что бы получилось, будь у них еще несколько дней? Или неделя?

Или целая жизнь?

Малдер покачал головой. «Об этом пока рано говорить, - подумал он. - Крайчек на свободе, а значит, она в опасности».

«Даже если бы не это, я бы все равно не знал, как поступить. Жениться? Тогда навеки потеряешь ее как напарника. Да и в Бюро этого никогда не допустят. А значит – никаких Секретных материалов и даже совместного сидения в общем офисе, ничего. Она работает в одном месте, ты – в другом, как и положено».

«Но подумай только, что стало бы тебе наградой…»

«Не стоит спешить, - сказал себе Малдер. - Надо решать задачи постепенно. И первоочередная из них – довезти ее до аэропорта, а потом уже придумать, как спастись от тобой же инициированной невыносимой разлуки».

Покинув Мобил, они вернулись в Дафни, чтобы собрать вещи и выписаться из отеля. Нет никаких сомнений, что Глассман уже удрал, чтобы успеть поговорить с Рольфом до ее приезда, мрачно сказала Скалли. С горькой усмешкой Малдер заметил, что, описывая перестрелку, местная газета упомянула только Глассмана.

Кто бы сомневался. Не то чтобы Малдер так горел желанием общаться с прессой: он ценил тот факт, что ему до сих пор более-менее удавалось оставаться в тени, и отнюдь не хотел превратиться в агента, который известен тем, что общается с желтой прессой.

На пути в аэропорт они еще раз заехали в полицейский департамент Дафни, чтобы Скалли смогла попрощаться с Маком и вручить ему пончики в шоколадной глазури.

- Ужасно, что нам довелось повстречаться при таких обстоятельствах, - сказал им Мак, - но, знайте, я буду очень рад, если смогу кому-нибудь из вас помочь. Обращайтесь в любое время.

Скалли, к большому удивлению Малдера, чмокнула офицера в щеку, чем вызвала на его лице необычайное оживление, сопровождавшееся появлением пунцового румянца.

После чего последовала молчаливая поездка в аэропорт. Когда они добрались до места, оказалось, что там почти пусто. У Скалли не было оружия, поэтому она быстро прошла очередь за билетами. Малдер понимал, что ей все равно будет не по себе без пистолета. Так бы чувствовал себя любой полицейский – с ПТСР или без него.

Малдер решил подождать вместе с ней у посадочных ворот. Обычно он высаживал ее перед терминалом и уезжал, разумно предполагая, что если она опоздает на самолет, то позвонит.

Но в этот раз он остался со Скалли, добровольно переключив на себя все внимание охраны в ходе процедуры по сдаче оружия, которую он ненавидел еще больше, чем ненавидела ее Скалли. И все ради того, чтобы молча, сжав ее руку в своей, посидеть вместе с напарницей, ожидая, когда объявят посадку на ее рейс.

Что произошло совсем скоро - слишком скоро.

Скалли поднялась, подхватив свою ручную кладь, и повернулась лицом к напарнику.

- Малдер… - заговорила она, но запнулась, не в состоянии сдерживать подступивший к горлу ком.

- Шшш… - прошептал он и впервые за многие годы, не стесняясь окружающих, обнял ее и погладил по спине. Они долго стояли так, не обращая внимания на взгляды пассажиров, пока не истекли последние минуты.

«Заканчивается посадка на рейс 1103 авиакомпании «Дельта» до Атланты и Вашингтона. Ворота номер один, - объявили в громкоговоритель. – Все пассажиры рейса «Дельта» 1103, просьба пройти на посадку. Заканчивается посадка…»

- Пора идти, - сказала Скалли, отступив на шаг и тыльной стороной ладони вытерев слезы. – Опоздаю на самолет.

- Хорошо, - ответил Малдер и, наклонившись, поцеловал ее – вдумчиво, медленно, нежно, не отрываясь от ее губ до той самой минуты, когда стюардесса нетерпеливо кашлянула, и он понял, что пришло время отпустить Скалли.

Она с грустной улыбкой отошла от него и встала в конце стремительно исчезающей в самолете очереди, но напоследок снова обернулась к напарнику.

- Малдер? – окликнула она.

- Да?

- Не дашь мне свой номер телефона?

Его губы расползлись в улыбке.

- Ну да, - ответил он, - конечно.

Вытащив из кармана визитку, Малдер нацарапал на обратной стороне свой номер и протянул напарнице, быстро наклонившись и поцеловав ее пальцы.

- Увидимся, Скалли, - с улыбкой сказал он.

- Я люблю тебя, - произнесла она и сразу же покраснела.

Малдер понимал, что она не хотела говорить это вслух, у всех на виду. Но слабая улыбка на губах Скалли дала ему понять, что она больше не хочет притворяться, прятаться от самой себя или кого-либо еще. И он тоже. Больше никогда.

Мы наконец-то нашли свою Истину. И теперь она действительно рядом.

- И я люблю тебя, Дана, - тихо ответил он. – Всегда любил.

Она снова улыбнулась и шагнула в проход. Скалли была последним пассажиром; двери за ней захлопнулись, и она исчезла.

Малдер долго стоял на месте, не понимая, как доживет до того момента, когда увидит ее вновь.

***

Отделение ФБР в Бирмингеме
Понедельник, 8 марта
15:25

- О, не иначе как блудный сын вернулся! – поприветствовал зашедшего к нему в офис Малдера Прескотт.

- Притча о блудном сыне – христианская, сэр, а я не христианин, - парировал Малдер, сев в кресло. – В любом случае, это не про меня. Я пришел не для того, чтобы признаться, что «расточил имение свое, живя распутно»*.
[*Евангелие от Луки, 15:11-32, притча о блудном сыне]

- Слышал, слышал, - с ухмылкой заметил Прескотт, усевшись напротив агента. – Придется отчитываться перед комиссией, умник из Оксфорда?

- И, скорее всего, перед большим жюри округа Болдуин, - добавил Малдер. – Но меня это не слишком волнует. Выстрел был совершенно оправдан, сэр.

- Черт, Малдер, да я в этом с самого начала нисколько не сомневался, - заверил его Прескотт. – Значит, взял парня?

- Мы взяли, - кивнул Малдер. – И в ближайшее время он от нас никуда не денется.

- Кто это «мы»?

- Сэр? – Малдер был сбит с толку.

- Что за «мы»? Ты сказал «мы его взяли». Половина этих «мы» - очевидно, ты, а кто вторая?

- Специальный агент Дана Скалли из БАНСП, - ответил Малдер, помедлив. Его самого удивило, как приятно и в то же время болезненно было произносить ее имя вслух.

- Скалли, вот как? Не она ли была твоей напарницей в Вашингтоне? – спросил Прескотт с напускным равнодушием, которое сразу насторожило Малдера.

- Да, сэр, она, но вы, кажется, уже об этом знаете, - сказал он. – В чем дело, сэр? Почему у меня такое ощущение, как будто меня подставили?

Прескотт покачал головой.

- Ничего подобного. Уж я-то тебя точно не подставлял, - сказал он с нехарактерной для себя серьезностью. – Ну конечно, черт возьми, я знаю, с кем ты работал до переезда сюда. Это ж в твоем деле написано. Да и тяжело было бы упустить такое из виду. Но я понятия не имел, что она тоже работает над этим делом. Узнал только на следующий день после твоего отъезда в Мобил.

- И кто вам сказал?

- Скиннер, - ответил Прескотт, намеренно проигнорировал излишнюю резкость в голосе Малдера и полное пренебрежение протоколом. Спустив ноги со стола, начальник сел ровно. – Хотя тогда по телефону я сказал тебе, что это не так, Малдер, но у меня самого тоже возникли вопросы по поводу твоего назначения. Я позвонил Скиннеру и потребовал, чтобы он выкладывал все начистоту.

- И что же он сказал? – нерешительно спросил Малдер.

- Что назначил тебя на это дело, потому что, во-первых, был уверен, что (ты) его раскроешь, а во-вторых – потому что уже отправил туда агента Скалли. Заявил, что вам двоим лучше поработать вместе еще какое-то время. – Прескотт положил локти на стол и соединил кончики пальцев. – Насколько я понял, он волновался о ней и решил, что ты сможешь ее подбодрить, вернуть немного уверенности в себе. Что ты, по-видимому, и сделал.

Малдер промолчал.

- Ничего не хочешь мне рассказать, Малдер? – спросил Прескотт с неожиданной мягкостью в голосе.

Малдер покачал головой.

- Нет, сэр, - ответил он. – Если вы не станете настаивать.

- Ну, все равно это не мое дело, - заметил Прескотт, облокотившись на спинку кресла.

- Только одно, - добавил Малдер. – Я думаю, в Мобиле по-прежнему остается проблема, требующая внимания ФБР.

- Ну да, сибирская язва, - сказал Прескотт. – Это, безусловно, тревожно. Что скажешь?

- Честно говоря, сэр, не знаю, - признался Малдер. – Нет никаких сомнений, что это сибирская язва и налицо связь с армейским резервом. То, что двое из жертв случайно принимали одни и те же препараты, практически невероятно, точнее – невозможно. Если принять на веру, что Ли действительно совершал хаотичные убийства.

- Хочешь сказать, что это не так?

Малдер снова покачал головой.

- Так. Несомненно. Но возможно, убийца податлив, и умелый человек легко подтолкнет его в нужном направлении и заставит убить конкретную жертву. В этом смысле он как хищная птица. У него есть инстинкты убийцы, но он «приручен» и поэтому атакует в основном тех, кого ему велят.

Прескотт минуту внимательно смотрел на агента, а потом взял карандаш и в задумчивости стал постукивать им по кожаной обложке блокнота.

- И ты когда-нибудь слышал о таком типе убийц? Сталкивался с ними? – наконец спросил он.

- Нет, сэр, - ответил Малдер. – Наемный убийца – обычно профессионал, и в его действиях нет ничего хаотичного. Он не действует под влиянием ярости и не допускает оплошностей. Мафиози никогда не теряют самообладания, а если и прибегают к особо жестоким или массовым убийствам, то на то у них есть причина – например, напугать кого-то или отомстить. Но маньяки обычно не поддаются уговорам и считают любого, кто осмелится к ним приблизиться, врагом.

- И насколько такой сценарий правдоподобен?

- В литературе не описано ничего, что заставило бы меня поверить в полную невозможность существования такого психологического типа. Я думаю, это более чем вероятно. И что эту ситуацию с сибирской язвой нужно держать на контроле.

- Это район Мобила, Малдер, а не наш, - сказал Прескотт. – Они уже этим занимаются, и ЦКЗ тоже. Но, насколько я знаю, Ли все еще твой подозреваемый. Работай над этим делом, когда сможешь, выясни все, что получится, но не в ущерб основным обязанностям. Субъект в больнице, под стражей. Как ты сам верно заметил, он никуда не денется. Ясно?

- Да, сэр, - сказал Малдер. – Это все?

- Слышал, в лаборатории закончили заниматься твоим оружием, - добавил Прескотт. – Его пришлют завтра курьером. У тебя есть какая-нибудь замена на это время?

- Неофициальная, - уклончиво ответил Малдер, и Прескотт ухмыльнулся, кивнув. Пускай: он и сам всегда имел при себе личное оружие.

- Отлично, - сказал начальник. – Возьми выходной на сегодня. Езжай домой, отдохни. Судя по всему, ты мало спал последнее время.

Малдер бросил резкий взгляд на Прескотта, но тот, кажется, говорил без сарказма.

- Да, я немного устал, - признал агент. «Это правда», - подумал он. Устал по многим причинам: в частности, благодаря той ночи, что провел, занимаясь любовью с Даной Скалли на широкой постели в отеле Мобила.

Но главной причиной было другое: Малдер не знал, сколько времени пройдет, прежде чем ему удастся вновь обнять ее. Если удастся вообще.

- Тогда я поеду домой, - сказал он, неохотно вернувшись мыслями к настоящему, и встал. – Спасибо, сэр.

- Не за что, - ответил Прескотт и помахал карандашом, показывая, что Малдер может идти. – Выметайся отсюда, умник.

***

Квартира Фокса Малдера
20:17

«Еще одна ночь наедине с этим чертовым телевизором, - думал Малдер. - Дом, милый дом…»

Он уже распаковал вещи в своей привычной манере: побросал все, что подлежало стирке, в корзину для белья, свалил костюмы в кучу на полу, чтобы потом отвезти в химчистку, и швырнул все остальное, не разбирая, на столик в ванной. Малдер принял душ, вытащил сдохших рыбок из аквариума, заказал пиццу и щелкал пультом, пока не наткнулся на бейсбольный матч: «Чикаго Кабс» против «Атланта Брэйвз». На обе команды ему было в равной степени наплевать.

Но бейсбол была лишь фоном для его мыслей, неустанно мечущихся между все еще неразрешенными загадками дела и воспоминаниями о двух ночах, проведенных в объятиях единственной женщины, которую он любил настолько, что искренне считал спустившимся на землю ангелом.

«Я уже забыл, каково это – быть совсем одному, - думал Малдер. - Почему-то это неизбежное следствие моего благородного самопожертвования уже не так меня устраивает, как неделю назад. Как жаль, что у меня сейчас нет интересного дела, жаль, что она не со мной, жаль, что я ждал семь лет, чтобы впервые заняться с ней любовью…»

«Жаль, что я не знаю способа вернуться к ней, обратно в Вашингтон…»

Матч прервали из-за плохой погоды. Сколько он уже глядит на сидящих на скамейке запасных парней, печально смотрящих на капли дождя? «Господи, Малдер, - сказал он себе, - так ты скоро совсем спятишь».

И вдруг зазвонил телефон. Малдер сначала подумал, что это Прескотт хочет все-таки вызвать его на работу, и решил не брать трубку, пока не вспомнил…

Он ведь дал ей свой номер.

Быстро, чуть не перевернув столик, он бросился к телефону и схватил трубку с такой стремительностью, что скинул аппарат на пол.

- Алло? – сказал он. Сердце колотилось так, что отдавало в ушах.

- Малдер, это я.

Да, это она, подумал он, и его губы расползлись в широкой улыбке. Удивительно, всего три слова, а оказывают на него такое воздействие. Никому бы и в голову не пришло, что в жизни человека может быть кто-то, из чьих уст простая фраза «Это я» звучит как приветствие.

Одна из пяти миллиардов. Единственная.

- Привет, Скалли, как дела? – спросил он, устраиваясь на диване.

***

- Нормально. Только что вернулась домой от мамы. Пришлось взять отгул. Я просто… хотела услышать твой голос.

Пауза.

- Наверное, это самое приятное, что я только слышал в своей жизни.

- Ну что ж, Малдер, не клади трубку. Я планирую продолжить.

- Вот как? Не зачитаешь краткий анонс предстоящих удовольствий?

- Нет. Пока нет. Может, когда закончу разбирать вещи. Я очень устала.

- Наверное, мало спала?

- Ха-ха, Малдер, очень смешно. Мне не показалось, что ты вчера сильно выспался.

- Да, но больше, чем хотел.

- Правда?

- Правда. Бодрствовать было куда интереснее.

- Да, для меня тоже.
 
KenaДата: Вторник, 2012-09-04, 11:56 AM | Сообщение # 198
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
Пауза.

- Господи, Скалли, я уже так скучаю по тебе.

- Я тоже скучаю. Ужасно. Я рада, что есть возможность поговорить с тобой.

- Черт. Я повел себя, как полный придурок. Мало того, что оставил тебя, так даже лишил возможности иногда звонить.

- Ты сделал то, что считал нужным. Но теперь ведь все позади?

- Едва ли. Я здесь, а ты там…

- Но зато я знаю, где ты. И у меня есть твой номер.

- Это так много для тебя значит?

- Ты не представляешь.

- Что только доказывает, каким придурком я был.

- А мне казалось, ты говорил, что я веду себя, как сумасшедшая, в результате ПТСР.

- Говорил. Так и есть. Но ты не сумасшедшая.

- Так почему ты себя винишь за то же самое?

Смешок.

- Привычка. Я всегда так делаю, забыла?

- Не забыла. Я все помню.

- Все-все?

- Нет. – Снова смех. – Только все о нас с тобой.

- И… что же ты помнишь лучше всего?
Тихо:
- Вообще или о прошлой ночи?

- Вообще и о прошлой ночи в частности.

- Хм… Лучше всего я помню, как обнимала тебя после секса.

- Вот оно как… Значит, лучше всего у меня получается… засыпать?

- Нет, умник, я не это имела в виду. Мне продолжать или как?

- Прости. Продолжай, конечно. Я буду хорошо себя вести.

- Ничего себе, этот день войдет в анналы истории.

- Так почему это запомнилось тебе лучше, чем мои более энергичные… попытки тебя порадовать?

- Потому что к тому моменту ты уже меня… порадовал. Очень, очень порадовал. Но у тебя был такой умиротворенный вид, мне кажется, я никогда раньше тебя таким не видела.

- Наверняка. Умиротворенный – очень подходящее слово. Или счастливый. Я могу продолжать бесконечно…

- Да, я заметила. Все это так ново для меня… То, как я чувствовала себя после.

- Это потому, что раньше мы не занимались любовью.

- Не строй из себя дурака, Малдер. Я имею в виду, что больше ни с кем я такого не испытывала, кроме тебя. До сих пор никому не удавалось.

- О-о-о… - Пауза. – Это меня чрезвычайно изумляет.

- Почему?

- Потому что, если вы не заметили, доктор Дана Кэтрин Скалли, то сообщаю: вы очень красивая и необычайно страстная женщина и, кроме того, знаете, чего хотите, в том числе и в сексе.

- Да. Наверное, я слишком застенчива, чтобы попросить об этом.

- Не со мной.

- Не с тобой. Ты почему-то сам знал, как меня удовлетворить.

- Я знаю тебя.

- И, кроме того, ты внимателен. Возможно, этого достаточно. Или, может быть…

- Может быть…?

- Может быть, я никогда никому не доверяла настолько, чтобы подпустить ближе и позволить себе потерять контроль.

Тихо:
- Возможно.

- Тебе я доверяю. Безоговорочно. Какие бы глупости я не наговорила тебе тогда.

- Единственная глупость, которую я припоминаю из того разговора, - это то, что ты хочешь быть со мной.

- Это как раз не глупость. Мое место рядом с тобой. Всегда будет.

- Я этого хочу ничуть не меньше, как ты догадываешься.

- У меня были такие подозрения, да.

Долгое молчание.

- Ну а как насчет «вообще»?

- Хм?

- Какое у тебя самое светлое воспоминание о нас с тобой?

- Твои руки. Когда ты вытащил меня изо льда.
- Мои руки?

- Да. Я думала, что все это – очередной сон, пока ты до меня не дотронулся.

- Фрейдисты бы повеселились, пытаясь сопоставить два этих воспоминания, Скалли.

- Как славно, что ты не фрейдист.

- Да, думаю, Фрейд понаписал кучу ерунды. Но мне все равно было бы интересно послушать про твои сны.

- Я все то время не спала, так что это скорее галлюцинации, а не сны.

- Господи, Скалли, ты мне никогда не говорила… Это ужасно.

- Да, ужасно.

- И о чем же ты думала? Если ты, конечно, не против мне рассказать.

- О тебе. Что ты меня найдешь. Что вытащишь меня оттуда. Мне постоянно это чудилось. И когда я на самом деле тебя увидела, то решила, что это просто сон.

- Пока я не прикоснулся к тебе…

- Да. И тогда я поняла, что это правда ты, что ты пришел за мной, и я теперь в безопасности. И у тебя были такие теплые руки… А мне было так холодно…

- Ты окоченела. В буквальном смысле.

- Но ты меня закутал и вытащил оттуда.

- Я даже не помню, как мы вернулись обратно.

- Нашли снегоход, в котором еще был бензин. Помнишь?

- Ах, да. Теперь припоминаю.

- У тебя была травма головы. Неудивительно, что ты все забыл.

- Одно могу сказать: то, что я нашел тебя тогда живой – наверное, лучший момент всей моей жизни.

- Вот, значит, как. Получается, это и твое лучшее воспоминание?

- Видимо, да.

Пауза.

- Кажется, на какое-то время я об этом позабыл.

- Почему ты так говоришь?

- Потому что если бы помнил, то никогда бы тебя не оставил.

- Ну… Подумай о том, через что ты прошел, чтобы меня вернуть.

- Это ерунда, Скалли. Полная ерунда.

- Не неси чушь.

Смешок.

- Ладно, если ты так считаешь. Ты же мой персональный детектор чуши.

- Бывает и такое, да. Только слишком часто выдаю ложноположительный результат.

- Когда я несу чушь, а на самом деле это правда?

- Ну да.

- Нет. Ты просто… заставляешь меня быть честным.

- Да, я помню эти слова.

- Они все еще верны.
Пауза.

- Мой начальник хочет, чтобы мы продолжали работать над делом Ли и попытались понять, что связывает его с сибирской язвой.

- А я думала, нас не назначат на это расследование.

- И не назначили. Не на само дело о сибирской язве. Только Ли. Прескотт, видимо, допускает, что его использовали для уничтожения людей, которые вовлечены в эту историю.

- И с чего начнем?

- С результатов твоих исследований, думаю. Посмотрим, что ты нароешь. Через несколько дней, если он оправится достаточно для того, чтобы его допросить, я с ним поговорю.

- А он станет говорить? Мы же его, как-никак, подстрелили.

- Да, но попробовать надо. Лучшей зацепки у нас сейчас нет, Скалли.

- Хорошо. Я позвоню, когда получу результаты. Но не забывай, Малдер, что мне еще предстоит весьма неприятный разговор с Рольфом. Скорее всего, первым делом с утра мне придется перед ним отчитаться. Я не смогу скоро позвонить.

- Понимаю. Но, думаю, не стоит тебе беспокоиться на его счет.

- Почему?

- Кому Рольф докладывает о тебе?

- Скиннеру.

- Скиннер и послал тебя в Алабаму.

Пауза.

- Я не знала.

- Да, это так. И меня тоже. По словам моего начальника, потому что посчитал нужным нам с тобой поработать вместе.

- Он правда это сделал?

- Так Скиннер сказал Прескотту. Я ему верю.

- Хочешь сказать, Скиннер…

- Да, специально назначил нас на одно дело.

- Придется поцеловать его в следующий раз, когда увижусь с ним.

Смешок.

- Ладно. Только пусть для меня поцелуи тоже останутся, хорошо?

Тихо:
- Они все твои, Малдер. Будут ждать нашей встречи.

- Кстати … Мне показалось, или ты назвала меня как-то иначе вчера?

- По имени? Да.

- И с чего бы вдруг?

- А ты не знаешь?

- Нет. Только знаю, что ты и раньше пару раз так делала, сама того не замечая.

- Ты, должно быть, прав, потому что я назвала тебя Фоксом вчера в весьма… щекотливый момент… И тогда поняла, что не впервые. Ты против?

- Нет. Нет, совсем даже нет. Мне нравится, когда ты произносишь мое имя.

- Значит, все в порядке?

- Более чем, Дана. Правда.

- Я рада. Но не думаю, что часто буду так делать.

- Да?

- Да. Но мне важно знать, что ты не станешь возражать.

- Понимаю… Наверное… Хотя нет, не понимаю.

- Тогда просто поверь мне.

- И это говорит ученый?

- Твоей веры на всех хватит, Малдер.

- Неправда. Даже на меня не хватает.

- Конечно, хватает. Твоя вера столько раз меня спасала.

- Я… черт, даже не знаю, может, когда-нибудь я и в это поверю.

- Разве ты не хочешь верить?

- Полагаю, что хочу.

- Тогда поверь мне, дорогой. Мне, раз уж больше никому не веришь.

Длинная пауза.

- Я верю в тебя. Так сойдет?

- Пока да. Я люблю тебя, Малдер.

- Я тебя тоже, Скалли.

- Я позвоню завтра, хорошо?

- Хорошо. Завтра. Сладких снов, фэбээрщица.

- И тебе. Пока.

- Пока.
 
KenaДата: Воскресенье, 2012-09-23, 5:10 PM | Сообщение # 199
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
Я допускаю, грянет час такой, когда устав от нетерпимой боли
За облегчение, отдых и покой
Твою любовь отдам я поневоле.
Иль память тех ночей сменяю на еду...
Возможно. Но едва ль на это я пойду.

[Эдна Сент-Винсент Миллей «Любовь еще не все»]
[перевод Галины Бохоновой]


Глава двадцатая (из тридцати)

БАНСП
Морские казармы, Квантико
Вторник, 9 марта
7:46

- Скалли! Вижу, вернулись с фронта? – выкрикнул из своего офиса спецагент Кеннеди, увидев направлявшуюся к своему столу подчиненную.

- Все это походило на фронт даже больше, чем я ожидала, сэр, - отшутилась она с улыбкой и собралась занять свое место, но Кеннеди остановил ее.

- Агент Скалли, прежде чем вы сядете, мы должны кое-что обсудить, - сказал он. – Вы не могли бы зайти на секунду?

- Да, сэр, - машинально ответила она, внутренне приготовившись к худшему. «Ну вот, начинается», - подумала Скалли и прошла в кабинет Кеннеди.

- Закройте дверь, агент Скалли, и присаживайтесь, - сказал агент, и она подчинилась. «Ничего хорошего ждать не приходится», - подумала Скалли, скрестив ноги и скромно оправив юбку.

- Что-то случилось, сэр? – спросила она так холодно и спокойно, как только могла.

- Агент Скалли, я хотел бы начать с того, чтобы поздравить ваc с поимкой опасного преступника, - сказал Кеннеди. – Судя по всему, вы поработали на славу.

- Спасибо, сэр.

- Однако у меня на руках есть другой отчет, куда менее лестный для вас, в правдивость которого, честно говоря, мне тяжело поверить, - продолжил агент. – Вы догадываетесь, о чем я говорю?

- Вполне, сэр, но я бы не хотела играть в угадайку, - ответила Скалли сухо.

- Если бы я сказал вам, что он поступил от агента Глассмана…

- То я бы сразу поняла, о чем речь, - закончила Скалли. – Простите, сэр. Я этого ожидала.

- Агент Глассман обвинил вас в нарушении ряда правил, агент Скалли, и самое серьезное его обвинение – нападение с использованием служебного оружия.

- Это в общих чертах верно, сэр, хотя я бы назвала это не нападением, а самозащитой.

- Тогда почему бы вам не рассказать мне свою версию?

И Скалли рассказала обо всем с самого начала, не забыв упомянуть и то, что Глассман бронировал для них смежные номера вопреки ее воле, и что объявлялся только в начале и в конце расследования.

- Мне несколько раз пришлось прерывать агента Малдера, который занимался составлением характеристики преступника, чтобы обсудить с ним вопросы, которыми должен был заниматься агент Глассман. Это существенно замедляло работу, что могло иметь самые катастрофические последствия, если бы агент Малдер вовремя не вычислил субъекта.

- А вы в курсе, что агент Глассман сказал примерно то же самое про вас? Что вы посвятили недостаточно времени этому расследованию?

- Не сомневаюсь, сэр, что офицер полиции Дафни, который был назначен нашим связным, опровергнет эти обвинения, - сказала Скалли.

- Уже опроверг, - сообщил Кеннеди. – Я звонил ему вчера и искренне рад, что обвинения агента Глассмана в этом аспекте безосновательны. Но остается кое-что не менее важное: тот факт, что вы направили на него оружие.

- Как я уже сказала, сэр, это была самооборона. Я посчитала, что агент Глассман вел себя непристойно и отказывался покинуть мой номер, хотя я неоднократно просила его об этом.

- И поэтому вы угрожали ему?

- Я федеральный агент, сэр, - спокойно ответила Скалли. – И хотела быстро решить проблему.

Кеннеди подавил улыбку.

- Понимаю, агент Скалли. Но агент Глассман заявил, что находился в вашем номере в связи с тем, что искал агента Малдера, а вы отказались сообщить ему, где тот находится.

- Потому что я не знала, где он, сэр, – сказала Скалли. – Это правда. Что бы там ни думал Глассман, я не прячу агента Малдера в своем шкафу.

Кеннеди некоторое время молчал.

- Агент Скалли, строго между нами: я вам верю. Я знаю Глассмана и ни секунды не сомневаюсь, что он напился и заявился в ваш номер, чтобы развлечься, а когда ему это не удалось, то стал поливать вас с агентом Малдером грязью. Слухи насчет ваших отношений до меня тоже доходили, но это меня не касается. Однако, думаю, вы понимаете, что старший агент Рольф со мной не согласится.

- На этот счет я не питаю никаких иллюзий, сэр, - заверила его Скалли.

- Закончите с отчетами, - сказал Кеннеди. – Старший управляющий агент позовет вас, когда будет готов с вами поговорить.

- Хорошо, сэр, – ответила Скалли, поднимаясь. – Я буду на своем месте, сэр.

Кеннеди махнул рукой, и Скалли вышла из кабинета, глубоко вздохнув. «Ты же знала, что этого не избежать, Дана, - думала она. - Хотя бы попробуй получить все улики, пока тебя не отстранили».

Она быстро села за стол и, включив компьютер, вошла в свою учетную запись. Почтовый ящик ломился от писем, в основном - рассылок от каких-то незнакомцев, которые, скорее всего, просто хотели впечатлить других своих жертв адресом в домене fbi.gov.

Но среди этих писем все-таки нашлось одно важное - из лаборатории.

Скалли быстро кликнула мышкой и открыла сообщение. Результаты анализа обнаруженного ею пятна крови были готовы.

Причем ДНК соответствовал уже имевшемуся в базе. Письмо не содержало деталей, только стандартную приписку с просьбой зайти в лабораторию за информацией.

Но Скалли не могла: придется ждать Рольфа. Она оглянулась: Кеннеди говорил по телефону, сидя спиной к двери, поэтому предупредить его не получится. А если оставить Рольфу сообщение, то это только разозлит того окончательно.

Та Дана Скалли, что работала здесь еще неделю назад, даже всего несколько дней назад, осталась бы сидеть на своем месте и покорно ждала бы звонка от Рольфа. Но той Даны Скалли больше не существовало.

Она выключила компьютер и отправилась в лабораторию.

***

Отделение ФБР в Бирмингеме
9:21

«Если этот гребаный телефон прозвонит еще хоть раз, - думал Малдер, - я вытащу пистолет и…»

Раздраженно выдохнув, он схватил трубку и грубо ответил:
- Малдер.

- Малдер, это я, - сказала Скалли. – Тебе неудобно говорить?

- Нет, прости, я не хотел грубить, - извинился он. – Просто каждый житель северной Алабамы счел своим долгом позвонить мне сегодня утром. – Как дела, Скалли?

- Готов ПДРФ-анализ пятна крови из Дафни, - ответила она.

- И, судя по твоему голосу, это не кровь Ли?

- К сожалению, нет. – Долгая пауза. – Анализ показал полное совпадение с ДНК бывшего агента ФБР по имени Алекс Крайчек.

- Крайчек? – недоуменно переспросил Малдер. – Это точно, Скалли?

- Точно. Совпадают все шесть генетических маркеров, и группа та же, что у Крайчека. Каким-то образом его кровь оказалась на одежде жертв Ли. И я не могу объяснить это никак иначе, кроме как тем, что он присутствовал при убийстве Нивека.

- Да, в противном случае его крови трудновато было бы там оказаться, - согласился Малдер. – Скалли, а как долго Нивек был мертв, прежде чем его нашли?

- Сложно сказать. Его тело было в той части магазина, которая обогревалась, даже слишком сильно, - сказала Скалли. – В этих условиях разложение произошло очень быстро.

- На теле были царапины или следы самозащиты?

- Под его ногтями кусочков кожи не обнаружено, но это ни о чем не говорит. Его уже бальзамировали, когда я проводила вскрытие. Очевидных следов самозащиты я не увидела. Известно, кто в последний раз видел его живым и когда?

- Нет, но, может быть, Мак знает. Я позвоню ему, как только мы договорим.

- Позвони прямо сейчас, Малдер. Все равно у меня больше никакой информации нет.

- Хотя бы расскажи, насколько все плохо.

Скалли помедлила с ответом.

- Достаточно плохо, но ничего такого, с чем бы я не могла справиться.

- Уверена?

- Да.

Ее голос прозвучал настолько твердо и решительно, что Малдер не смог не улыбнуться.

- Хорошо. Мне нужна копия результатов ДНК-анализа. Отправишь мне по почте?

- Да, сразу же. Еще не знаешь, можно ли допросить Ли?

- Нет. Мне сказали, что он все еще в реанимации, но состояние стабильно. Это плохо? - спросил Малдер.

- Лучше, чем я ожидала, - ответила Скалли. – Мне надо идти, Малдер, Рольф вот-вот появится.

- Ни пуха ни пера.

- К черту. – И она повесила трубку.

Малдер пододвинул стул поближе и положил ноги на стол.

«Крайчек, - думал он, - в какую игру ты теперь играешь, Крысеныш?»

«Если когда-нибудь ты попадешься мне на глаза, молись, чтобы Дана Скалли опять проявила милосердие. Иначе на этот раз, клянусь, ты так легко не отделаешься».

«Я убью тебя, Крайчек. Когда-нибудь я тебя обязательно убью».

***

Офис старшего управляющего агента
БАНСП
10:42

- Заходите, агент Скалли, - сказал Рольф. – И закройте дверь.

Скалли с достоинством вошла в кабинет и села в кресло напротив Рольфа.

- Вы хотели обсудить со мной отчет агента Глассмана, сэр? – спросила она.

- Я хотел обсудить, почему я не должен сразу же передать это дело большому жюри и вынести вам обвинение в нападении, - резко ответил Рольф. – Не вижу причин этого не сделать.

- Мне странно это слышать, сэр, - сказала Скалли, - ведь я уже обговорила этот вопрос со спецагентом Кеннеди…

- Не он здесь главный, агент Скалли, - перебил ее Рольф, – а я. И, честно скажу, это последняя капля. Я выношу вам выговор, агент Скалли. Вы отстранены от службы и будете переведены в другой отдел после испытательного срока. Сдайте значок и отправляйтесь домой.

- Нет, сэр, - возразила Скалли. – Я не сдам значок, пока не получу соответствующий приказ от помощника директора Скиннера, у которого собираюсь обжаловать это решение.

- Можете говорить Скиннеру что угодно, - заявил Рольф. – Он не станет вас поддерживать.

- Насколько мне известно, это он отправил меня в Дафни, - продолжала Скалли, буравя Рольфа взглядом.

- Не знаю, с чего вы это взяли, но это чушь собачья, - сказал агент. – Туда надо было кого-нибудь отправить, потому что какой-то политикан из Алабамы этого захотел, а я выбрал вас, потому что дело явно не стоило хорошего агента. И, пожалуйста, не надо мне рассказывать сказочки про внутренний терроризм. Вы ни черта не смогли доказать.

- Расследование еще не завершено, сэр, - парировала Скалли.

- С вашей стороны завершено, - процедил Рольф. – Звоните Скиннеру, если хотите, но из дома. Ему не составит труда отобрать у вас значок, как и мне. Бумаги о вашем переводе я отправлю вам домой. И не желаю вас больше видеть.

- Сэр, - сказала Скалли, поднимаясь, - это чувство полностью взаимно.

***

Отделение ФБР в Бирмингеме
11:36

- Полицейское отделение Дафни.

- Офицера Уилли Мака, пожалуйста. Это Фокс Малдер из ФБР.

- Подождите, пожалуйста.

Через несколько минут Малдер услышал голос полицейского.

- Мак.

- Мак, это Фокс Малдер. Послушайте, у вас нет информации о том, с кем в последний раз перед смертью контактировал Нивек?

- Я и не пытался узнать, агент Малдер. Этим занимался уголовный розыск. Но зато я кое-что другое могу вам рассказать.

- Что?

- Помните, вы спрашивали меня, нет ли среди жертв военных?

- Да, - настороженно ответил Малдер. – И что вы нашли?

- Что мистер Нивек состоял в КВПМОР* Мобила. Его группа провела две недели в лагере подготовки в Аннистоне. Он вернулся оттуда меньше чем за неделю до гибели.
[*КВПМОР - корпус вневойсковой подготовки младших офицеров резерва]

- В Аннистоне?

- Да, сэр, - подтвердил Мак. – Форт МакКлеллан. Я собирался вам позвонить, но вы меня опередили.

- Твою… - собрался выругаться Малдер.

- … мать, - закончил за него Мак. – Я вышлю вам все, что у меня есть на Нивека. Как мне отправить бумаги?

- По факсу. Здесь защищенная линия. У вас осталась моя визитка?

- Конечно. Если через час-другой не получите, перезвоните мне.

- Спасибо, Мак. – Малдер повесил трубку.

Нивек, Стауффер и Джентри: все трое оказались так или иначе связаны с армией. А ведь в южной Алабаме, помимо них, было еще немало людей, принимавших лекарства для профилактики сибирской язвы.

Ну а что касается форта МакКлеллан, то это самая дурная новость. Форт МакКлеллан, находившийся совсем недалеко от Бирмингема, вскоре должен был закрыться.

Одна его часть все же еще функционировала – хранилище, на котором военные держали огромные и смертельно опасные партии химического оружия, а также оборудование, предназначенное для того, чтобы его распространять.

И до последнего времени там работала школа, где военных обучали его использованию.

Теперь все сходится.

***

Офис помощника директора Уолтера Скиннера
14:24

- Сэр, с вами хочет поговорить агент Скалли, - прозвучал по внутреннему телефону голос Кимберли. – Она не предупреждала о своем визите, но говорит, что это срочно.

- Пусть зайдет, Кимберли, - сказал Скиннер. Дверь открылась, и внутрь зашла Скалли, которая показалась ему еще красивее, чем прежде. «Держи эти мысли под замком, Скиннер», - приказал он себе.

- Садитесь, агент Скалли, - разрешил он. – По какому поводу вы хотели со мной поговорить?

- Сэр, простите, что беспокою вас по такому вопросу, но я предупредила старшего агента Рольфа, что хочу с вами встретиться, и он дал мне свое согласие, хотя и не одобрил такое решение, - сказала Скалли, садясь на свое привычное место. – Он мной недоволен, если не сказать больше, из-за инцидента, который имел место в Дафни между мной и агентом БАНСП Лоном Глассманом.

- И каким образом это касается меня, агент Скалли? – спросил Скиннер.

- Рольф отстранил меня с выговором и собирается перевести, - ответила Скалли. – Он приказал сдать значок и ждать, когда мне выдадут новое назначение.

- И вы решили пренебречь этим приказом?

- Нет, не пренебречь, сэр, - сказала Скалли. «Спокойно, - велела она себе. – Скиннер всегда себя так ведет». - Я сказала старшему агенту Рольфу, что предпочла бы сдать значок не ему, а вам, если, конечно, вы примете соответствующее решение.

- Я предпочитаю не встревать в работу других руководителей, когда речь идет о дисциплине, агент Скалли, - сказал Скиннер, откинувшись в кресле. – Если у вас нет каких-либо исключительных обстоятельств, которые вынудили вас проигнорировать служебную иерархию, то я просто прикажу вам вернуться в Квантико и сдать значок.

Скалли минуту молчала, глядя в пол. «Сколько раз мы уже бывали в подобном положении? – думала она. – Сколько раз Малдер отстаивал свое мнение и не отступал? И сколько раз он оказывался прав?»

На мгновение она позволила себе окунуться в воспоминания о напарнике, о том, как он рассказывал ужасающую историю своего детства.

«Какой же он смелый, - думала она. – Надеюсь, и у меня получится…»

- Сэр, могу я говорить без обиняков? – спросила Скалли, подняв глаза на начальника. Скиннер в упор посмотрел на нее и кивнул.

- Прошу.

- Сэр, еще в самом начале старший агент Рольф обещал мне, что я не задержусь в БАНСП, - начала Скалли. – Сказал, что крайне недоволен моим назначением в этот отдел. Тем не менее, я убеждена, что к качеству моей работы не может быть нареканий, хотя у меня и были определенные препятствия, а именно… некоторые эмоциональные затруднения.

- Я в курсе этого, агент Скалли, - сказал Скиннер без всяких эмоций в голосе. – Мне докладывали.

- Да, сэр, - продолжила Скалли. – Насколько я понимаю, вы отправили меня в Дафни, поскольку туда же назначили агента Малдера, и вы решили, что это поможет… несколько улучшить мое самочувствие.

Скиннер выпрямился.

- Не знаю, кто вам такое сказал, агент Скалли, но это полная нелепость. Я не вмешиваюсь во внутренние дела БАНСП и не назначаю агентов на дело на основании их личных взаимоотношений.

- Конечно, нет, сэр, - пошла на попятный Скалли. – Однако в итоге мы с агентом Малдером оказались на одном расследовании, и оба выяснили, что приказ исходил от вас лично.

- Переходите к сути, агент Скалли, - резко перебил ее Скиннер. – У меня есть другие дела на сегодня.
 
KenaДата: Воскресенье, 2012-09-23, 5:10 PM | Сообщение # 200
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
- Да, сэр, - так же спокойно ответила Скалли. – Суть состоит в том, сэр, что мы с агентом Малдером, работая вместе, смогли быстро раскрыть дело, своим вмешательством сведя количество потенциальных жертв к минимуму. И нам это удалось вопреки отсутствию какой-либо помощи со стороны агента Глассмана, основной целью которого, как оказалось, было удивить меня бронированием смежных номеров в отеле, хотя я специально предупреждала его, что не хочу жить с ним даже на одном этаже.

- Вы хотите сказать, что агент Глассман…

- Имел дурные намерения? Да, сэр, именно это я и хочу сказать, - продолжала Скалли. – К счастью, ему помешал агент Малдер. Через два дня Глассман пьяным заявился в мой номер и выразил уверенность в том, что я могу предотвратить конфликт со старшим агентом Рольфом, оказав ему «дружескую услугу».

- Вы расцениваете это как сексуальные домогательства?

- Да, сэр.

Скиннер пристально смотрел на подчиненную.

- Это очень серьезное обвинение, агент Скалли.

- Я это осознаю, сэр.

- И что случилось потом?

- Несколько раз безуспешно попросив агента Глассмана покинуть мою комнату, я достала оружие и приказала ему подчиниться. Старший агент Рольф считает это нападением, сэр, но мне не кажется, что это адекватный термин.

- Если верить вашим словам, то, безусловно, неадекватный, агент Скалли, - согласился Скиннер. – Но я не могу объективно судить об этом, услышав только вашу версию.

- Я понимаю, сэр, - сказала Скалли. – И только прошу, что вы позволили мне оставить значок, получить мое оружие и продолжить работать в БАНСП, пока этот вопрос не будет решен. Я уверена, что отчет агента Глассмана – это личная месть.

- Вы собираетесь официально обвинить агента Глассмана в сексуальных домогательствах?

- Да, сэр, собираюсь.

- У вас есть какие-то доказательства, помимо того, что вы мне рассказали?

- В отеле должна быть запись о том, что агент Глассман изменил мой первоначальный запрос о бронировании. Местный офицер полиции также стал свидетелем некоторых… столкновений между мной и агентом Глассманом, - сказала Скалли. – Это может подтвердить и агент Малдер. Тем не менее, сэр, должна предупредить, что Глассман, скорее всего, будет утверждать, что мы с агентом Малдером провели ночь вместе в моем номере.

- Это не мое дело, агент Скалли, хотя и может повлиять на оценку ситуации с агентом Глассманом, - произнес Скиннер несколько неловко.

- Зависит от вашей точки зрения, сэр, - спокойно отреагировала Скалли. – Мне не хочется углубляться в детали, но должна сказать, что агент Малдер действительно по моему приглашению провел несколько часов в моем номере. Мы обсуждали те самые проблемы, которые привели меня к вам, и он очень сильно мне помог.

- Это все, что вы можете сказать?

- Пока да, сэр, - ответила Скалли. – Только еще одно: я бы предпочла продолжать по мере возможности участвовать в расследовании потенциальной угрозы сибирской язвы, которая открылась в ходе дела. Агент Малдер также заинтересован этим аспектом расследования. Мы… по-прежнему разделяем профессиональные интересы, сэр, поэтому, если вы не дадите иной приказ, я бы хотела продолжать помогать агенту Малдеру, насколько это позволяет моя позиция в БАНСП.

Скиннер, нахмурившись, опустил взгляд на свой стол.

- Хорошо, агент Скалли, я рассмотрю вашу просьбу, - наконец заявил он. – До тех пор, пока дело не будет официально оформлено и расследовано, вы продолжите работать в БАНСП под руководством спецагента Кеннеди. Я проинформирую его об этом. Он будет докладывать мне о вас напрямую, пока не будет принято иное решение.

- Спасибо, сэр.

- Я даю вам разрешение координировать вашу работу в БАНСП касательно этого расследования с агентом Малдера, если это одобрено его руководителем. Это все.

- Да, сэр, - сказала Скалли, встав с кресла, и, шагнув к двери, обернулась.

- Сэр? – окликнула она Скиннера.

- Да, агент Скалли?

- Я знаю… вы заверили меня, что не имеете отношения к тому, что мы с агентом Малдером были назначены на одно дело, - произнесла она осторожно. – Но если это не так, я бы хотела поблагодарить вас и сказать… - Она замолчала.

- Сказать мне что, агент Скалли? – спросил Скиннер.

- Что любовь действительно исцеляет, сэр, - закончила Скалли и вышла из кабинета, прикрыв за собой дверь.

***

Квартира Даны Скалли
18:45

- Алло?

- Привет, это я.

- Малдер. Наконец-то.

- А ты кого ожидала услышать?

- Тебя. Я просто очень рада, что не ошиблась.

- Как все прошло?

- С чего начать? Я нашла важную зацепку, мой начальник угрожал мне отстранением с выговором, Скиннер вмешался и дал мне отсрочку…

- Ты обсуждала это со Скиннером?

- Да, пошла прямо к нему в офис, поговорив с Рольфом, который пригрозил мне большим жюри. Думаю, это все еще в его власти, хотя сначала ему придется прояснить вопрос со Скиннером.

- Да, наверняка. И со службой профессиональной ответственности тоже. Что этот сукин сын тебе сказал?

- Спокойно, Малдер, все не так плохо.

- Он хотя бы зачитал тебе твои права, прежде чем допрашивать?

- Нет, Малдер, я же не под арестом. Но он хочет, чтобы я сдала значок. Я сказала ему, что отдам его только Скиннеру, и поэтому пошла к нему и заявила, что обвиню Глассмана в сексуальных домогательствах.

- Неплохо.

- Для меня, но не для тебя.

- Почему?

- Ну, тебе, возможно, придется выступить свидетелем…

- Без проблем.

- Проблемы будут, если Глассман всем расскажет то, что знает о нас.

- Он ничего не знает, кроме того, что я не всегда возвращался в номер ночью.

- Думаю, он знает куда больше. Но мне плевать, знает он, что мы любовники, или нет. Я просто не хочу, чтобы и твое имя изваляли в грязи.

- Скалли, мое имя уже годами валяет в грязи все Бюро. Мне хуже не будет. Твоя репутация куда важнее.

- Если кто-нибудь спросит, я не буду лукавить. Пусть знают истинное положение дел.

- А истина…?

- Где-то рядом.

- Очень смешно.

- Не лопни со смеху. Правда, не волнуйся. Как-нибудь справлюсь.

- Точно?

- Да.

Пауза.

- Прости, Скалли.

- За что? Мне не стыдно, что я с тобой спала. И за все остальное тоже. Скиннер разрешил мне продолжать расследовать дело о сибирской язве вместе с тобой.

- Вот как. Хорошо. А мой начальник дал мне разрешение расследовать убийства, но не заражение язвой.

- Это одно и то же.

- Знаю.

- Как же мне хочется работать вместе…

- Даже если Крайчек по-прежнему угрожает твоей безопасности?

- Даже если так. В любом случае Секретные материалы все еще закрыты. Может, он этого и добивался.

- Сомневаюсь.

- Забудь о нем пока. Есть что-нибудь новое?

- У Мака есть. Я звонил ему утром. Уиллем Нивек учился в КВПМОР и провел две недели перед смертью на форте МакКлеллан в Аннистоне.

- Там где-то склад химического оружия?

- Именно там.

- Значит, он тоже связан с армией.

- Не просто с армией, с химическим оружием.

- От которого один шаг до биологического.

- Именно, Скалли. Связь слабая, но она есть. Но, конечно, я не имею права это расследовать.

- И что нам делать?

- То же, что всегда.

- Что пожелаем?

- Конечно. – Смешок. – Я люблю тебя, фэбээрщица.

- Я тебя тоже. И люблю работать с тобой ничуть не меньше, даже на расстоянии.

- Скалли?

- Хмм?

- А что ты скажешь, если кто-нибудь про нас спросит?

Тихо:
- Я скажу им сразу же, с полной уверенностью, ясно и однозначно, что я безумно, страстно, по уши влюблена в Фокса Малдера. Тебя это устраивает?

- Еще бы.

- А что бы вы сказали, агент Малдер?

- Скорее всего, что-нибудь необыкновенно остроумное, влип бы в неприятности и тебя втянул тоже.

- Так я и думала.

- А потом отправился бы домой и стал бы раздумывать, что бы я сказал, не будь я таким придурком.

- Ты не придурок. Будем считать, что у тебя было время подумать. Так что бы ты сказал?

- Сказал бы… что люблю тебя очень сильно, причем уже много лет.

- Много лет? Вот как?

- Да. Почему тебя это удивляет?

- Не знаю.

Пауза.

- И сколько именно лет?

- Я в тебя влюблен?

- Да.

- Точно не знаю. Я этого не понимал, пока ты не пропала.

- Когда меня похитили?

- Да.

- Так давно?

- Да.

- Ого.

- Не возражаете, если этот же вопрос я задам вам, агент Скалли?

- Я тоже не знаю.

- По примерным подсчетам?

- Когда я вышла из комы, зная, что ты был рядом и умолял меня не умирать.

- Примерно с того же времени, значит.

- Наверное.

- И как это нас характеризует? Что мы были влюблены друг в друга шесть лет, а признались только в декабре?

- Что мы оба очень боялись потерять то, что у нас было, если станем любовниками, но ничего не получится.

- Ну и как, получается что-нибудь?

- Еще как. Конечно, получается. Только жаль, что я не знаю, когда мы снова будем вместе.

- Увы…

- Что ты сделаешь в первую очередь?

- Когда опять увижу тебя?

- Ага.

- Ты шутишь, наверное.

Смех.

- Шесть лет мы как-то пережили без секса, а теперь ты только об этом и думаешь?

- Нет, но это лучшее, что я могу придумать.

- Я тоже. – Пауза. – Мне, наверное, надо приодеться для встречи.

- Боже мой…

- Есть мысли?

- Целая уйма. Но сомневаюсь, что мне стоит их озвучивать.

- Может, и стоит. А может, мне лучше включить воображение. У меня ведь осталась твоя рубашка. Если честно, она на мне прямо сейчас.

- Правда?

- Да.

Пауза.

- Ммм… Дана?

- Да?

- А что еще… на тебе надето?

Медленно:
- Ни-че-го.

- Господи…

- Малдер, ты никогда так не говоришь.

- Сейчас говорю.

- Тебе нравится обо мне так думать, или лучше не подстегивать твои фантазии?

- Нет уж, подстегивай, пожалуйста. В смысле, я, конечно, не собираюсь устраивать секс по телефону или что-нибудь такое…

- Знаю. Я уже не в том возрасте, Малдер.

- Но… Я просто хочу сказать, что мне приятно о тебе думать в любое время и в любом ключе.

- Но особенно когда я наполовину голая и отчаянно по тебе скучаю?

Молчание.

- Малдер?

- Я тут.

- А я-то думала, что уже нет.

- Но мне скоро надо будет идти.

- Жаль. Ну что ж, думай обо мне…

- Как будто я могу думать о чем-то еще.

- Как мило.

- Дана?

- Хмм?

- А ты… будешь обо мне думать?

Пауза.

- Конечно. Обещаю.

- Господи…

- Ты слишком часто это повторяешь.

- Просто переживаю религиозный опыт.

Смех.

- Ладно, пора закругляться.

- Да, пора.

- Я люблю тебя, Малдер.

- И я тебя.

- Поговорим завтра, хорошо?

- Хорошо. Сладких снов, фэбээрщица.

- И тебе.
 
KenaДата: Пятница, 2012-10-05, 8:45 AM | Сообщение # 201
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
При расставании каждый из нас чувствует нехватку своей второй половины, словно книга в двух томах, один из которых потерялся. Так я и определяю для себя любовь - ощущение неполноты в разлуке.

[«Дневник братьев Гонкур» Эдмон и Жюль де Гонкур]
[в моем переводе]


Глава двадцать первая (из тридцати)

БАНСП
Морские казармы, Квантико
Среда, 10 марта
11:12

«Если кто-нибудь из здесь присутствующих в ближайшее время не обмолвится со мной хоть одним словом, - думала Скалли, - я не выдержу и закричу».

Склонившись над своим столом, она посвятила себя тому, ради чего БАНСП и был создан, - составляла один за другим бесчисленные и однообразные отчеты по анализу особо тяжких преступлений. Конечно, работы она сделала немало, но только благодаря потому, что подверглась остракизму со стороны остальных агентов.

Сегодня утром Скалли официально обвинила Лона Глассмана в сексуальных домогательствах. Слухи быстро разошлись, и буквально через несколько часов она оказалась в полнейшей изоляции, словно прокаженная. Даже Кеннеди, казалось, избегал ее как мог.

Так же, как и Рольф, но это не принесло ей ничего, кроме облегчения. Глассман тоже с ней не разговаривал, зато много говорил о ней. И, разумеется, о Малдере.

Молчание помогало Скалли сосредоточиться на своих обязанностях, но такое отношение, полностью отвечающее законам мужской солидарности, вызывало у нее искреннее негодование. То, что она лжет, для всех здесь было аксиомой, как и то, что она якобы отомстила Глассману за выеденного яйца не стоившую подколку.

И в результате в БАНСП о ее существовании словно забыли, а сам доносчик потрудился убедить коллег, что им всем Скалли может отплатить той же монетой.

«Знали бы они только, с чем мне пришлось мириться, пока я все-таки не написала эту жалобу, - думала Скалли. – В общем-то, мне плевать на их мнение и на Глассмана, с ним я бы справилась одной левой. Но свой значок я сохраню, - пообещала она себе. – Никто не посмеет отобрать его у меня».

Объявленным ей бойкотом Скалли воспользовалась в своих целях и, уделив немало времени работе, выяснила кое-что необычайно важное. К сожалению, эта информация не особо ей помогла.

Она подняла трубку, собираясь позвонить в отделение Бюро в Бирмингеме, но в этот момент почтовая программа оповестила ее о новом письме, и Скалли кликнула по нему мышкой, решив повременить со звонком.

------------------------------

Кому: dkscully@fbi.gov
От: fwmulder@fbi.gov
Тема: Наш драгоценный и более уже не разыскиваемый субъект.

Скалли, мне сообщили, что Ли перевели в обычную палату, он под арестом. Теперь у него есть гребаный адвокат, ему зачитали права, но он, mirabile dictu*, все равно готов говорить, поэтому я еду в Мобил. Должен провести там сегодняшний вечер и большую часть завтрашнего дня. Есть что-нибудь новое по другому покупателю лекарств в Дафни?
[*mirabile dictu – «достойно удивления», «удивительно» (лат.)]

------------------------------

Скалли улыбнулась. Только Малдер, подумала она, может так элегантно совмещать ругань и латинские выражения в одном предложении.

------------------------------

Кому: fwmulder@fbi.gov
От: dkscully@fbi.gov
Тема: Важные новости.

Марк Лонг из Дафни служит в ВМС. Надо будет обсудить это позже, сейчас небезопасно. Постараюсь выяснить побольше. Я запросила «дело 201»* на Стауффера, но пока ничего нет. Уже пора поговорить с какими-нибудь шишками в Министерстве обороны?
[* «Дело 201» - личное дело военнослужащего]

------------------------------

Через несколько минут пришел ответ.

Кому: dkscully@fbi.gov
От: fwmulder@fbi.gov
Тема: Вот дерьмо!

Нет, давай я сначала поговорю с Ли, а там посмотрим.

------------------------------

Кому: fwmulder@fbi.gov
От: dkscully@fbi.gov
Тема: Ты главный – тебе и карты в руки.

Тебя кто-нибудь прикроет? Думаю, не стоит тебе напоминать, насколько Ли опасен.

------------------------------

Кому: dkscully@fbi.gov
От: fwmulder@fbi.gov
Тема: Да, я главный, и не забывай об этом.

Скалли, он же в больнице и даже пальцем пошевелить не может. Но я попрошу Мака поехать со мной. Если он не сможет, прихвачу кого-нибудь из отделения в Мобиле. Не волнуйся, я не стану подставляться под пулю.

------------------------------

Кому: fwmulder@fbi.gov
От: dkscully@fbi.gov
Тема: Главный, но только на работе.

Уже выяснилось, почему Стауффера не прививали от сибирской язвы?

------------------------------

Кому: dkscully@fbi.gov
От: fwmulder@fbi.gov
Тема: А это мы еще посмотрим.

Нет, но он же ротный писарь. Ему бы ничего не стоило подделать медицинскую карту, если по какой-то причине он боялся делать прививку. А некоторые этого очень боятся, между прочим.

------------------------------

Кому: fwmulder@fbi.gov
От: dkscully@fbi.gov
Тема: Еще как посмотрим.

Это просто нелепо. Вакцина от сибирской язвы совершенно безопасна. Передай привет Маку и не забывай: больше всего он любит шоколадные пончики.

------------------------------

Кому: dkscully@fbi.gov
От: fwmulder@fbi.gov
Тема: Мы вернемся к этому вопросу.

Помню. Я все помню о нашем деле в Дафни. Ты тоже будь осторожна, фэбээрщица.

------------------------------

Кому: fwmulder@fbi.gov
От: dkscully@fbi.gov
Тема: Непременно.

И я ничего не забыла. Позвони, когда сможешь.

------------------------------

***

Больница Святой Катерины
16:33

Такой орешек расколоть будет непросто, думал Малдер, задумчиво глядя на больничную койку, на которой под зорким оком двух федеральных маршалов лежал скованный наручниками Ли.

Утром Малдер заехал за Маком и по дороге как можно старательнее избегал вопросов о Скалли, но из этого ничего не вышло: простоватая улыбка Мака становилась только шире с каждым нарочито беспечным ответом агента.

Но как только они заговорили о деле, Мак мгновенно посерьезнел.

- Это тупик, агент Малдер, - сказал он. – Мы проверили каждую аптеку в округе Болдуин и несколько в Мобиле: нигде не осталось никаких записей о продаже тех лекарств, которые упоминала агент Скалли.

- Это меня не удивляет, - ответил Малдер, но не стал развивать мысль. Мак, каким бы хорошим копом он ни был, ни за что не сможет поверить в те уникальные способности по уничтожению и сокрытию улик, которые демонстрировали люди, стоявшие за этой операцией. А убежденность Малдера в том, что они имеют дело с какими-то серыми кардиналами, крепла с каждым днем.

Теперь они молча ждали, когда появится адвокат Ли. Малдер уже подготовился к тому, что допрос получится коротким и малоэффективным. Адвокат согласился на их предложение задать вопросы насчет третьего лица, причастного к убийствам, понимая, что сам факт его существования только поможет его клиенту.

Малдер не мог с этим спорить и именно поэтому принял решение не сообщать окружному прокурору об этой поездке, а Скалли не говорить о том, что она не санкционирована. Все равно рано или поздно все откроется. Объясниться с напарницей не составит труда, да и с прокурором тоже, поскольку тот уже оценил ситуацию и понял, что Ли почти наверняка будет добиваться признания невменяемым и, скорее всего, преуспеет в этом.

Так или иначе, Малдер всегда верил, что прощения добиться легче, чем позволения.

Дверь со скрипом отворилась, и в палату вошел мужчина в темно-синем костюме.

- Агент Малдер? – сказал он, протянув руку. – Деннис Шамбо. Я адвокат мистера Ли.

- Фокс Малдер, ФБР, - представился Малдер, пожав мужчине руку.

- Я тебе руку пожимать не стану, - прорычал с кровати Ли.

- Я и не предлагал, - ответил Малдер, которого эта реплика весьма позабавила. – Давайте присядем, мистер Шамбо.

Малдер включил диктофон и кратко перечислил всех, кто находился в помещении.

- Мистер Ли, вам зачитали ваши конституционные права? – спросил агент.

- Да, - ответил Ли. – Уже сто раз.

- Мистер Шамбо, вы хотите, чтобы я повторил «предупреждение Миранды»*? – спросил агент, обернувшись к адвокату.
[*«Права Миранды/предупреждение Миранды» - конституционные права, зачитываемые подозреваемому перед задержанием. Название родилось в результате дела Миранды против Аризоны 1966 года. Решением по этому делу суд установил, что любые показания могут быть использованы в суде только в том случае, если сторона обвинения может доказать, что подозреваемый перед допросом был информирован о праве на адвоката и о праве не свидетельствовать против себя]

- Нет, мистер Малдер, я отдельно оговорю для записи, что моему клиенту сообщили о его правах и что он дает показания с моего разрешения, - ответил юрист.

Малдера от этих слов передернуло: он ненавидел юридический язык, поскольку, как и каждый работник правоохранительных органов, не раз попадался на его хитросплетениях.

- Мистер Ли, насколько я понимаю, ваш адвокат сообщил вам, о чем мы хотели бы сегодня поговорить, - начал Малдер. – Если у вас есть вопросы, пожалуйста, задайте их сейчас, а я постараюсь ответить.

- Да пошел ты, - таков был ответ Ли. Малдер бросил взгляд на Мака, который отвернулся, чтобы скрыть ухмылку.

- Мистер Ли, нет необходимости прибегать к оскорблениям, - заметил Шамбо.

- Ничего, я привык, - сказал Малдер. – И уже начинаю думать, что «пошел ты» - мое второе имя. Мистер Ли, у меня есть основания полагать, что вы контактировали с каким-то человеком, который убедил вас в том, что двое из убитых вами людей хотели тем или иным образом причинить вам вред и представляли собой угрозу. Вы знаете, о ком я говорю?

- Да ни хрена я не знаю ни про какие убийства, - ответил Ли. – И ничего тебе не скажу, урод.

- Может, вы сможете сообщить, видели ли вы раньше этого человека? – спросил Малдер, достав фотографию из кармана пальто и поднеся ее поближе к подозреваемому.

Ли уставился на снимок, но ничего не сказал.

- Вы знаете этого человека, мистер Ли? – повторил вопрос Малдер. – Когда-нибудь разговаривали с ним?

- Видал один раз, - ответил тот. – Не знаю я его.

- И где же вы с ним встречались?

- В магазине, в котором я работал, - сказал Ли. – Он туда зашел, купил пивка или еще чего-то. И ушел. Это все.

- И как же вам удалось его запомнить?

- Он меня называл по имени.

Малдер постарался не выдать удивления.

- И что он сказал вам, мистер Ли?

- Сказал, что хочет получить сдачу, - ответил тот, презрительно скривив рот.

- И все?

- А что, мать твою, он должен был сказать?

- Я просто спрашиваю, говорил ли этот мужчина что-нибудь еще, помимо того, что хочет получить сдачу, - спокойно разъяснил Малдер. – Что еще он вам сказал?

- Ничего, просто ушел, - повторил Ли.

- Он предлагал вам что-нибудь?

- Дал мне аккумулятор, - сказал Ли.

- Аккумулятор, - повторил Малдер и как можно спокойнее продолжил: - Какой аккумулятор, мистер Ли?

- Для радио, - ответил тот. – У меня радио сломалось, вот он и дал мне аккумулятор.

- А что еще?

- Ничего. Ничего он мне не давал, - ответил Ли. – И не говорил ничего. Сколько раз еще повторить?

- Когда это случилось?

- Не помню. Наверное, за пару недель до того, как ты меня подстрелил.

- А вы часто слушаете радио? – спросил Малдер.

- Да почти все время, - ответил Ли.

- И вы использовали аккумулятор, который дал вам этот мужчина?

- Ну да, пока он не разрядился.

- И когда это произошло?

- Как раз когда ты, мудак, меня и подстрелил вместе со своей сучкой, - сказал Ли.
 
KenaДата: Пятница, 2012-10-05, 8:45 AM | Сообщение # 202
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
- У вас с собой в тот момент было радио? – спросил Малдер, не проглотив наживку.

- В моей комнате, - ответил Ли. – Мне его вернут?

- Я буду задавать вопросы, мистер Ли, - сказал Малдер. – Радио было в вашей комнате, когда вас арестовали?

- Когда меня подстрелили, козел! Ты подстрелил!

- Да, я помню, - сухо перебил его Малдер. – После того случая вы еще встречались с этим мужчиной?

- Больше не видал его ни разу, - ответил Ли.

- Знаете ли вы, каким образом его кровь могла попасть на одежду Уиллема Нивека, в убийстве которого вас обвиняют?

- Ничего я про это не знаю.

- Точно?

- Я не разрешаю мистеру Ли отвечать на дальнейшие вопросы, относящиеся к res gestae* этих убийств, мистер Малдер, - заявил Шамбо.
[* Res gestae (лат.) - обстоятельство, связанное с существом спорного вопроса]

- Хорошо, сэр, - согласился Малдер. – Тогда у меня осталось всего несколько вопросов. Мистер Ли, вы сами сказали этому человеку, что ваше радио не работает?

- Не помню.

- Возможно ли, что он заговорил об этом первым?

- Наверное, - сказал Ли, отвернувшись в сторону. – Я уже сказал тебе, урод, не помню.

- Вы знаете, как зовут этого человека на фотографии?

- Неа, - ответил Ли. –Не знаю и знать не хочу. Я уже сказал: он просто пришел, что-то там купил и сунул мне эту штуковину.

- А с какой стати ему давать вам аккумулятор?

- Чего?

- Зачем этому человеку, которого, по вашим словам, вы видели первый раз в жизни, давать вам аккумулятор? – повторил вопрос Малдер, буравя Ли взглядом. – Вы же работали в магазине электротоваров, так? То есть какой-то незнакомец зашел в магазин, позвал вас по имени, отметил, что у вас не работает радио, и предложил аккумулятор? Вам такая история кажется осмысленной?

- Не знаю, - ответил убийца, - мне вообще насрать.

- Спасибо, мистер Ли, на этом все, - сказал Малдер, делая пометки в блокноте.

- Да уж, на этом точно все, мистер «Федерал с огроменной пушкой», - сказал Ли, когда Малдер встал. – Сам запомни и той сучке передай: вам не жить, если я отсюда выберусь.

- Мистер Ли, - вмешался Шамбо, - рекомендую вам больше ничего не говорить.

- Нет, все нормально, мистер Шамбо, - сказал Малдер. – Будем считать, что последней фразы не прозвучало. - И на прощанье, мистер Ли, - произнес он, нависнув над больничной койкой, - хочу сказать вам следующее: если вы отсюда и выберетесь, то дорога вам одна – в тюрьму. А что случится с вами дальше, будет решать суд присяжных. – Он наклонился поближе к Ли и заглянул ему в лицо. – Но что бы ни случилось, советую вам держаться подальше и от меня, и от моей напарницы. Вам ясно?

- Пошел ты, - сказал Ли.

- Универсальный ответ на все вопросы, - заметил Малдер, повернувшись к заключенному спиной. – Думаю, на этом все, мистер Шамбо, спасибо, что уделили нам время. Офицер Мак?

Полицейский кивнул и вслед за Малдером покинул палату Ли. Заговорил он, только когда они оказались у лифта.

- Агент Малдер, мне просто любопытно, - сказал Мак, - а кто этот парень на фотографии?

- Старый враг, - медленно ответил Малдер. – Бывший агент ФБР, но при этом исключительный подлец. Мы со Скалли называем его Крысенышем.

***

Квартира Фокса Малдера
22:45

- Алло?

- Привет, Скалли, это я.

- Привет. Где ты сейчас?

- Только что вернулся, несколько минут назад.

- Я начинала бояться, что ты не позвонишь. Уже почти полночь.

- Здесь еще нет. Но я буквально только что зашел. Прости.

- Ну ладно тебе. – Пауза. – Как прошел допрос Ли?

- Ты не поверишь. Он узнал Крайчека на фотографии.

- Что?

- Ты все правильно поняла. Сказал, что Крысеныш зашел в магазин, где работал Ли, что-то приобрел и… внимание, Скалли! - дал Ли аккумулятор для его радио.

- И когда это произошло?

- Якобы за две недели до его ранения. Последнее стало лейтмотивом нашей беседы.

- Неудивительно, мы его чуть не прикончили.

- Я чуть не прикончил, а ты всего лишь попала ему в плечо.

- Даже не знаю, чего ты добиваешься – уберечь меня от чувства вины или лишний раз уколоть за то, что я промахнулась?

- Ни то, ни другое. Правда. Если бы тебя там не было, он бы погиб.

- Это комплимент как моим медицинским навыкам, так и твоей меткости. Сработано на славу. И что все это значит – что Крайчек зашел к нему в магазин и дал ему аккумулятор?

- Может, это никакой не аккумулятор?

- Передатчик?

- Я тоже сразу об этом подумал.

- И где это радио теперь?

- Хороший вопрос. Понятия не имею. Ли сказал, что оно должно быть в его вещах, но радио среди конфискованных улик не было.

- Кто-то не посчитал это важным?

- Или сделал так, чтобы оно исчезло.

Пауза.

- Это вполне вероятно. Значит, так себе выдалась поездочка?

- Да уж точно не такая, как мой последний визит в Дафни, моя дикарка.

- Веди себя прилично.

- Не хочу. Но все-таки я съездил не впустую. Теперь у нас хотя бы есть очевидная связь между Крайчеком и Ли.

- И что толку? Ли сумасшедший, никто не поверит его показаниям.

- Я и так не верю, что Алекса Крайчека когда-нибудь осудят хотя бы за одно из его преступлений, Скалли, поэтому мне плевать, станет Ли давать показания или ему вообще не дадут этого сделать. Что важно, так это то, что теперь мы ясно представляем себе, как связаны между собой Крайчек, сибирская язва и убийства.

- Малдер, нам следует сосредоточиться на тех уликах, которые все же помогут посадить Крайчека в тюрьму. Это наша работа, помнишь об этом?

- Насколько мы можем себе это позволить.

- И почему у меня такое стойкое ощущение, что ты намерен закрыть это дело при помощи девятимиллиметровой пули?

- Ума не приложу.

- Малдер…

- Давай сменим тему.

- Нет уж, не сменим.

- Хватит, Скалли, не будем ругаться.

- Я и не собираюсь ругаться. Но не хочу, чтобы ты изображал из себя Грязного Гарри.

- О да! «Давай, Крысеныш, только дай мне повод»*.
[* Крылатая фраза из триллера «Грязный Гарри» с Клинтом Иствудом в главной роли]

Смешок.

- Малдер, это, пожалуй, худшая пародия на Клинта Иствуда из всех, что я слышала.

- Правда? У тебя лучше получится?

- Мне хватает ума не пробовать.

- Ну, на то, чтобы не иметь со мной дела, тебе ума не хватило.

- Ну что поделаешь… Пришлось подчиниться приказу.

- Ты о чем?

- Не поняла?

- Когда именно ты подчинилась приказу?

- Когда меня отправили в Секретные материалы, разумеется. Когда же еще?

- Ну, не знаю, может быть… припоминаешь кое-какой отель в одном городишке в Алабаме?...

- Малдер, ты невыносим.

- Надо же, что-то ты по-другому запела.

- Прекрати сейчас же, а не то повешу трубку.

- Ладно, ладно. Буду примерным мальчиком, обещаю.

- Это станет поистине исключительным событием.

- Как жестоко!

- На этот раз хотя бы не прибегну к оружию.

- Оооо, агент Скалли, люблю, когда вы так суровы.

- Ты неисправим, Малдер.

- Да. – Пауза. – В Дафни без тебя было тяжело.

- Без тебя мне везде тяжело.

- Да, но последний раз мы были там вместе. Такой маленький город, и так много воспоминаний.

- Но не все приятные.

- Да, не все. Но зато все связаны с тобой.

- Как бы я хотела быть с тобой по-настоящему, а не только в воспоминаниях.

- Я тоже. Ты не представляешь, насколько.

- Представляю. – Пауза. – Ты уже готов отменить подписку о невыезде, Малдер?

- В смысле, считаю ли я, что мы можем увидеться? Нет. Пока нет. Хотя я уже настолько соскучился, что почти готов на это плюнуть.

- Правда?

- Я же сказал «почти», Скалли.

Вздох.

- Это меня убивает.

- Лучше это, чем Крайчек.

- Да к черту Крайчека. Я скучаю по тебе, Малдер, скучаю по твоему лицу, скучаю по нашим разговорам, по совместной работе, по твоим прикосновениям, и больше всего - по сексу.

- Я тоже скучаю, Скалли. Постоянно.

- Кто знает, может, ты скоро приедешь в Вашингтон?

- Это крайне маловероятно.

- Даже ненадолго?

- Не в ближайшее время. – Молчание. – Скалли, ты что, плачешь?

- Да.

- Не надо.

- Ничего не могу поделать. Я скучаю и хочу быть с тобой.

- Скалли… Послушай, я просто не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.

- Все уже случилось. Эта разлука просто невыносима, я не могу так жить.

- Не надо, не говори так.

- Прошу тебя, давай как-нибудь увидимся. Хотя бы на один день… или ночь.

- Хорошо, я постараюсь, обещаю. Ты только не плачь, ладно?

- Когда?

- Не знаю. Скоро. – Пауза. – Ты же знаешь, я не меньше тебя хочу встретиться.

- Да, я знаю.

Пауза.

- Я не хотел тебя расстроить.

- Ты меня не расстроил.

- Ну да, конечно.

- Нет, правда. Я не расстроена. Просто начала думать о нас и о том, сколько времени еще пройдет до нашей встречи, и слезы сами собой полились.

- Не вижу разницы, но поверю тебе на слово.

- Это самое умное из всего, что ты сегодня сказал.

Смешок.

- Ладно, я уже начинаю понимать, какая роль мне отведена в этих отношениях.

- Ты прекрасно знаешь, что я имела в виду.

- Конечно. – Пауза. – Пора идти спать.

- Да, у тебя усталый голос.

- Я вымотался. С тобой точно все в порядке?

- В порядке, Малдер. – Пауза. – Нет, правда, в порядке. Лучше плакать с тобой по телефону, чем смеяться с кем-нибудь другим.

- Попробую в это верить. Я позвоню тебе на работу завтра, хорошо?

- Хорошо.

- Скалли?

- Да?

- Думай о нас и дальше.

Тихо:
- Обязательно, обещаю.

- Я люблю тебя. Правда.

- Я знаю. Я тоже тебя люблю.

- Сладких снов, фэбээрщица.

- И тебе.
 
KenaДата: Понедельник, 2012-10-22, 4:24 PM | Сообщение # 203
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
Мы живем поступками, а не годами; мыслями, а не вздохами;
Чувствами, а не числами на циферблате.
Время нужно считать в ударах сердца. Дольше проживает тот,
Кто больше думает и мыслит честно,
И тот, чье сердце бьется чуть быстрее.
За час он проживает больше, чем за год – другие,
Чья густая кровь тягуче, медленно течет по венам.
Жизнь – не более чем путь к концу; и тот конец
Всему начало. Конец есть Бог.
Мертвым принадлежит вся честь и слава.

Филипп Джеймс Бейли
[подстрочник переводчика]


Глава двадцать вторая (из тридцати)

Отделение ФБР в Бирмингеме
16:24

Офис уже почти опустел, а Малдер только приступал к работе.

Свои непосредственные обязанности он уже выполнил и теперь мог сосредоточиться на том, чтобы установить связь между американскими военными и одной из самых опасных бактерий, известных человечеству.

Даже о Крайчеке агент сегодня не думал, уверенный в том, что в какой-то момент чертов ублюдок все равно объявится сам. И до той поры не было никакого смысла пытаться его отследить: этому Малдер научился на собственном опыте. Он мог только подготовиться, убедиться, что как только Крайчек вылезет из своей вонючей норы, Фокс Малдер станет первым, кто его поприветствует.

А пока самым разумным было попытаться определить, где находится Марк Лонг, и выяснить, почему он принимал препараты от сибирской язвы.

Когда ушли последние сотрудники, Малдер пересел за стол агента Майклса и, подняв трубку, набрал десятизначный междугородний номер.

Телефон прозвонил трижды, прежде чем на звонок ответили.

- Алло, - прозвучал в трубке настороженный мужской голос.

- Лэнгли, отключи запись, - сказал Малдер, усевшись поудобнее в кресле Майклса.

- Готово, - после небольшой паузы ответил Стрелок.

- Отключи, Лэнгли, - устало повторил Малдер. – Я серьезно.

- Малдер, разговор не записывается, правда, - заверил его Лэнгли. – Честное слово скаута.

- Отключи эту хренову запись сейчас же, Лэнгли, а не то я на тебя натравлю Агентство национальной безопасности, и совсем скоро ты будешь ностальгировать по тем временам, когда твоей самой большой проблемой были пропавшие кадры из фильма Запрудера*.
[* Фильм Запрудера - 6-секундный любительский документальный кинофильм, снятый Абрахамом Запрудером в Далласе в день убийства Джона Кеннеди 22 ноября 1963 года]

На этот раз Малдер услышал щелчок.

- Ну все, отключил, - обиженно произнес Лэнгли. – И не надо мне угрожать, приятель. Между прочим, я плевать хотел на прослушку АНБ. Мне ничего не стоит вырубить любые их примочки быстрее, чем ты выговоришь «Сокол тысячелетия»*.
[* «Сокол тысячелетия» - вымышленный космический корабль во вселенной «Звёздных войн», пилотируемый Ханом Соло и его помощником Чубаккой]

- Да ты даже не можешь добиться, чтобы тебя налоговая оставила в покое, - сказал Малдер. – Выручай, приятель. Мне нужна информация на нескольких военных, но в Пентагоне об этом никто не должен узнать. Справитесь?

- Это будет непросто, - ответил Лэнгли. – Министерство обороны тратит кучу денег на шифровку данных, супер-пупер систему отслеживания хакерских атак и тому подобную дребедень.

- Если кто-то и способен взломать эту систему, то это ты, Лэнгли, - подбодрил Стрелка Малдер. – Дело срочное. Отправишь информацию по почте?

- А почему бы просто не вывесить рекламный стенд на Таймс-сквер? – послышался другой мужской голос. – Знаю я, Малдер, одного первоклассника, который без труда взломал твою почту.

- Фрохики, я не с тобой разговариваю, - заметил Малдер. – А если первоклассник, о котором идет речь, - это ты, значит, у тебя есть проблемы посерьезнее, чем мое недовольство. На твоем месте я бы не стал списывать со счетов горячий ирландский темперамент агента Скалли, особенно если она узнает, что ты читаешь нашу переписку.

- О-о-о, да ты, стало быть, изволил снова начать разговаривать с очаровательным агентом Скалли? – съязвил Фрохики. – И как поживает моя маленькая конфетка?

- Все еще сохнет по тебе, но ей по-прежнему хватает ума не подпускать тебя на пушечный выстрел, - ответил Малдер. – Слушайте, я не хочу долго висеть на этой линии. Мне нужны данные на Марка Лонга из Дафни, штат Алабама, служащего ВМС, и Роберта Джентри из Бирмингема, Алабама, рядового армейского резерва. Джентри состоит в 87-ой дивизии, а где Лонг – не знаю. Если добудете что-нибудь, я попробую уговорить агента Скалли отправить тебе, Фрохики, фотографию с автографом.

- Замечательно, - радостно согласился тот.

Малдер повесил трубку, улыбнувшись и покачав головой. Некоторые вещи не меняются, думал он.

И слава богу.

***

Часом позже Малдер получил копии личного дела Марка Энтони Лонга, служащего ВМС США, а еще через час Лэнгли обещал прислать дело Джентри.

Лонгу, согласно документам, было двадцать восемь лет. Белый мужчина, проживавший по адресу 12546, 98-ое шоссе, Дафни, Алабама. Разведчик-диверсант. Впечатляет, а точнее – пугает, если он и правда замешан в распространении сибирской язвы.

В данный момент Лонг находился в плавании на корабле «Нассау». Назначение: неизвестно.

Засекречено. Вот черт. Интуитивно Малдер чувствовал, что наткнулся на что-то необычайно важное и опасное.

Стрелки предусмотрительно приложили к письму информацию по «Нассау». Быстро проглядев данные, Малдер подумал, что его сердце вот-вот остановится.

Десантный корабль 4 ВМС «Нассау».

Текущее местоположение: засекречено.

Командир корабля: капитан-лейтенант Скалли, Уильям Ф.-младший, ВМС США.

- Да чтоб я провалился, - ошеломленно прошептал Малдер, уставившись на монитор.

И бросил взгляд на часы. В Вашингтоне почти семь вечера, но Скалли наверняка еще на работе. Он поднял трубку и по памяти набрал ее номер.

После пяти гудков Малдер уже готов был сдаться, но в этот момент услышал ее голос.

- БАНСП, агент Скалли.

- Скалли, это я. Кажется, у меня кое-что есть.

- Тебе повезло, что ты застал меня, Малдер, я как раз собиралась уходить. Что там у тебя?

- Тебе хоть что-нибудь известно о том, где сейчас твой брат и что у него за задание?

Долгое молчание.

- Малдер, какое отношение все это имеет к моему брату? И, насколько я понимаю, ты говоришь о Билле, благо Чарли никогда даже не видел?

- Не знаю, Скалли. Я навел справки насчет Марка Лонга из Дафни, служащего ВМС, и так уж вышло, что он оказался одним из моряков на корабле, капитаном которого является твой брат.

Снова молчание.

- Ты уверен, что это тот самый Марк Лонг? – спросила Скалли.

- Думаю, да, - ответил Малдер. – Адрес совпадает. И он разведчик-диверсант, Скалли, оказавшийся на борту корабля «Нассау», которым управляет некий Уильям Скалли и который находится в плавании с полностью засекреченной миссией.

- Билл на «Нассау»? – пораженно переспросила она.

- А раньше он плавал не на нем? – удивился Малдер.

- Нет. «Нассау», если я не ошибаюсь, - десантное судно. Такие используются, например, для вертолетной высадки наземных войск. Он входит во Вторую флотилию. Билл раньше плавал на «Арли Берк», миноносце из Третьей флотилии.

- Ты как будто обеспокоена, - сказал Малдер чуть мягче.

- Так и есть, - призналась Скалли и нервно усмехнулась. – Полагаю, я слишком долго с тобой проработала. Мне повсюду чудятся заговоры.

- Какие, например?

- Например, я невольно задаюсь вопросом, почему именно моего брата из всех командиров ВМС внезапно перевели из одной флотилии в другую, с миноносца на сторожевой корабль, примерно через неделю после того, как его сестра натолкнулась на потенциально опасное биологическое оружие, непосредственно связанное с военными силами США, - сказала Скалли. – Я спятила, Малдер?

- Если ты спятила, то и я тоже, - успокоил ее напарник. – Потому что дело не только в том, что твой брат командует этим кораблем, но еще и в том, что один из людей, которых мы пытаемся отследить, очевидно, находится там же.

- Господи, Малдер, - сказала Скалли. Теперь она явно не находила себе места от волнения. – Что-нибудь еще связывает Лонга и Билла?

- Пока ничего. Но ты не ответила на мой вопрос.

- Ну что ж, Малдер, мой ответ - «понятия не имею». И не думаю, что Билл рассказал бы мне, в чем дело, даже если бы я знала, как с ним связаться.

- Не надо его спрашивать, - заметил Малдер. – Если он тебе что-нибудь расскажет, вы оба нарушите закон.

- Хорошо, потому что почти уверена, что в этом случае он бы составил на меня рапорт.

- На свою собственную сестру?

- Он предан флоту как никто иной, - сухо ответила Скалли. – Вот только как Марк Лонг мог купить лекарства в аптеке в своем родном городе, раз он находится в плавании с декабря?

- Может, кто-то купил их для него.

- Это за уши притянуто, Малдер. Твоя логика нарушает принцип бритвы Оккама*: ты плодишь сущности без всяких на то оснований.
[*Принцип бритвы Оккама - методологический принцип, который гласит: «Не следует привлекать новые сущности без самой крайней на то необходимости»]

- Да, мне это свойственно, - сказал он, зная, что сейчас Скалли улыбнулась.

- Это точно, - согласилась она. – Я бы перечила тебе еще упорнее, если бы ты так часто не оказывался прав. Попробую что-нибудь выяснить.

- Спасибо. Послушай, мне пора идти. Надо попытаться найти фотографию этого парня и, может быть, что-нибудь еще.

- Надеюсь, тебе больше повезет с доступом к военным делам, чем мне.

- Разве в БАНСП нет никого со связями в Министерстве обороны?

Скалли горько рассмеялась.

- Наверняка есть, - сказала она. – Но никто мне помогать не станет. Слухи уже распространились.

- Насчет Глассмана?

- Именно.

- И что, они считают, что ты все выдумала?

- Не знаю, что они считают, - ответила Скалли, - но знаю, что здесь меня недолюбливают абсолютно все. Как, впрочем, и раньше.

- Ну что ж, возможно, пришло время уйти.

- Возможно. Вот только некуда. Слушай, давай не будем говорить об этом по рабочему телефону. У стен есть уши.

- Да, я знаю. Позвоню тебе вечером.

- Хорошо.

Малдер повесил трубку.

Скалли была права. Наверняка это совпадение.

Нет. Слишком фантастическое совпадение. Нивек и Стауффер, Ли и Крайчек, а теперь еще и Билл Скалли и Марк Лонг. Их со Скалли посылают расследовать использование биологического оружия, на них нападают и разлучают, а неделю спустя Билл Скалли внезапно отправляется в плавание, и в его команде – человек, который, по-видимому, тоже связан с биологическим оружием.

Чтобы осуществить все это, понадобился бы сложнейший, идеально спланированный заговор, придуманный и приведенный в действие еще до того, как они со Скалли впервые оказались в Алабаме.

Конечно, идея просто смехотворна.

И тем не менее Малдер каждой клеточкой своего тела осознавал, что он только что нашел ключ к этому странному делу.

У него уже давно не было такой уверенности в своей правоте, а он хорошо помнил это ощущение еще со времен Секретных материалов. Так он чувствовал себя тогда, когда вопреки всему, вопреки логике и здравому смыслу оказывался прав.

***

Региональное отделение ФБР в Бирмингеме
21:32

- Эй, Малдер, придурок ты оксфордский, и какого черта ты спишь за своим столом? – закричал Прескотт, вынудив Малдера подскочить от неожиданности.

«Отлично, - подумал Малдер, медленно поднявшись из-за стола. – То, что надо: начальник, проверяющий мои ночные изыскания».

- Простите, сэр, - извинился он, оглядываясь в поисках пиджака. – Просто хотел кое-что закончить. Видимо, устал больше, чем думал.

- Садись, Малдер, - сказал Прескотт, пристроившись на краешке стола. – Не будем церемониться. Думаю, нам надо кое-что обговорить.

Подавив стон, Малдер откинулся в кресле и выжидательно посмотрел на Прескотта.

- Малдер, у нас с тобой не было возможности обсудить твою работу, - сказал тот. – Но у меня сложилось отчетливое впечатление, что ты нарушил мои инструкции.

- Не знаю, о чем вы, сэр, - не моргнув глазом, солгал Малдер. Этот невозмутимый тон, которым обычно с легкостью удавалось успокоить подозрения Скиннера, не один раз сослужил ему добрую службу.

Но не сегодня.

- Малдер, среди сыновей мистера Прескотта дурачков не было, - ничтоже сумняшеся парировал начальник. – Может, хватит мне мозги пудрить? Что тебе известно о сибирской язве?

Долю секунды Малдер обдумывал целесообразность еще одного уклончивого ответа, но один взгляд на Прескотта заставил его передумать и отнестись к своим следующим словам со всей серьезностью.

- Мне известно столько же, сколько раньше, - сказал Малдер, устало потерев лоб. – Увы. – Он посмотрел на начальника. – Вы сказали, что в Мобиле сами с этим разберутся, сэр, но я не могу закрыть глаза на тот факт, что двое жертв Ли связаны с первым случаем сибирской язвы, зарегистрированным в нашей стране за многие годы.

- Я и не думал, что ты меня послушаешься, Малдер, - заметил Прескотт, пожав плечами. – Просто хотел услышать это от тебя в официальной обстановке.

Малдер, прищурившись, с подозрением посмотрел на Прескотта.

- Вы с самого начала знали, что я все равно продолжу работать над этим делом, - медленно произнес он. – И даже рассчитывали на это.

- Конечно, - подтвердил его опасения Прескотт, и Малдеру показалось, что тот вот-вот ему подмигнет, но этого не случилось. – И, между прочим, кое-что еще, Малдер, ускользнуло от твоего внимания: в Вашингтоне кто-то настойчиво расспрашивает меня о твоем времяпрепровождении. Не знаю, кто, - добавил он, когда Малдер удивленно посмотрел на начальника и собрался его перебить. – Я получил письмо от ребят из Гувер-билдинг с просьбой прояснить, какими делами ты в настоящий момент занимаешься. Оно пришло из кабинета Керша, и что-то мне подсказывает, что он не собирается баллотироваться на пост президента «Клуба поклонников Малдера».

- Это еще мягко сказано, - сказал Малдер, невесело улыбнувшись. – И что вы им ответили, сэр?

- Что ты выполняешь кое-какие проверки и закрываешь дело Ли, - сказал Прескотт. – А это правда только отчасти, не так ли, Малдер?

Агент вздохнул и, отвернувшись, откинулся на спинку кресла.

- Не знаю, как много вы хотите узнать, сэр, - сказал он нерешительно.

- Чушь, Малдер, - беззлобно возразил Прескотт и скрестил руки на груди. – Ты не знаешь, как много хочешь мне рассказать. Это вполне понятно. Ты сам сказал, когда первый раз был в этом офисе, что никому не доверяешь. Конечно, это тоже полная ерунда.

- Нет, сэр, отнюдь, - решительно заверил его Малдер, взглянув начальнику прямо в глаза. – Интуиция подсказывает мне, что я могу вам доверять, но опыт велит не раскрывать карты.

- Если только за карточным столом не сидит кое-какой рыжеволосый специальный агент, - заметил Прескотт и замолчал, чтобы дать Малдеру возможность ответить, но тот ничего не сказал. Старший агент продолжил: - Это ведь правда, Малдер? Вся эта твоя риторика – одинокий волк, который никому не доверяет и никому не говорит, что за козыри у него в рукаве – все это не распространяется на твою напарницу.

Малдер промолчал.

- Малдер, - вновь заговорил Прескотт, покачав головой. – Я пока не понял, что на тебя нашло и какого черта ты сюда приехал, но я знаю одно: некоторые напарники не должны расставаться. Судя по всему, Скалли чертовски хороший агент и обладает навыками, которые могут помочь тебе в этом деле. Кроме того, - добавил он, - ты ей доверяешь, а такой человек тебе не повредит. У переписки по электронной почте есть несомненные недостатки.

Малдер взглянул на начальника с каменным выражением лица.

- Например? Ее кто-нибудь может прочитать?

- Например, кто-нибудь может попытаться, - сказал Прескотт, и Малдер впервые заметил, что фамильярные нотки исчезли из тона начальника. – Например, кто-нибудь попробует выяснить, что ты нашел сегодня и не имеет ли это «что-то» отношения к вопросам, о которых тебе, по их мнению, знать не следует.
 
KenaДата: Понедельник, 2012-10-22, 4:24 PM | Сообщение # 204
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
Малдер только пожал плечами. Это откровение его не удивило, хотя новости, бесспорно, оставляли желать лучшего.

- И откуда вам об этом известно? – спросил он, стараясь не повышать голос.

- Я знал, что кто-нибудь попытается влезть в твою почту, Малдер, и держал руку на пульсе, - ответил Прескотт. – Только не надо скандала: сам я ее не читал. Лишь следил, не станет ли кто-нибудь взламывать учетную запись. И пару часов назад это произошло.

- Вы установили, кто это был? – спросил Малдер, слегка прищурившись.

Прескотт покачал головой.

- Нет, но я выясню, если хочешь, - сказал он. – А пока, Малдер, пора заканчивать с этой тягомотиной. Пойдем выпьем. Твоя почта будет закрыта, пока не вычислим взломщика. Нечего здесь сидеть.

- Спасибо за предложение, сэр, но я не пью, - сказал Малдер.

- Почему? По религиозным соображениям?

- Нет, сэр, - ответил Малдер. – Просто личная причуда.

- Такие отговорки в «Трагическом сострадании» не принимаются, Малдер, - заявил Прескотт, встав и накинув пальто. – Пойдем, ничего с тобой не случится, если разок выпьешь с боссом. Подлизой тоже не прослывешь. Одевайся, умник, ты сегодня отдыхаешь.

Малдер неохотно поднялся.

- Хорошо, сэр, - уныло согласился он.

***

Квартира Даны Скалли
Пятница, 11 марта
1:17

- Алло?

- Привет, Скалли, это я.

- А я уже не чаяла дождаться звонка.

- Прости, Скалли. Все дело в…

- Кажется, все дело в скотче, Малдер.

- В джине, если точнее. Это не моя вина.

- Джин не твоя вина?

- В смысле, не моя вина, что я его пил.

- Ну не томи, начинай вешать мне лапшу на уши.

- Размечталась, я тебе пока ничего не скажу.

- Малдер, когда ты набирал номер, то уже планировал вывести меня из себя, или на тебя нашло внезапное вдохновение?

- Я не пытаюсь вывести тебя из себя. Прости, что не позвонил раньше. Я был в баре со своим начальником, и он никак не хотел ехать домой.

- Его что, не ждет дома милейшая миссис Прескотт?

- Не знаю, мы об этом не говорили.

- А о чем говорили?

- В основном о том, что нельзя обсуждать по телефону.

- Малдер, иди спать. Ты пьян.

- Немножко.

- Нет, гораздо больше, чем «немножко».

- Прости.

- Да хватит извиняться, Малдер, тебе же уже исполнился двадцать один год.

- Мне явно стоит извиниться: ты ужасно раздражена.

- Ну… Мне не стоило раздражаться. – Пауза. – Извини. Ты прав. Я разозлилась, но это никак не связано с тем, что ты выпил бокальчик… или два… или четыре.

- Три.

- Неважно.

- А в чем же дело?

Долгая пауза.

- Скалли?

- Ничего такого, просто… Малдер, у меня был ужасный день, а теперь… теперь я еще и беспокоюсь о Билле, и я ждала твоего звонка, а ты все не звонил. Я думала, ты на работе, и стала звонить туда, но тебя не оказалось на месте…

- Погоди-ка минутку. Давай по очереди. У тебя был ужасный день, потому что с тобой никто не разговаривает или по какой-то другой причине?

- Да нет, никакой другой причины, просто… Меня уже тошнит от этого, Малдер. Мне надоело, что со мной обращаются, как с мстительной стервой, которая настучала на коллегу за то, что тот похвалил ее прическу, или назвал «дорогушей», или сделал еще какую-нибудь ерунду.

- Еще бы, понимаю. Но ты же знаешь, что все было не так.

- Мне никто не верит.

- Я тебе верю.

Тихо:
- Я знаю. Но ты ведь там был, Малдер, и все видел своими собственными глазами.

- Не все.

- Да. Ты прав, не все. – Вздох. – Прости, я не должна на тебя срываться. Ты единственный, кто мне помогает во всем.

- Жаль, но это не так.

- Не начинай, Малдер. Давай не будем сыпать соль на раны.

- Слушаюсь, мэм.

- Прекрати.

- Так точно, агент Скалли.

- Малдер…

- Извини. Слушай, насчет Билла. Об этом я могу говорить. Кое-что произошло.

- Что еще могло произойти? Что может быть хуже, чем все эти завуалированные намеки и странные подозрения, Малдер?

- Я не говорил, что стало хуже, просто сказал, что говорить об этом опасно. Скалли, Прескотт сообщил, что кто-то взломал мою почту.

- Этого еще не хватало…

- Думаю, все не так страшно. Вполне возможно, что это просто Стрелки пытались проверить систему безопасности ФБР перед тем, как отправить мне информацию по Лонгу.

- Куда вероятнее, что это был кто-то другой.

- Может быть. Завтра узнаю больше. Но важно то, что Прескотт рассказал мне об этом, как только сам все выяснил.

- Неужели ты ему доверяешь?

Смешок.

- Нет, хотя, если честно, мне кажется, что мог бы. Но он и не просит ему доверять. Прескотт знает, кто достоин моего доверия.

- И откуда же?

- Он чертовски хороший агент.

- Ты что, обсуждал меня с каким-то типом, с которым я даже не знакома?

- Нет, говорю же: он сам выяснил.

- И что сказал?

- Сказал, что некоторые напарники не должны расставаться.

Пауза.

- Мне он определенно нравится.

Смешок.

- Да, думаю, вы бы поладили, если бы встретились.

- Малдер, прости, что сорвалась.

- Скалли, все мы иногда злимся. Это не смертельный грех.

- Грех злиться на того, кто этого не заслуживает.

- Я заслужил. Пропал и не звонил.

- Боже мой…

- Что? Что случилось?

- Думаю, пора звонить в газеты. Фокс Малдер только что извинился за то, что кинул меня.

- Я не извинялся. Только сказал, что мы все иногда злимся и что у тебя есть на это право.

- Это одно и то же.

- Ничего подобного.

- Не придирайся к мелочам, Малдер. Ты, наверное, из тех, кто считает, что Клинтон не соврал, когда сказал, что не спал с Моникой.

- О, нет, даже не думай втягивать меня в этот спор. Нет такого мужчины на этой планете, который мог бы его выиграть.

- Какой спор? О том, является ли минет сексом?

- Ну да.

- А ты как считаешь?

- Скалли, я же сказал: не надо меня втягивать.

- Во что?

- В эту… дискуссию.

- А-а-а… Я думала, ты о другом.

Пауза.

- О чем?

- Ну, о минете.

- Господи ты боже мой.

Смешок.

- Ну вот, опять началось.

- Погоди-ка, это был Рейган. А Клинтон сказал…

- Не меняй тему.

- Просто самозащита, Скалли.

- А зачем тебе защищаться? Ты же любишь оральный секс, да, Малдер?

Молчание.

- Малдер?

Молчание.

- Малдер, скажи что-нибудь.

- Да.

- Да?

- Да.

- Ясно.

- А теперь можно сменить тему? Пожалуйста.

- Я только еще кое-что скажу?

Пауза.

- Ладно, давай.

Медленно:
- Знаешь, когда я думаю о тебе… так… то представляю именно это.

Стон.

- Честно.

- Это тебя заводит?

- О да, еще как.

- Господи.

- Ты, бедный, совсем расстроился, да?

- Я бы использовал другое слово.

- Неважно. Когда будем вместе, хочу это сделать.

- О господи ты боже мой…

- Так и думала, что это тебя заинтересует.

- Только один вопрос: я что, случайно, набрал номер Фэбээрщицы Фифи из службы секса по телефону?

- Вроде бы мой номер не начинается с 1-900, Малдер.

- Извини, я что-то совсем не соображаю и даже на ногах стою не очень… хорошо.

- Ты, наверное, хотел сказать «твердо»?

- Не волнуйся, с твердостью у меня все обстоит отлично.

- Тебе не пора идти?

Вздох.

- Пора. И тебе стоит поспать.

- Думай обо мне.

- Обязательно, но это долго не продлится.

Смешок.

- Скорее бы увидеться.

- Да. Скорее бы послушать, чем еще ты надумала со мной заняться.

- Всем.

- Так, ладно, теперь мне и правда пора.

- Погоди-ка, ты не сказал самое главное.

- Что?

- То, что ты мне каждый вечер говоришь, Малдер.

- А-а-а… Я люблю тебя.

- Я тебя тоже, но вообще-то я не об этом.

- Я понял, просто дразню тебя. Сладких снов, фэбээрщица.

- И тебе.
 
KenaДата: Пятница, 2012-11-09, 11:10 AM | Сообщение # 205
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
Когда я лежу головой у тебя на коленях, камерадо,
Я продолжаю признанье тебе, тебе и открытому небу, подвожу итог:
Знаю, я — мятежник, и других обращаю в мятежников,
Знаю, мои слова — оружие, в них опасность и запах смерти,
Я ведь посягаю на успокоенность, безопасность, установленья, законы и стою за беззаконье;
Я очень решителен, потому что все меня отвергли,
Более решителен, чем мог бы, если бы я был желанным.
Я ни в грош не ставлю и никогда не ставил опытность, осмотрительность, мнение большинства, насмешки,
И угроза того, что называют адом,— для меня такая малость, или, вернее, пустой звук,
И соблазн того, что называют раем,— для меня такая малость, или, вернее, пустой звук для меня.
...Возлюбленный камерадо!
Признаюсь, что подстрекал тебя отправиться в путь со мной,
И неистово упорствую в этом желанье,
Хотя и не знаю, зачем и куда мы идем
И вознесемся ли мы на вершину победы
Или будем сокрушены и наголову разбиты.

Уолт Уитмен
[перевод Н. Тимофеевой]


Глава двадцать третья (из тридцати)

БАНСП
Пятница, 12 марта
9:32

Скалли отодвинулась от стола и, сняв очки, прижала пальцы к усталым глазам.

Сегодня яркое свечение монитора почему-то раздражало ее еще больше обычного, и в итоге разболелась голова: несмотря на то, что разговоры с Малдером значительно улучшили ее самочувствие, способность рационально мыслить представлялась Скалли довольно сложной задачей. Она с удивлением обнаружила, что ей приходится прикладывать в два раза больше усилий, чтобы сделать гораздо меньше, чем удавалось добиться раньше, во времена работы в «Секретных материалах».

Тем не менее Скалли видела, что прогресс налицо, и, кажется, дальше будет только лучше. С каждым днем к ней возвращалось все больше прежней уверенности в себе. Скалли с радостью отмечала любой признак улучшения своего душевного состояния – так же, как когда-то цеплялась за каждый симптом, говоривший о том, что рак вошел в ремиссию.

Вздохнув, она откинулась на спинку кресла и подвигала плечами, чтобы немного размять мышцы шеи. Закрыв глаза и погрузившись в темноту, Скалли позволила себе расслабиться и на мгновение вернуться мыслями к произошедшему накануне разговору с Малдером.

С каких пор она стала так прямолинейно вести себя с ним?

И, если подумать, с каких пор он перестал быть таким прямолинейным с ней?

Скалли выпрямилась и, опершись локтями о стол, положила подбородок на сцепленные руки. Как все это странно, думала она. Малдер - любитель пофлиртовать и неутомимый потребитель порнопродукции - застенчиво заикается, когда она предпринимает невинную попытку устроить секс по телефону? Да, судя по всему, миром управляют вовсе не незыблемые законы…

С другой стороны комнаты до Скалли донесся взрыв хохота, и, обернувшись, она увидела там Глассмана и пару его приятелей, которые, глядя на нее, шутливо подталкивали друг друга локтями и перемигивались.

«До чего было бы здорово врезать тебе прямо по твоим драгоценным яйцам, которые ты столь безосновательно переоцениваешь, Глассман, - думала Скалли, ощущая приятный трепет при этой мысли. - Меня не так легко запугать и контролировать, как ты думаешь… Уже нет».

Внезапно пораженная этой мыслью, она резко выпрямилась. Вот он, ответ.

Контроль.

Малдер подарил ей контроль над тем единственным аспектом своей жизни, который всегда целиком и полностью контролировал сам, - своей сексуальностью. Фильмы для взрослых, порножурналы, даже его любовь к пошловатому флирту – все сводилось к одному: он и только он один отвечал за свои чувства и сам решал, когда и к кому их испытывать.

Это напомнило Скалли об учебе в старшей школе, когда девчонки, глупо хихикая, обсуждали, как одна из одноклассниц «отдала себя» какому-нибудь парню. Этот эвфемизм был официально принят у воспитанных девочек, хотя существовали и другие. Скалли этот вежливый оборот всегда ужасно раздражал и казался чересчур ханжеским. Люди никому себя не отдают. Они не собственность.

Но именно это сделал Малдер – отдал себя ей, практически буквально. Даже когда их разделяли тысячи километров, он дожидался от нее первого шага, позволял ей задавать темп и направление их отношений, произносить все важные слова. Ее желание распаляло его, а не наоборот.

По его инициативе контроль сосредоточился в ее руках.

Неудивительно, что вчера она услышала от него эту странную, но очаровательную смесь возбуждения и смущения. Это было для него так же ново, как для нее. Сердце Малдера давно уже принадлежало ей, а теперь и тело тоже.

И вместе с ним он вернул ей способность контролировать свою собственную жизнь.

Скалли сразу же безумно захотелось поднять трубку, позвонить ему на работу и сказать… что-нибудь. «Я люблю тебя» или «Я знаю, чем ты ради меня поступился». Это одно и то же, в конце концов.

Он пожертвовал практически всем, что имело для него значение: «Секретными материалами», поиском Саманты, жалкими остатками той многообещающей карьеры, что когда-то предрекали ему в Бюро. Скалли даже подозревала, что его чертова порноколлекция тоже оказалась в помойном ведре.

Нет. Невозможно вести такой разговор, когда с мерзким хихиканьем на нее пялится Глассман. Это подождет до вечера, когда они смогут поговорить наедине.

«Нужно возвращаться к работе, Дана, - строго велела она себе. - Хватит уже витать в облаках, надо перечитать документы, рассортировать их… Кстати. «Болезнь сортировщиков шерсти» - вот ей-то давно уже пора заняться».

«Я до сих пор слишком рассеянна, - корила себя Скалли. - Не могу ни на чем сосредоточиться, и с этим нужно что-то делать. Работа. Надо поработать. Любовь, желание и прочие радости подождут до вечера».

Она села поудобнее и глубоко вздохнула, приводя мысли в порядок. Решив, что самообладание вернулось к ней в достаточной степени, Скалли подняла трубку и набрала номер следователя из ЦКЗ, который приезжал в Дафни.

- Рад, что вы позвонили, доктор Скалли, - сказал тот. – Я и сам собирался с вами связаться. Ваше дело обрастает интересными подробностями.

- Надеюсь, не новые случаи заболевания язвой в Алабаме? - спросила Скалли.

Позже она поняла, что в глубине души знала, какие новости ее ждут. Если, конечно, такой скептик, как доктор Скалли, вообще мог позволить себе поверить в предчувствие и предвидение.

- Нет, - ответил следователь. – Не в Алабаме. Хотел бы я, чтобы все было так просто. Несомненно, у заболевших сибирская язва, но, кажется, мы имеем дело с новым штаммом, и на него не действует ни один известный нам антибиотик.

***

Региональное отделение ФБР в Бирмингеме
9:52

Господи, неужели это занудство никогда не кончится?

Малдер опять погряз в рутинной работе, не вызывающей никакого интереса и только испытывающей его терпение. Он проверял данные на одного адвоката из Бирмингема, который претендовал на должность федерального судьи.

Малдер пытался утешить себя мыслью о том, что эта работа позанимательнее, чем проверки для Национальной гвардии. У всякого, кто собирался стать федеральным судьей, имелись враги, и выяснением того, чья оценка была объективной, а чья - продиктованной политическими мотивами, Малдер мог хоть немного себя развлечь.

В любом случае едва ли кого-то волновало его мнение на этот счет. Но Малдеру было необходимо сначала прояснить все у себя в голове, проверить и перепроверить всю информацию и в особенности – обвинения, которые могут оказаться не более чем политической местью.

За последние годы он немало узнал о подобных интригах.

На экране появилось уведомление о новом письме.

----------------

Кому: fwmulder@fbi.gov
От: dkscully@fbi.gov
Тема: Кое-что нашла.

Прости, что пишу по почте, несмотря на вчерашние дурные новости, но поскольку мы переписываемся через сервер ФБР, надеюсь, хакеры нам не угрожают. Центр контроля заболеваний прислал отчет.

У них два сообщения из Саудовской Аравии о случаях заболевания сибирской язвой. И это еще не самое плохое: оба заразившихся – медработники. Они были вакцинированы и все равно умерли, хотя их пытались вылечить всеми возможными антибиотиками. Это недолго будет оставаться тайной, Малдер. ЦКЗ придется опубликовать информацию в следующем выпуске «Заболеваемости и смертности»*. Думаешь, это связано с нашим делом?
[*Еженедельник «Заболеваемость и смертность» - издаваемый Центрами контроля и профилактики заболеваний США сборник собственных материалов по теме]

----------------

Кому: dkscully@fbi.gov
От: fwmulder@fbi.gov
Тема: Ну и ну!

Ни черта себе! Наверняка связано. Раньше не было таких прецедентов, чтобы заболел привитый человек? И что такое «Заболеваемость и смертность»?

----------------

Кому: fwmulder@fbi.gov
От: dkscully@fbi.gov
Тема: вакцина

Еженедельник. И да, всегда есть вероятность, что курс вакцинации не провели до конца, или что вакцина была не самой лучшей, или что после укола прошло слишком много времени. На некоторых прививка просто не действует. В лучшем случае эффективность вакцинации достигает девяноста процентов.

----------------

Кому: dkscully@fbi.gov
От: fwmulder@fbi.gov
Тема: вакцина

И как насчет этих двух случаев? Есть основания подозревать что-то подобное?

----------------

Кому: fwmulder@fbi.gov
От: dkscully@fbi.gov
Тема: вакцина

У меня недостаточно данных, чтобы на это ответить. Я попросила ЦКЗ выслать мне истории болезни. Как только получу их, выясню побольше. Плохо, что заболевшие были вакцинированы, но если этот штамм имеет сопротивляемость к антибиотикам, то проблема куда серьезнее, чем нам казалось.

----------------

Кому: dkscully@fbi.gov
От: fwmulder@fbi.gov
Тема: Проблема с большой буквы

Не могу не согласиться. Тогда решено: я проверю нашу теорию на выходных. Думаю, ты догадываешься, куда я еду. Могу пропасть на пару дней. Не пугайся, если не сможешь дозвониться.

----------------

Кому: fwmulder@fbi.gov
От: dkscully@fbi.gov
Тема: внимание!

Малдер, будь осторожен. Если на этот штамм не действуют антибиотики, значит, тебе он тоже угрожает. Ты можешь заразиться, несмотря на то, что вакцинирован. Кроме того, судя по всему, на данный момент никакого эффективного лечения не существует, тем более учитывая, что сибирскую язву лечить вообще крайне тяжело. Болезнь достигнет критической стадии еще до того, как ты вообще поймешь, что болен. Профилактика – лучшая стратегия.

----------------

Кому: dkscully@fbi.gov
От: fwmulder@fbi.gov
Тема: не волнуйся

Я буду предельно осторожен. Но ты сама понимаешь, какая складывается ситуация.

----------------

Кому: fwmulder@fbi.gov
От: dkscully@fbi.gov
Тема: Один в поле не воин

Малдер, тебе нужно прикрытие. Не лучше ли подождать меня? Я смогу прилететь сегодня.

----------------

Кому: dkscully@fbi.gov
От: fwmulder@fbi.gov
Тема: Ни в коем случае

И позволить АК и его дружкам вычислить тебя? Ни за что, Скалли. Это слишком опасно.

----------------

Кому: fwmulder@fbi.gov
От: dkscully@fbi.gov
Тема: Ты упрямый осел

Спасибо за заботу. Малдер, я серьезно. Тебе нельзя ехать одному. Есть в Бирмингеме кто-нибудь, кому ты доверяешь?

----------------

Кому: dkscully@fbi.gov
От: fwmulder@fbi.gov
Тема: К чему спрашивать?

Нет. Доверяю я только одному человеку и не собираюсь рисковать ее жизнью.

----------------

Кому: fwmulder@fbi.gov
От: dkscully@fbi.gov
Тема: обещай, что вернешься

----------------

В теле письма ничего не было.

Малдер нажал на кнопку «ответить».

----------------

Кому: dkscully@fbi.gov
От: fwmulder@fbi.gov
Тема: обещаю, фэбээрщица

***

Форт МакКлеллан
Аннистон, штат Алабама
Суббота, 13 марта
00:19

«Не могу сосчитать, сколько раз я незаконно проникал на военные объекты, - думал Малдер, - но еще никогда все не шло настолько гладко».

Эта мысль, впрочем, его ничуть не успокоила. У дядюшки Сэма здесь припасен целый склад химического оружия, и решение о том, как от него избавиться, до сих пор не принято. Хотя эта огромная военная база закрывалась, все равно по периметру должна была бы стоять охрана.

Но база умирала медленной смертью, и охранники не слишком ответственно относились к своим обязанностям. Малдеру не пришлось долго выискивать в ограде дырку, через которую он смог бы пролезть.

Стараясь не попадаться на глаза, он уже несколько часов шел по территории базы в направлении склада химического оружия.

Объект занимал огромную площадь. Бывшее место расположения женского корпуса сухопутных войск, а позже - Центра учебной подготовки офицеров военной полиции пало жертвой планового закрытия. Флаги уже опустили, последних членов кадрового состава перевели на новое место службы. Территория опустела, повсюду царили темнота и тишина.

«Да, света основательно недостает, - подумал Малдер и улыбнулся, отводя в сторону ветки разросшегося кустарника. - Если бы база охранялась как следует, тебя бы уже давно поймали, Малдер. И на этот раз рядом нет Скалли, которая тебя выручит. Довольствуйся тем, что имеешь.

И что же теперь, прекратить переживать о том, кто заполучил доступ к этому оружию? Нет. Этому не бывать.

Он почти добрался до места и уже видел впереди огороженную территорию, которая, к его радости и печали одновременно, явно охранялась несколько лучше. Зона освещалась прожекторами, а трехметровый забор был оснащен колючей проволокой. И, кажется, током.

Пригнувшись, Малдер медленно и как можно бесшумнее обошел помещение по периметру в поисках главного входа в защищенную зону. Примерно через пятнадцать минут он его отыскал – запертые ворота с караульным постом, который преграждал доступ к двухполосной асфальтовой дороге без всяких знаков – единственной, которая вела к складу.

Малдер пригнулся еще ниже и отступил от забора, пока не оказался на небольшом затененном участке, находившемся на некотором возвышении над дорогой, откуда открывался вид на ворота.

«Просто дождись подходящей возможности, Малдер, - велел он себе. – Только терпение. Если придется, то прожди здесь всю ночь, главное – уберись отсюда до рассвета».

И он приготовился ждать.

Прошел час, другой, но ничего так и не произошло. Ни единого звука, никакого движения. «В конце концов, база же закрыта, - подумал Малдер. – Довольно глупо сидеть тут и дожидаться попутки. Надо найти другой способ попасть внутрь».

Агент медленно встал, потягиваясь, чтобы размять затекшие мышцы, и начал медленно приближаться к забору, пытаясь отыскать в ограде слабое место. Опыт подсказывал ему, что таковое обязательно найдется.

Прожекторы внезапно повернулись в его сторону и залили все пространство светом. Малдер мгновенно рухнул на землю и, рискнув поднять голову, увидел серо-зеленый двухтонный военный грузовик, который армейские именовали «двушкой», с грохотом выезжающий из-за ограды.

«Если гора не идет к Магомету, то Магомет идет к горе, - подумал Малдер. - Главное – выяснить направление движения».

Он быстро побежал вниз по холму как раз в тот момент, когда грузовик остановился у блок-поста. Стараясь, чтобы корпус машины закрывал его от охранников, Малдер осторожно обошел автомобиль сзади и заглянул под закрывавший кузов брезент.

Никого.

Как только Малдер залез внутрь, грузовик тронулся.

***

Квартира Даны Скалли
4:23

Сидя за кухонным столом, Скалли осоловело смотрела перед собой, на автомате потягивая кофе и даже не замечая, каким холодным и горьким он успел стать за это время.

Она уже отработала механизм в деталях: отпить, проглотить кофе, посмотреть на часы и проверить, не сдвинулись ли стрелки, взглянуть на телефон и подождать, не прозвонит ли он. Повторять до бесконечности.

Надо успокоиться. Ей уже столько раз доводилось вот так коротать время с тех пор, когда она стала ассистенткой Малдера в его коронном фокусе «как кинуть Скалли».

Но только раньше она никогда не испытывала такого страха, даже когда он внедрился в террористическую организацию, а ей запретили ему помогать. Скалли знала, где он. Вариантов немного: это то место, которое, согласно их подозрениям, могло стать площадкой для подготовки террористического акта.

Форт МакКлеллан. Наверняка. И она почти не сомневалась в том, что Малдер найдет там то, что ищет. Ему не помешало бы прикрытие, но никому из Бирмингема Малдер не доверял, а Скалли находилась слишком далеко, чтобы успеть добраться туда вовремя.

Если она права, то сейчас его все равно днем с огнем не сыщешь.

Напряжение уже становилось невыносимым.
 
KenaДата: Пятница, 2012-11-09, 11:10 AM | Сообщение # 206
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
Скалли плохо спала – просыпалась дважды из-за ночных кошмаров, выкрикивая имя Малдера. Сны уже не были такими яркими, как раньше, но теперь в них появилось кое-что новое: Малдер лежал на больничной койке и страдал от невыносимого кашля, вызванного не чем иным, как сибирской язвой.

В половину четвертого утра Скалли сдалась и вылезла из постели, бросив попытки заснуть.

«Впервые после того, как мы с Малдером стали любовниками, мне приснились кошмары», - думала она, потягивая омерзительный холодный кофе. Скалли понимала, что эта идея не выдерживает никакой критики, но не могла отделаться от ощущения, что кошмары вернулись по одной единственной причине: потому что Малдер не пожелал ей сладких снов.

«С возрастом я становлюсь такой сентиментальной, - подумала Скалли, и ее губы скривились от отвращения к самой себе. - Одно с другим совершенно никак не связано. Просто я устала и волнуюсь о нем».

Она сделала еще глоток и бросила взгляд на часы.

Стрелки не сдвинулись ни на миллиметр.

***

Где-то на шоссе
5:45

Уже два часа Малдер трясся в кузове грузовика в полной темноте и к этому моменту окончательно перестал понимать, где находится. На каком-то крупном шоссе, судя по всему, хотя никаких ориентиров у него не было. Они долго кружили по территории форта, пока выезжали оттуда, и теперь Малдер понятия не имел, куда грузовик держит путь.

Точно так же он не представлял, что находится в ящиках, заполнявших кузов грузовика аж до потолка.

Малдер опасался включать карманный фонарик, поскольку водитель мог заметить свет, и поэтому довольствовался тем, что изредка выглядывал из-под брезента, когда грузовик проезжал по освещенной территории. Машина до сих пор ни разу не остановилась.

«Вполне возможно, что грузовик просто перевозит резиновые собачьи какашки»*, - подумал Малдер, и из-за усталости и волнения эта мысль показалась ему такой смешной, что пришлось приложить руку ко рту, чтобы не засмеяться в голос.
[* Отсылка к крылатой фразе из фильма «Лучший стрелок»]

«Вот поэтому и надо обязательно иметь прикрытие, - размышлял Малдер. - Напарник не позволит твоим мыслям потечь в опасном направлении. И не даст сойти с ума, как при работе в одиночку».

Надо было дождаться Скалли.

Нет. Это не вариант.

Он снова съежился на крохотном пятачке, поглядывая из-под брезента и надеясь увидеть хотя бы что-то, что помогло бы ему определить, куда они едут.

***

Квартира Скалли
9:44

В квартире уже закончились вещи, которые можно было бы отмыть.

Она вымыла холодильник изнутри и снаружи, подмела, пропылесосила и до блеска оттерла полы, смахнула пыль со всех свободных поверхностей, даже с выключателей и телефона. С последнего – особенно ловко и осторожно, чтобы не оставлять трубку снятой слишком долго.

Малдер ведь может позвонить. И неважно, что он мог с тем же успехом набрать номер ее сотового. Трубка должна лежать на месте и точка. Вот только мыть теперь уже нечего.

Когда телефон наконец ожил, Скалли как раз принялась за жалюзи, но, услышав трель, ринулась к аппарату, опрокинув на ходу ведро с водой и даже не заметив этого.

- Малдер? – выпалила она, запыхавшись.

На другом конце линии возникла короткая пауза.

- Черт, судя по всему, у вас его нет, - нерешительно произнес мужской голос с легким южным акцентом.

- Простите… Кто это? – настороженно спросила Скалли, внезапно испугавшись.

- Дэниэл Прескотт, - ответил мужчина. – А вы, полагаю, агент Скалли?

- Начальник Малдера, - протянула Скалли. От разочарования ее тело обмякло, и она рухнула на диван. – Простите, сэр. Вы искали агента Малдера?

- Похоже, он куда-то пропал, агент Скалли, - сказал Прескотт. – Я в глубине души надеялся, что он просто поехал навестить вас.

- Нет, сэр, - ответила Скалли. – Он… сказал, что на этих выходных будет над чем-то работать.

- Да-да, конечно, а вы собираетесь переселиться на Марс, - отреагировал Прескотт. – Агент Скалли, я прекрасно знаю, чем Малдер занимается, так что давайте не будем играть в эти игры. Он ввязался во что-то опасное в одиночку. Я хочу выяснить, где он.

Скалли ничего не ответила, но сердце болезненно сжалось от волнения. Малдер сказал, что не доверял Прескотту, но не потому, что не хотел. Могла ли она говорить с этим человеком начистоту?

- Агент Скалли? – окликнул ее Прескотт. – Будьте так добры, отвечайте, когда я с вами разговариваю.

- Простите, сэр, - сказала Скалли. – Я… честно говоря, сэр, не знаю, что вам ответить.

- Сообщите, где Малдер, если знаете, - попросил Прескотт. – А если не знаете, тогда попробуйте прикинуть. Я тоже не в настроении слушать всякую хрень, агент Скалли, уж простите за грубость.

Скалли тяжело сглотнула. Интуиция подсказывала ей, что в каком бы настроении Прескотт ни пребывал, Малдер сказал бы ему, куда едет, если бы счел это необходимым.

С другой стороны, одного нежелания Малдера мало, чтобы считать целесообразным и дальше держать его непосредственного начальника в неведении.

Решение надо было принимать быстро: Прескотт явно не собирался долго ожидать ответа. Она скрестила пальцы, надеясь, что поступает правильно.

- Сэр, - сказала Скалли, – мне кажется, я знаю, куда он поехал. Я бы сообщила вам, но не уверена, что это стоит делать по телефону. Скорее всего, линия небезопасна. Мы уже не раз с этим сталкивались.

- Ну что ж, агент Скалли, - любезно ответил Прескотт. – Положим, я вам верю. Но это недостаточно весомая причина, чтобы продолжать утаивать от меня информацию о том, где находится один из моих агентов.

- Сэр, я не знаю, что делать… - беспомощно пробормотала Скалли. – Если бы я могла, то рассказала бы вам все. Я и сама очень беспокоюсь об агенте Малдере.

- Не сомневаюсь, - гораздо более серьезным голосом ответил Прескотт. – Поэтому и хочу, чтобы вы оторвали задницу от стула и сели в первый же самолет до Атланты. Встретимся в аэропорту.

- До Атланты, сэр? – удивленно переспросила Скалли. – Почему до Атланты?

- Как вы сами верно заметили, агент Скалли, обсуждать это по телефону небезопасно, - ответил Прескотт. – Приезжайте в нашу Жаркую Атланту, и я все вам расскажу.

- Там очень большой аэропорт, сэр, а я понятия не имею, каким рейсом прилечу, - сказала Скалли. – Как я вас узнаю?

- В зале ожидания в терминале «Дельты» есть киоск «Бен и Джерри»*, - ответил Прескотт. – Встретимся там. Если доберетесь первой, учтите: я люблю «Чанки-манки»**. Два шарика. В пластиковом стаканчике, а не в рожке. Запомните?
[* «Бен и Джерри» - марка мороженого.
«Чанки-манки» - банановое мороженое с шоколадом и орехами]


- «Чанки-манки», - машинально повторила Скалли, а потом рассмеялась, когда наконец осознала, что над ней подшучивают. Она начинала понимать, почему Малдеру нравился его начальник.

- Сэр, буду рада встрече с вами, - сказала она, впервые за этот день улыбнувшись.

- О, поверьте, это взаимно, агент Скалли, - ответил Прескотт. – Выезжайте как можно скорее. Пора отыскать вашего оксфордского умника.

***

Международный аэропорт Хартсфилд
Атланта, штат Джорджия
Суббота, 13 марта
14:15

Скалли внимательно изучала публику в зале ожидания, пытаясь выявить кого-нибудь, безошибочно походившего на копа. Пара мужчин показалась ей подходящими претендентами, но они отреагировали на ее взгляд с таким подозрением, что она сразу поняла: это обычные полицейские.

Скалли провела в аэропорту всего несколько минут и понятия не имела, сколько занимает дорога из Бирмингема до Атланты. Честно говоря, она даже не знала, летел Прескотт или ехал на машине, хотя ей казалось, что последнее более вероятно. Она уже места себе не находила от беспокойства о Малдере, и невнятные намеки Прескотта ее нисколько не успокоили. Надо как можно скорее выяснить, что ему известно.

- И где, черт возьми, мой «Чанки-манки»? – вдруг раздался оглушительный возглас позади нее, и Скалли подпрыгнула. А, обернувшись, увидела того, кто, несомненно, являлся Дэниэлом Прескоттом.

Неплохая фигура, сразу пришло ей в голову, но Скалли моментально переключилась на другую волну. Профессиональную. Спокойную. Отстраненную. И даже устрашающую.

- Вы, без всяких сомнений, агент Скалли, - сказал Прескотт, протягивая руку. – Дэниэл Прескотт, старший спецагент в региональном отделении ФБР в Бирмингеме.

- Специальный агент Дана Скалли, сэр, - ответила она, пожимая протянутую руку. – Как приятно наконец встретиться с вами. Я столько о вас слышала.

- Жаль, не могу сказать того же самого, - сказал Прескотт. – Давайте присядем. Надо кое-что обсудить.

Он направился к рядам кресел, а Скалли – за ним, то и дело увертываясь от попадающихся ей на пути пассажиров.

- Значит, вы, насколько я понимаю, служите в БАНСП, - сказал Прескотт, садясь. – Интересно, должно быть.

- В основном бумажная работа, сэр, - сказала Скалли, с трудом заставив себя отвлечься от мыслей о тяжелом положении Малдера. – Но иногда удается поймать пару плохих ребят.

- Вы врач?
 
KenaДата: Пятница, 2012-11-09, 11:10 AM | Сообщение # 207
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
- Да, сэр, - ответила Скалли. – Судмедэксперт.

- И когда-то преподавали в Квантико?

- Три года в общей сложности, - сказала она, приятно удивленная осведомленностью Прескотта. – Судя по всему, вы немало обо мне знаете, сэр.

- Сарафанное радио донесло, - сказал Прескотт, покачав головой. – Из Малдера вытащишь не больше, чем из фаната «Прилива» на следующий день после Железного кубка*.
[Железный кубок – ежегодное футбольное соревнование между командами университета Алабамы («Багровый прилив») и Обернского университета («Тигры»)]

- Сэр? – удивленно спросила Скалли.

- Не берите в голову, док, местная шутка, - сказал Прескотт и подмигнул ей. – Вам не понять. А теперь… - Прескотт уселся поудобнее, и выражение его лица стало серьезным. – Почему бы вам не поведать мне, куда подевался ваш напарник?

- Ну, чисто технически, сэр, он уже не мой напарник, - начала Скалли, но замолкла, увидев недовольную гримасу на лице Прескотта.

- Агент Скалли, неужели мне придется читать вам ту же лекцию, что я уже прочитал агенту Малдеру? – спросил Прескотт, огорченно покачав головой. – Не пудрите мне мозги, ладно? Мне плевать на технические подробности. Я знаю, что вы с Малдером работаете вместе. Если у вас иное определение слова «напарник» - ваше право, но мне до этого дела нет. Мне только нужно выяснить, где он. Ясно?

- Да, сэр, - ответила Скалли. Ей все было предельно ясно. В облике Прескотта присутствовала та же властность, что у ее отца, и она невольно испытывала желание подчиниться. Он, кажется, тоже это почувствовал.

- Отлично, - сказал Прескотт с удовлетворением. – Так куда, думаете, он поехал?

- Форт МакКлеллан, - ответила Скалли и быстро рассказала агенту, как они с Малдером додумались до того, что между последними событиями и военной базой, которая вот-вот должна была закрыться, есть связь.

- Вчера он мне несколько раз писал, - сказала Скалли. – Но не сообщил, куда именно отправится.

- Это хорошо, - мрачно усмехнувшись, заметил Прескотт, впервые прервав ее повествование. – Продолжайте.

- Ну… Полагаю, он хотел поискать что-то на складе химического оружия, сэр, - сказала Скалли. – Это был бы логичный шаг.

Прескотт кивнул, задумчиво прикусив нижнюю губу, и испытующе посмотрел на свою собеседницу.

- Я вас не знаю, агент Скалли, - сказал он медленно, не отрывая от нее проницательного взгляда. – У меня нет оснований вам доверять. Так же, как у вас нет оснований доверять мне. Но, насколько я понимаю, нам обоим придется наступить на горло собственной песне. Я прав?

Скалли молча кивнула. Он действительно был прав. Инстинктивное желание довериться этому человеку вкупе с неизменно испытываемым ею уважением к власти взяло верх.

Она откроет все карты.

- Ну что ж, отлично, - резюмировал Прескотт. – Вы сказали, что Малдер рассказывал обо мне, хотя он вряд ли углублялся в подробности моей биографии. То есть вам, вероятно, неизвестно, что я служил в спецназе ВМС.

- Нет, сэр, неизвестно, - подтвердила Скалли. Впечатляет, подумала она. Тренинг агентов ФБР ни в какое сравнение не шел с подготовкой «морских котиков». Сразу возникшее уважение к Прескотту взлетело до уровня почтения.

- Так вот, я продолжаю поддерживать отношения с сослуживцами, - продолжил Прескотт. – Я не знаю ваших братьев, только кое-кого, кто знаком с ними. Но зато я знал капитана Скалли. Не лично, но служил под его командованием. Все были о нем очень высокого мнения. Он отличный офицер.

- Спасибо, сэр, - тихо отозвалась Скалли. Она больше ничего не смогла из себя выдавить: хотя со смерти отца прошло уже пять лет, мысль о нем все равно причиняла боль.

- И вы как дочь капитана Скалли знаете, в какие неприятности я попаду, стоит вам проговориться о том, что я собираюсь поведать, - продолжил Прескотт, и тон его голоса и выражение лица не оставили у Скалли сомнений в том, что он говорил совершенно серьезно. – Так ведь?

- И что же это? – спросила она.

- То, что этот «морской котик» - парень, которого вы ищете, был убит в ходе секретной операции около Черного моря, - тихо произнес Прескотт. Так тихо, что Скалли с трудом его расслышала. – Убит в январе во время попытки провести судно через пролив Босфор с отрядом спецназа. Довольно идиотская миссия, если желаете знать мое мнение. Но он не покупал никаких лекарств в Дафни, агент Скалли. Если только ради этого вернулся с того света.

- О господи, - сказала она, поднеся руку ко рту, не сводя с агента расширенных от ужаса глаз. – Черное море? Они что, пытались тайно проникнуть в территориальные воды России?

- Этого я не знаю, - ответил Прескотт. – И не думаю, что сказал бы вам, даже если бы знал, хотя мне известно, что командир Скалли находится на борту корабля, который высадил Лонга вместе с отрядом спецназа в Эгейском море. Вы, должно быть, беспокоитесь о брате.

- Еще как, сэр, - признала Скалли, отвернувшись в сторону и кивнув. – О своем брате и об агенте Малдере, - добавила она чуть тише и, моргнув и нахмурив лоб, замолчала.

Прескотт с интересом разглядывал ее. В отличие от Малдера, Скалли сразу и безоговорочно признала его авторитет. Ему ничего не стоило расставить акценты правильным образом. Но тем не менее, Скалли явно не была человеком, который легко поддается чужому влиянию. Под маской уравновешенной профессиональности скрывалась сталь – идеально отточенная, пусть и податливая.

Увидев Скалли вживую, Прескотт убедился в верности своих ранних предположений: именно эта женщина с ее научным подходом и рациональным профессионализмом сделала Малдера таким агентом, каким он был. На работе и, как подозревал Прескотт, в личной жизни она стала его второй половинкой.

Что делало еще более странным тот факт, что Малдер уехал из Вашингтона и оставил Скалли одну. А это также значило, что пока Малдер находился где-то один, без нее, он был в еще большей опасности, чем Прескотт предполагал изначально.

Стало быть, нельзя тратить время впустую.

- С вашим братом все в порядке, агент Скалли, - сказал Прескотт с полной уверенностью и увидел, что Скалли немного расслабилась. – Не могу сказать, откуда мне это известно, но поверьте, с ним все хорошо, и он скоро окажется дома. Но вам лучше никому не сообщать, что вы знаете, где он был.

- Ни в коем случае, сэр, - заверила его Скалли, покраснев, когда Прескотт кивнул. Она всегда чувствовала себя некомфортно, когда понимала, что выдает свои эмоции, и поэтому нацепила на лицо привычную маску спокойствия.

Снова восстановив самообладание, она взглянула на Прескотта.

- Никто не узнает, что вы мне все это рассказали, - сказала Скалли сухо и посмотрела в глаза Прескотту. – Я умею хранить секреты, когда у меня есть на то весомая причина.

Прескотт встретил ее взгляд с полуулыбкой.

- Ну что ж, хорошо, - сказал он, отечески похлопав ее по руке. – А теперь нам надо добраться до форта МакКлеллан и посмотреть, чего наш умник умудрился наворотить за последние двадцать четыре часа. Поехали.

***

10:36

Малдер чертовски устал, и все его тело затекло от того, что он незнамо сколько сидел без движения.

Глаза уже болели от постоянных попыток всмотреться в темноту и попытаться разглядеть хоть что-то в крохотную щелочку между тентом и кузовом грузовика.

Увиденное также не добавляло душевного спокойствия.

Он не мог назвать себя экспертом по военному снаряжению, но то, что открылось его взору, недвусмысленно походило на бомбы – бомбы, которые, вероятно, могли быть использованы для распыления спор сибирской язвы над Вашингтоном, Нью-Йорком или Лос-Анджелесом.

Малдер слишком хорошо помнил то постановочное фото, сделанное Министерством обороны, когда министр демонстративно поднял двухкилограммовый мешок сахара и сообщил собравшимся репортерам, что такого количества бацилл, выпущенных в воздух, достаточно, чтобы инфицировать всех мужчин, женщин и детей в округе Колумбия. И примерно девяносто процентов из этих зараженных, по его словам, скорее всего, умерли бы, причем большинство даже не догадывалось бы, из-за чего.

Несмотря на ту неприязнь, что Малдер питал к позирующим на камеры политиканам, ему приходилось признать, что этот показ его впечатлил, что случалось не слишком-то часто. И статистика действительно пугала.

Малдер так глубоко погрузился в воспоминания, что не заметил, что голоса затихли, а прикрывающий его брезент сдвинулся в сторону. И только в тот момент, когда луч фонаря чуть было не осветил его ногу, Малдер отреагировал, выхватив оружие и нацелив его на источник света.

Перед ним находился человек – судя по всему, довольно молодой. Он медленно и неуверенно перемещался по кузову, внимательно оглядывая ящики. По его виду не казалось, что он собирается их выгружать. Скорее пытается понять, что это вообще такое.

Человек подбирался все ближе и ближе, даже слишком близко, и Малдер уже ощущал тревогу. Кем бы он ни был, пора его остановить.

- Федеральный агент. Я держу вас на прицеле, - произнес Малдер тихим, спокойным голосом, но мужчина все равно подскочил от неожиданности, кажется, собираясь принять боевую стойку. Малдера это не тревожило: чему его научили в ФБР, так это тому, что никакой виртуозности в боевых искусствах не хватит, чтобы противостоять человеку с пистолетом, коим в данном случае являлся он сам.

- Не двигаться, - решительно приказал Малдер, не повышая голос. – И не издавайте ни звука. Я выстрелю, если понадобится, но мне не хочется идти на такие меры. Так что просто заложите руки за голову и стойте спокойно.

Мужчина кивнул, но явно без испуга, на который Малдер в глубине души рассчитывал.

- Кто вы? – спросил человек так же тихо.

- Агент ФБР, - произнес Малдер. – А теперь говорите, кто вы такой.

- Я покойник, вот кто я такой, – ответил тот.

- Если не будете дергаться, то нет, - сказал Малдер.

- Нет, я покойник в самом прямом смысле этого слова, - возразил мужчина. – Хотите верьте, хотите нет. Скажите кое-что, мистер Федерал, вы здесь ищете сибирскую язву?

Сердце Малдера замерло, но внешне ему удалось сохранять спокойствие.

- С чего вы так решили? – спросил он.

Мужчина рассмеялся.

- Потому что вы из ФБР и потому что я именно ее здесь и ищу. Потому что формально я сейчас мертв, убит на территории России, и все из-за сибирской язвы.

Россия? Это напомнило Малдеру кое о чем.

- Кто вы?

- Вы один из них? – ответил вопросом на вопрос мужчина. – Я ничего вам не скажу, пока не узнаю.

- Нет, - заверил его Малдер. – Если только вы не считаете, что в ФБР все тоже одни из «них», но, насколько я понимаю, вы так не думаете, иначе не рассказали бы мне столько. Опустите руки.

Мужчина подчинился и медленно, настороженно, бочком подошел поближе к Малдеру.

- Кто вы на самом деле? – спросил он еще раз с подозрением.

- На самом деле я Фокс Малдер из ФБР, - повторил агент. – Хотите, покажу значок?

- Нет, это ни к чему, - сказал мужчина и, опустившись на пол, устало закрыл лицо руками. – Я столько видел фальшивых удостоверений, что меня этим не удивишь.

- Я тоже. Ладно, как вам угодно, - пожал плечами Малдер. – А теперь скажите, кто вы и что здесь делаете?

- То же самое, что вы. Ищу сибирскую язву, - ответил незнакомец и посмотрел на Малдера. – Из-за нее я и должен был умереть.

- Ваше имя, - медленно сказал Малдер, словно объясняя что-то недоразвитому ребенку. – Назовите ваше имя.

- Мое имя? – переспросил мужчина. – Меня зовут Марк Лонг. Я из спецназа ВМС.

Малдер уставился на собеседника.

- Господи ты боже мой… - произнес он в конце концов.
 
KenaДата: Понедельник, 2012-12-10, 10:43 PM | Сообщение # 208
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
От золотой двери
Отстраните меня с позором.

Но оставьте хоть немного любви,
Оставьте мне голос,
Пусть обратится ко мне в конце дня,
В сумрачной комнате да коснется меня рука,
И нарушат долгое одиночество
Нечеткие призраки дня.

Карл Сэндберг [в переводе В. Сокорянской]


Глава двадцать четвертая (из тридцати)

11:02

- Лонг, вы хоть представляете, сколько мы пытались вас отыскать? – спросил Малдер, присев позади одного из ящиков. Он убрал пистолет в кобуру, но не стал ее застегивать, не доверяя пока в полной мере этому человеку.

- Отыскать меня? – с подозрением переспросил Лонг. – А зачем вы меня искали?

- Затем, что вы предположительно купили препараты для профилактики сибирской язвы в аптеке города Дафни, штат Алабама. Не так давно, - объяснил Малдер. – Не потрудитесь объяснить, как вам это удалось, раз в это время вы были в плавании?

Лонг с горечью фыркнул.

- Мне помогли, - сказал он безучастно. – Мне очень сильно помогли. – Лонг сел рядом с Малдером. – Вы не против, если я пошевелюсь, сэр? – спросил он, бросив на агента полный сарказма взгляд.

- Просто объясните, что происходит, Лонг, - устало ответил Малдер. – Мне уже осточертели эти игры. Из-за этого дела мы с напарницей один раз уже чуть не погибли, и отсюда я тоже вполне могу не выбраться живым.

- Добро пожаловать в наш клуб, - съязвил Лонг. – Вам когда-нибудь доводилось быть официально признанным мертвым, Малдер?

Тот чуть не рассмеялся в голос.

- И не раз, - ответил он. – Итак, рассказывайте. Как же вас угораздило оказаться среди ходячих мертвецов?

Лонг вздохнул и покрутил головой, чтобы размять мышцы шеи.

- Длинная история.

- Я не тороплюсь, - сказал Малдер. – Что вовсе не означает, что у меня безграничный запас терпения. Рассказывайте.

Лонг пожал плечами.

- Я не знаю всех подробностей. На борту «Нассау» в Эгейском море нас было шестеро. Всех специально подбирали для этой миссии – тайно проникнуть в территориальные воды России и собрать образцы почвы. Не знаю, где именно в России, место назначения было засекречено до момента высадки на берег. Но до этого дело не дошло. Откуда ни возьмись появился ныряльщик, которого я раньше никогда не видел, и ударил меня ножом.

- Он был не из спецназа? – спросил Малдер.

- Нет, - ответил Лонг, и даже в полутемном фургоне Малдер увидел ненависть, явно написанную на лице молодого человека. – Ни один из нас на такое бы не пошел. Никогда, - яростно добавил он. – Морские котики в ответе друг за друга, агент Малдер.

- Это верно, - согласился тот, хотя в глубине души подозревал, что вера Лонга в военное братство была несколько наивной. – И что случилось потом?

- Я еле-еле выбрался, - мрачно продолжил Лонг. – Он перерезал шланг для воздуха. Я догадался, что меня подставили: никто, кроме нашего коммандера, не знал, куда мы направляемся. Кто-то меня продал, поэтому я понимал, что не могу вернуться на корабль.

За следующие две недели, передвигаясь по ночам, чтобы его не засекли, Лонг добрался до Турции.

- Почему Турция? – спросил Малдер. – Просто потому, что она была рядом?

- Я связался с одними… знакомыми, - сказал Лонг, покачав головой. – Они подтвердили мои подозрения: меня подставили. Наша команда действительно должна была добыть образцы почвы, вот только в этих образцах присутствовал новый штамм сибирской язвы.

Услышав это, Малдер мгновенно напрягся.

- Как давно это было? – спросил он, неотрывно глядя на Лонга.

- В январе, - ответил тот. – Мои осведомители сообщили, что я должен был стать контейнером, в котором перевезут найденное. «Нассау» доставил бы мое тело на родину для погребения с образцами почвы внутри.

- Вы знаете коммандера Скалли? – спросил Малдер.

- Конечно, это капитан «Нассау», - ответил Лонг. – А что? Он в этом замешан?

- Не думаю, - сказал Малдер. – Но его сестра – моя напарница, и, как я уже говорил, нас чуть не убили в прошлом году, когда мы искали биологическое оружие. А вскоре после этого отпуск капитана Скалли экстренно отменили и перевели его из одной флотилии в другую в рамках какого-то засекреченного задания, которое, очевидно, и состояло в том, чтобы принять командование «Нассау».

- Ни хрена себе, - присвистнул Лонг, нахмурившись. – Так вот почему никто его толком не знал. Мне он показался вполне нормальным, но нам не удалось пообщаться. А капитан он весьма строгий.

- Не сомневаюсь, - сухо заметил Малдер. – Как вы добрались до Соединенных Штатов?

- Друзья помогли, - спокойно ответил Лонг. – Не будем углубляться в детали.

- Нет, будем, - возразил Малдер, уже подустав от этих шпионских игр. –Расскажите, кто они и как им удалось приобрести антибактериальные препараты в вашем родном городе, пока вы, по вашим словам, находились где-то в Турции.

- Как вы узнали про лекарства? – спросил Лонг.

- Во время расследования в Дафни, - ответил Малдер. – А теперь расскажите, как добрались до дома.

- Нет, - покачал головой Лонг. – Потом. Расскажу потом. А сейчас я только хочу найти людей, которые подставили меня и собирались отправить на тот свет несколько раньше срока. Они здесь, и тут хранится военная техника. Мне уже давно об этом известно. Я ждал только подходящей возможности их всех прикончить. Как говорится, потом пусть Бог разбирается*.
[* «Убивайте всех, Бог разберется» («Жгите всех, Господь узнает своих») - крылатая фраза, которую произнес папский легат Арно Амори во время альбигойского крестового похода]

- Не ведите себя как ребенок, Лонг, - прорычал Малдер. – Оставьте эти спецназовские замашки крутого парня. Мне нужны ответы, а я их не получу, если вы нарветесь на пулю.

- Я связался кое с какими знакомыми и тайно вернулся в США, - сказал Лонг. – И больше ни слова не скажу.

- Лонг, если эти люди распространяют споры сибирской язвы, а на этой базе хранятся средства для их распыления, нельзя позволить вашей личной вендетте помешать нам их остановить, - гневно произнес Малдер, но потом взял себя в руки и понизил голос. – Это куда важнее, чем месть.

- Заткнись, твою мать, - сорвался Лонг. – Ты понятия не имеешь, на что это похоже – когда кто-то вот так тебя предает!

- Мне прекрасно известно, каково это, - возразил Малдер. – Но вопрос не в этом.

- Вопрос в том, что кто-то должен за это заплатить, - сказал Лонг. – Можете не сомневаться, Малдер: больше для меня ничто не имеет значения.

«Ничто не имеет значения». Эти слова вызвали у Малдера болезненный приступ вины.

Ничто не имеет значения.

Он вспомнил, как сам произнес эти слова давным-давно в гостиничном номере в Бельфлере, в штате Орегон. Он сказал Скалли, что ничто, кроме Саманты, не имеет для него значения.

Тогда это было правдой, но теперь, когда ему все же выпал шанс немного повзрослеть, другие вещи стали не менее важны: помимо Скалли, разумеется, еще и намерение остановить угрозу сибирской язвы. И, конечно, найти Алекса Крайчека.

«Ничто не имеет значения». Эти слова эхом отдавались у Малдера в голове как напоминание о его эгоистичном безрассудстве и о том, к чему оно привело, к рискам – неоправданным рискам, на которые он столь охотно шел и бессмысленность которых ясно видел только сейчас.

«Другие вещи тоже имеют значение, парень, - подумал он. – Поживи с мое и, может, сам это поймешь. Надеюсь, быстрее, чем я».

«Но сейчас действительно имеет значение только одно – вытащить тебя вместе со всей информацией обратно в реальный мир, где ты дашь мне контакты своих таинственных турецких «друзей», которые, судя по всему, чертовски много знают об этом заговоре».

- Давайте выбираться отсюда, Лонг, - сказал Малдер, заставив себя вернуться мыслями к настоящему. – Снаружи уже давно не слышно голосов, думаю, там никого нет, иначе вы бы сюда не проникли.

- Там никого не было, когда я сел в машину, - подтвердил Лонг. – Но я не уеду, пока не выясню то, зачем пришел.

- Вам от этого будет мало пользы, если вы на самом деле станете покойником, а не только по бумагам, - сказал Малдер. – Насколько я понимаю, вы не вооружены?

- У меня есть нож, - гордо заявил Лонг. – Больше мне ничего не надо.

- Вам понадобилось бы что-нибудь посерьезнее, если бы я решил вас пристрелить, - спокойно возразил Малдер. – Ладно, попробуем справиться тем, что есть. Держитесь позади. Вы ведь умеете незаметно перемещаться?

Лонг посмотрел на Малдера со злостью и резко бросил:
- Вперед.

Тихо, медленно, чтобы не качнуть ненароком грузовик, Малдер двинулся к прикрывавшему кузов брезенту и, слегка его приподняв, выглянул наружу. Посмотрев на Лонга, он покачал головой и указал вперед: «Никого нет, идем».

«Только очень-очень осторожно», - сказал себе Малдер, когда они высунулись из грузовика. Света было мало, и помещение больше походило на туннель, что, впрочем, не означало, что их не смогут увидеть, особенно в движении.

Малдер направился к темному проходу метрах в трехстах от него и обернулся, чтобы проверить, следует ли за ним Лонг. Потому и не заметил в темноте движения и вспышки света.

Но зато услышал выстрел.

И увидел, как всего в метре от него кровь брызнула из головы Марка Лонга.

На долю секунды Малдер застыл на месте, не веря, что ключ ко всему этому чудовищному заговору лежит сейчас перед ним на полу, превратившись из формально мертвого в мертвого на все сто процентов. «Да, он явно отлично здесь все изучил», - спокойно и отрешенно отметил про себя его мозг, но потом инстинкт все-таки возобладал, и Малдер мгновенно рухнул на землю как раз в тот момент, когда вторая пуля со свистом пролетела прямо там, где только что была его голова.

Стараясь не отрываться от земли, агент вытащил пистолет и без перерыва выстрелил дважды в том направлении, откуда слышались звуки. Ответные выстрелы дали ему знать, что он либо промахнулся, либо стрелок был не один.

- Он здесь, прямо рядом с первым! – выкрикнул кто-то охрипшим голосом.

Черт. Значит, их несколько. Малдер осмотрелся, пытаясь хоть что-то разглядеть в темноте. Если стрелки были в том дверном проеме, ему конец. Но он не видел вспышки: может, они использовали специальные глушители.

«А может, - подумал он, - я просто понятия не имею, где они на самом деле».

Еще две пули просвистели рядом, и Малдер почувствовал, как одна из них врезалась в пол рядом с его левой ногой. Осколки бетона разлетелись во все стороны, задев его, и агент ощутил, как по щеке потекла теплая струйка крови.

«Они подбираются ближе, - подумал он мрачно. - Пора убираться отсюда ко всем чертям, и побыстрее. Может, мне и повезет, но если я и дальше буду здесь лежать, то мне точно не жить».

На том и порешив, Малдер проворно вскочил на ноги и без оглядки бросился бежать. Раздалось еще несколько выстрелов, и агент,не останавливаясь, помчался туда, где, по его представлению, находился выход.

Добравшись до двери, он распахнул ее и, заскочив внутрь, захлопнул за собой. Он бы предпочел закрыть ее, но у него не было времени искать замок, которого там могло и вовсе не оказаться. «Просто беги, Малдер», - велел он себе.

Вскоре агент оказался в тусклом коридоре, освещенном только дневным светом, просачивающимся из какого-то отверстия метрах в пяти от него. Малдер со всех ног бросился туда и услышал, как дверь за ним открылась, стоило ему добраться до выхода. Одним рывком он дернул ручку и ринулся в сторону леса, на этот раз даже не подумав о том, чтобы закрывать за собой дверь.

Низкие кустарники хлестали и царапали его по лицу и рукам, но кожаная куртка все же спасла Малдера от самых острых шипов. Он понятия не имел, куда бежит: солнце было в зените, да и вообще эти скаутские штучки всегда давались ему тяжело. Он просто бежал и бежал, слыша, как затихают позади звуки погони.

Через какое-то время – спустя часы, как показалось Малдеру, - он добрался до покрытого сеткой-рабицей и заросшего кудзу* забора. Агент перепрыгнул через него, содрав кожу с рук, и приземлился в неглубокой канаве.
[* Кудзу - пуэрария дольчатая - вид растений из рода Пуэрария семейства Бобовые]

Канаве, отметил он с некоторым облегчением, которая тянулась вдоль небольшого шоссе - федерального, судя по всему. Где бы он ни оказался, это место было невдалеке от цивилизации.

Малдер перевернулся на спину и наконец вдохнул, наполнив горящие легкие воздухом. Он прислушался, пытаясь различить звуки погони, но ничего не услышал.

Так или иначе, он жив, и, быть может, пробудет таковым еще какое-то время.

Но, как обычно, он остался ни с чем.

***
 
KenaДата: Понедельник, 2012-12-10, 10:44 PM | Сообщение # 209
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
Западное шоссе 20
11:45

В Бирмингем машину вел Прескотт, что полностью устраивало Скалли. Здоровый «форд Эконолайн», оборудованный системой наблюдения, не принадлежал к тому типу автомобилей, что ей нравилось водить.

Но Прескотт оказался приятным и интересным собеседником, как и заверял ее Малдер.

«Малдер, - подумала она, и страх резанул ее сердце, словно ножом. - Где ты, почему не звонишь?» Она в очередной раз вытащила из кармана мобильный и проверила, что он включен, а батарейка не села.

Прескотт искоса наблюдал за ее действиями. Она проделала этот ритуал уже раз шесть с тех пор, как они отправились в путь. Скалли, несмотря на внешнее спокойствие, вела себя, как кошка с новорожденными котятами.

«Так почему бы тебе не вмешаться и не попытаться хоть немного улучшить ситуацию, как поступил бы старина Скиннер? – спросил он себя. – Наверняка будет забавно».

- Агент Скалли, - сказал Прескотт, заметив, что Скалли вздрогнула от неожиданности, - думаю, нам понадобится ваша помощь с этим делом: вы с ним уже знакомы, и у вас есть соответствующая квалификация для исследования биологического оружия. Если согласны, я позвоню Рольфу и спрошу, не можете ли вы задержаться на пару дней.

- Сэр, агент Рольф не может одобрить такой запрос, - ответила Скалли, едва заметно замешкавшись. – Я подала жалобу на одного агента в БАНСП, и Рольфа… избавили от необходимости руководить мной.

- То есть он только вставляет палки в колеса, да? – спросил Прескотт и фыркнул. – Клянусь, в Майке Рольфа столько дерьма, что его, наверное, заносит на поворотах. Ладно, позвоню Бешеному Псу и спрошу, чем он может помочь.

- Позвоните кому? – спросила Скалли, чье любопытство Прескотту уже удалось раздразнить. – Бешеному Псу?

- Да, Бешеному Псу Скиннеру, - легкомысленно ответил Прескотт. – Такое прозвище Уолтер заработал еще в Академии.

- Вы учились в Академии с замдиректора Скиннером? – спросила Скалли.

- Это вас удивляет?

- Нет, сэр, - сказала Скалли. – Меня удивляет, что Малдер об этом не упоминал.

- Не упоминал, потому что понятия не имеет об этом, - сказал Прескотт. – Я не рассказываю все каждому встречному, и от меня вам не узнать, почему Скиннера прозвали Бешеным Псом, уж пока вы у него работаете - точно. Когда вылетите из Бюро, агент Скалли, позвоните, и я вам все разболтаю.

- Ловлю на слове, сэр, - сказала Скалли, отвернувшись, чтобы скрыть улыбку.

- Да пожалуйста, - фыркнул Прескотт. – Итак, поскольку мы уже договорились, что правду рассказывать не станем, у меня к вам вопрос. Как так вышло, что вы с Малдером расстались?

Скалли ничего не ответила. Прескотт бросил на нее взгляд и увидел, как Скалли буквально на глазах уходит в себя.

- Ладно, как я понимаю, это переводится как «не лезь не в свое дело, Прескотт», - сказал он и, пожав плечами, снова посмотрел на дорогу. – Ничего, переживу. Я же не говорил, что вы мне обязаны все рассказывать. Просто никак не возьму в толк, какой в этом был смысл… Вы ведь неплохо работаете вместе.

- Я бы сказала, очень хорошо, сэр, - заметила Скалли и немного расслабилась. – Наше партнерство всегда было очень продуктивным.

- И даже больше, подозреваю, - сказал Прескотт. – Не надо на это отвечать. Я даже не прошу.

- Я привыкла, что люди задают вопросы насчет наших отношений, сэр, - тихо произнесла Скалли. – Полагаю, они возникают неизбежно, когда мужчина и женщина так тесно работают друг с другом целых шесть лет.

- Вы уже не работаете вместе, - мягко заметил Прескотт. – Но почему-то, док, я убежден, что ни один из вас этого не желал.

Скалли пожала плечами.

- Все сложилось, как сложилось, и не думаю, что это можно изменить, - сказала она так тихо, что звук мотора заглушил ее голос, и Прескотту пришлось напрячь слух. – Самое важное – задачи Бюро, а не мои личные предпочтения. Или предпочтения агента Малдера.

Прескотт с минуту молчал, задумчиво покусывая губу, и когда снова открыл рот, собираясь заговорить, его прервала трель телефона.

Скалли схватила мобильный, бросив взгляд на экран, но на ее лице тут же отразилось разочарование.

- Это ваш, сэр, - сказала она, так и не справившись до конца со звучавшим в ее голосе отчаянием.

Прескотт вытащил свой телефон из кармана.

- Прескотт, - бросил он.

А потом его губы расплылись в улыбке.

- Чтоб меня разорвало, - сказал он, и улыбка превратилась в широкую ухмылку. – И чем ты там занимался, умник?

***

Шоссе 19
Возле Розвелла, штат Джорджия
13:32

Малдер очнулся, услышав, что машина тормозит на покрытой гравием обочине, и поднял голову.

Не просто машина, а фэбээровский фургон для слежки, судя по внешнему виду. И из него навстречу Малдеру выходил сам Прескотт собственной персоной.

- Ну ты и выбрал местечко поспать, Малдер, - сказал он, потирая от холода руки. – Ранен?

Малдер покачал головой.

- Все в порядке, сэр, - сказал агент, но то, как медленно, с очевидной болезненностью он вставал, говорило об обратном. Прескотт окинул агента взглядом и сразу заметил следы крови на его руках и синяки и царапины на лице.

- Точно? – спросил он с хитрой улыбкой, когда открылась пассажирская дверь. – А то я врача с собой захватил, просто так, на всякий случай…

Малдер его почти не слушал, бредя к машине, словно лунатик, с выражением полного недоверия на лице.

- Скалли, - произнес он едва слышно.

Малдер все же смог побороть желание побежать к ней и обнять, но его походка невольно убыстрилась, а глаза загорелись радостным удивлением…

А в следующую секунду она взяла его за руку и притянула к себе, легонько поцеловав в щеку. Для Скалли это было то же самое, что для кого-нибудь другого – страстный поцелуй взасос.

Малдер крепче сжал ее пальцы, не доверяя собственному голосу.

- Слава богу, с тобой все в порядке, - прошептала она. – Я волновалась.

- Все хорошо, - сказал Малдер и, прокашлявшись, снова стиснул ее руку в своей. – Скалли, как ты вообще здесь оказалась?

- Прилетела на самолете, разумеется, - ответила она.

- Нет, в смысле…

Малдер почувствовал чей-то пристальный взгляд и, отпустив ладонь Скалли и обернувшись, увидел за собой Прескотта.

- Довольно дурацкая выходка, Малдер, - попытаться выследить целую террористическую организацию в одиночку, - сказал Прескотт, покачав головой.

Малдер заметил, что начальник подмигнул Скалли, и почувствовал смесь приятного удивления и, как ни странно, ревности, увидев, что напарница слегка покраснела. «Настоящее проклятие рыжеволосых, - подумал он, пристально глядя на Прескотта. - Когда краснеет рыжая, это ни от кого не утаишь».

Но потом он ощутил тепло руки, лежащей у него на плече, и увидел в голубых глазах Скалли мягкое предупреждение. «Вот черт, - подумал он. - Это сигнал «Малдер, держи себя в руках». Не иначе как я сейчас сделаю какую-нибудь глупость».

Скалли, посмотрев напарнику в глаза, увидела там раскаяние и молчаливую просьбу. Он хотел прикоснуться к ней и одним взглядом просил разрешения – разрешения, которое раньше она так редко давала ему, и уж тем более не на расследовании.

Но прошлое осталось позади: между ними больше не было секретов. Скалли явно мерзла и подошла поближе, тем самым намекнув, что Малдер может обнять ее, и он бережно, но в то же время по-собственнически обхватил ее за плечи.

Прескотт глядел на них, делая вид, что это в порядке вещей.

«Не могу сказать, что много знаю про твою личную жизнь, Малдер, - думал он, - но тебе, сукин сын, безумно повезло. Зато я знаю, что агенты, которые могут вот так общаться, должны работать вместе. Почему же вы разошлись?»

«Выясню позже, - сказал он себе. - Пора залезть в эту крысиную дыру и выяснить, что, черт возьми, там происходит». Он прочистил горло.

- Простите, что нарушаю сладкий момент воссоединения, - сказал Прескотт, бросив на Малдера свой коронный пристальный взгляд, - но пора ехать. Без нас с этим дерьмом, что там творится, никто не разберется.

- Там все куда серьезнее, чем мы подозревали, сэр, - сказал Малдер, убрав руку с плеч Скалли, и она сразу почувствовала перемену в нем. Любовь, даже ее любовь, отошла на второй план: Малдер был в полной готовности к расследованию заговора.

Ее это не задевало. Всему свое время – и работе, и… удовольствию. И сейчас дело было прежде всего. А потом… Ну, о «потом» она подумает, когда до этого дойдет.

- Когда я выбрался из грузовика, то увидел какую-то военную технику – как раз такую, которая может быть использована для распространения сибирской язвы, - рассказывал Малдер. – И еще я нашел там человека, который уверял, что он Марк Лонг из Дафни, наш морской котик.

- Этого не может быть, - вмешалась Скалли, нахмурив брови. – Марк Лонг пропал без вести. Числится погибшим в ходе секретной операции на Черном море.

- Да, так и есть, - сказал Малдер, с удивлением посмотрев на Скалли. – Он сказал, что это было частью плана. Но откуда тебе об этом известно?

- Поверь, Малдер, нам много чего известно, - мрачно сказал Прескотт и, засунув руки в карманы ветровки, покачался на каблуках. – Я не могу сказать, откуда…

- Я бы и не стал спрашивать, сэр, - заверил его Малдер. – Но вы уверены, что этому источнику информации можно доверять?

- До сих не подводил, - сказал Прескотт, продолжая задумчиво раскачиваться. – Либо тот, кого ты встретил, не был Марком Лонгом, либо источник дезинформации находится так высоко, что меня это чертовски пугает. Он чем-нибудь подтвердил свои слова?

- Не совсем, - ответил Малдер. – Но это больше не имеет значения: он мертв.

Агент вкратце пересказал всю историю от начала до конца – как встретился с Лонгом, как попытался убежать, как в них стреляли и как тело Лонга осталось лежать на холодном бетонном полу.

- Черт, - произнес Прескотт с нескрываемым отвращением. – Он знал, почему должен был умереть в ходе операции?

- Подозревал, что его тело собирались использовать, чтобы незаконно ввести что-то в Соединенные Штаты, - сказал Малдер. – Образцы почвы из России.

- Конечно, - сказала Скалли с нетипичной для нее уверенностью в голосе. – Почва в некоторых зонах с умеренным климатом инфицирована спорами бациллы антрацис. Это и есть источник того нового штамма, с которым мы столкнулись.

Скалли обернулась к Прескотту.

- Сэр, надо найти и закрыть это место, где был агент Малдер, - сказала она. – Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы эти бактерии распространились.

- Уверен, спецагент Прескотт уже велел региональному офису в Атланте этим заняться, Скалли, - заметил Малдер с кривой ухмылкой. – Так же, как уверен, что ты не случайно тут оказалась.

- Черт тебя возьми, Малдер, так ты уже догадался! – прикинувшись пораженным, воскликнул Прескотт, ударив себя ладонью по лбу. – Может, и правда надо быть не меньше чем хреновым стипендиатом Родса, чтобы вытворять такие штучки. Простите за выражение, агент Скалли.

- Все в порядке, сэр, - произнесла она с почти незаметной улыбкой. – Спецагент Прескотт попросил меня оказать кое-какую экспертную помощь с этим делом, Малдер.

- Ну а что ж, надо иногда пользоваться услугами квалифицированных специалистов, - сказал Прескотт. – Так вот что ты имел в виду, когда сказал, что тебе нужно прикрытие, умник?

Малдер снова посмотрел на напарницу.

- Да, сэр, - сказал он, не отрывая от нее взгляда. – Именно это.

Прескотт наблюдал за агентами, поразившись тому, как быстро они перестали его стесняться. «Да на таком огне можно поджарить техасского быка, - подумал он. - Ну кто бы мог подумать, что окажется так занятно?»

«Черт, а ведь будет неприятно лишиться Малдера. Не могу даже вспомнить, когда в последний раз работа в Бюро приносила столько веселья».

Но воздух остывал с каждой минутой, а Малдер выглядел так, как будто вот-вот рухнет наземь. «Надо двигаться», - решил Прескотт.

- А давайте-ка не будем просто стоять на обочине и ждать, пока замерзнем насмерть, мальчики и девочки, - сказал Прескотт, развернувшись и двинувшись к грузовику. – Расскажешь мне, что выяснил, по дороге: здесь холодно, как у эскимоса в заднице, хотя вам двоим, кажется, тепло. Залезай в кузов, Малдер: тебе не помешало бы поспать.

Скалли бросила на Малдера взгляд, который красноречиво говорил «Ушам своим не верю!». Он рассмеялся и, взяв ее за руку, повел к машине.

- Значит, ты познакомилась с Дэниэлом Прескоттом, - сказал Малдер, стараясь говорить тише, но с трудом сдерживая смех. – Он тебе все еще нравится?

- Да, нравится, Малдер, - твердо ответила Скалли. – И мы собираемся прочитать тебе целую лекцию об опасностях, поджидающих человека, который убегает невесть куда один без нормального прикрытия.

Скалли, вздернув подбородок, являла собой воплощение сурового ирландского нрава. Малдер уже привык к этому жесту и даже полюбил его. И научился очень, очень его уважать. Он обозначал, что Скалли не шутит.

Малдер вспомнил одну прочитанную им однажды книгу, автор которой сам был выходцем из Ирландии и утверждал, что мужчины-ирландцы были генетически приучены подчиняться этому задранному подбородку.

«Надо написать этому парню и сообщить, что на русских евреях это тоже работает», - подумал он.

Малдер открыл пассажирскую дверь и помог Скалли забраться внутрь.

- Запомни, что хотела сказать, - сказал он, - потому что я ложусь спать.

И быстро закрыл дверь, не дав напарнице ответить.

Малдер залез в машину и лег на покрытом тонким ковриком полу среди горы электроники и оружия. Там было темно и тихо: зону наблюдения и пассажирскую кабину разделяла тяжелая штора.

Малдер устало стянул с себя кожаную куртку, засунул ее под голову в качестве подушки и уже через секунду крепко спал.

***
 
KenaДата: Понедельник, 2012-12-10, 10:45 PM | Сообщение # 210
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Репутация: 4
Статус: Offline
Прескотт завел машину и выехал обратно на шоссе, а потом бросил взгляд на Скалли.

Она дрожала, хотя обогрев работал вовсю. Прескотту даже показалось, что у нее трясутся губы.

«Могу поспорить, что знаю, почему вы так расстроены, док, - подумал он. - А еще наверняка знаю, как помочь».

- Слушайте, агент Скалли, вы, кажется, и сами страшно устали, - сказал Прескотт наконец. – Может, вам полежать немножко, вздремнуть? Мне все равно надо подумать, так что я бы предпочел спокойно посидеть здесь и послушать радио, если не возражаете.

И он посмотрел на нее со своей коронной, немного издевательской улыбкой.

- Скажете, если музыка будет слишком громкой, хорошо? – попросил он, но в его голосе не было сарказма. «Только доброта или даже… забота», - подумала Скалли.

«Неужели он мог за столь короткое время проникнуться ко мне такой теплотой? Или я слишком легко ему доверилась?»

«И не плевать ли мне, если это означает, что я смогу провести хотя бы несколько минут наедине с Малдером?»

«Еще как плевать», - ответила менее рациональная часть ее сознания, и Скалли приняла решение.

- Спасибо, сэр, - сказала она с мягкой улыбкой. – Я и правда немного утомилась.

И, отстегнув ремень, раздвинула шторы и перебралась в кузов грузовика.

Прескотт бросил взгляд в зеркало заднего вида и сквозь еще не успевшие закрыться шторы увидел, как Скалли присела рядом с Малдером с таким нежным выражением лица, которое явно не предназначалось ни для кого, кроме ее напарника.

- Некоторым просто суждено работать вместе, умник, - тихо пробормотал себе под нос Прескотт, покачав головой и увидев, что шторы наконец закрылись. – Повезло же тебе, сукин ты сын.

***

Ворс коврового покрытия на полу фургона был тонким и шершавым и потому почти не защищал от холодного рифленого пола, но это не имело никакого значения для Скалли, когда она присела рядом со спящим напарником. Важно было только одно – что Малдер здесь. Покрытый синяками, израненный, измотанный, но живой.

И наконец-то она позволила себе прикоснуться к нему так, как хотела, как он хотел… Так, как не могла прикоснуться раньше, в присутствии Прескотта.

Медленно, осторожно, чтобы не разбудить Малдера, Скалли легла рядом и прижалась к его теплому телу, аккуратно подложив руку ему под голову и притянув к себе. Она коснулась губами его лба, оставив на нем легчайший поцелуй.

А потом ощутила, как теплая, немного шершавая ладонь Малдера проскользнула под ее свитер и легла на живот.

- Я скучал, - сказал он, вздохнув и прижавшись ближе.

- Я тоже скучала, - ответила Скалли. – Не хотела тебя разбудить. Ты ведь спал, да?

- Да, - сказал он полусонным голосом. – Все в порядке, если, конечно, ты не планируешь пилить меня по поводу того, что я тебя бросил.

- Потом, - сказала она, снова прижав губы к его лбу. – А сейчас просто хочу убедиться, что с тобой все в порядке.

- Зависит от того, что ты вкладываешь в эти слова, - заметил Малдер, и его пальцы принялись медленно, лениво описывать круги по ее животу. Скалли задрожала от этого прикосновения, но в итоге победил здравый смысл, ведь Прескотт находился всего в паре метров от них. Желание не являлось оправданием для того, чтобы вести себя непрофессионально.

Но с другой стороны, ей не хотелось отвергать Малдера. Особенно сейчас, когда он так прикасался к ней, безошибочно угадывая, что ей нравится. И Скалли подозревала, что напарник делал ставку на такую же осведомленность с ее стороны.

«Это будет похоже на хождение по канату, - подумала она, - но, дай бог, однажды мы снова станем напарниками, и у нас будет множество возможностей отточить технику и сохранить баланс между любовью и долгом службы».

Но позже.

- Малдер, - сказала Скалли, взъерошив его волосы, – я люблю тебя, но сейчас не время и не место. Тебе надо поспать.

- Я уже поспал, - сказал он, но все же убрал руку и подложил ее под голову. – Точнее, валялся в канаве у дороги. Это не совсем отдых. Я просто хотел… - Он не договорил до конца и замолчал.

Скалли внимательно посмотрела на напарника, разглядывая в тусклом освещении новые морщины на его лице, синяки и царапины, капли засохшей крови. К счастью, крови Марка Лонга, а не его. Да, он был жив, но все равно утомлен и эмоционально истощен этими долгими, напряженными часами ожидания, шоком от того, что его обнаружили, последующими кровавыми событиями и стремительным побегом.

«Я могу сама закончить это предложение, дорогой, - подумала она. - Я просто хотел… коснуться тебя».

Скалли положила ладонь на его покрытую щетиной щеку, и их губы слились в долгом, нежном поцелуе.

- Это я должна извиниться, - сказала она тихо и отстранилась. – За то, что забыла, через что тебе пришлось пройти. Слава богу, ты выжил.

Малдер ничего не ответил, но в следующую секунду Скалли почувствовала, как его рука вновь оказалась под ее голубым шерстяным свитером, потянула за бюстгальтер и приподняла его, чтобы коснуться обнаженной груди.

Она втянула воздух и, сама того не заметив, выгнулась так, чтобы его ладонь легла ей на грудь. Малдер сжал пальцами сосок и прильнул лбом к ее груди.

Когда Скалли посмотрела вниз, Малдер поднял на нее глаза и нежно поцеловал, а потом начал убирать руку. Движимая неосознанным импульсом, Скалли остановила его, накрыв ладонью его пальцы.

Наклонившись, она поцеловала его нежным поцелуем-обещанием и ощутила, как он снова придвинулся ближе и приподнял ее свитер. Его рука вновь оказалась у нее на груди, и какой-то примитивный инстинкт подсказал Скалли, что от нее требуется.

Она перевернулась на бок и, положив руку ему под голову, опустилась пониже, так, чтобы ее сосок коснулся его губ. Убрав волосы с его лба, Скалли погладила Малдера по щеке, подавив готовый вырваться наружу возглас, когда он взял ее сосок и рот и принялся медленно, ритмично посасывать его.

«Это нормальный для млекопитающих корневой рефлекс, - подумала она сквозь какую-то дымку. - Прикоснись к щеке, и человек откроет рот». А потом она заставила себя прекратить анализировать, позволила своим мыслям течь свободно, а всему окружающему миру – свестись к ощущению его ласк и крепких объятий, прочно удерживающих ее на месте. «Можно подумать, я захочу остановиться», - подивилась она самой себе.

Скалли провела пальцами по волосам Малдера и нежно поцеловала его в лоб. Ответом ей стал судорожный вдох, и напарник полностью расслабился в ее объятиях. Она почувствовала, как напряжение покидает его тело, а на красивом лице отображается выражение облегчения, которое обычно не появлялось там даже во сне.

«Это выглядит так, будто я приложила ребенка к груди», - подумала Скалли, и волна желания защищать захлестнула ее, когда она внезапно поняла, как близка к правде эта мысль.

Она вспомнила, как доктор Мертон, ее преподаватель, рассказывала об этом. Доктор Мертон, которая сама была матерью трех детей, называла это «успокоительным кормлением» и предупреждала первокурсников, чтобы они не недооценивали его значение для матери и ребенка.

«Главная цель кормления – комфорт, и только потом – молоко, - говорила доктор Мертон. – Ребенок затихает оттого, что его прикладывают груди, а не потому, что получает пищу».

«Взрослый мужчина тоже затихает, если его приложить к груди», - выкрикнул кто-то из штатных клоунов класса, но доктор Мертон никак не отреагировала.

«Это так, - сказала она спокойно. – Хотя обычно он преследует несколько иную цель».

Студенты захихикали, но доктор Мертон на самом деле была мудрейшей женщиной, вспоминала Скалли.

«И я опять слишком много думаю, черт возьми».

Она прижала Малдера еще крепче и мягко направила его к другой груди, словно предлагая ему взять от ее тела все, что он пожелает, будь то комфорт, страсть или любовь. Почему-то уже не казалось важным, чего именно он хотел и как намеревался этого добиться, если источником его удовольствия станет она сама.

Но время невинных ласк, кажется, закончилось. Скалли почувствовала, что между ног стало влажно, и поняла, что готова. Даже больше, чем готова. Теперь Малдер прикасался к ней еще более чувственно: его рука опустилась ниже и обхватила ее за ягодицы, крепко прижав к себе. Даже через плотную джинсовую ткань она ощутила, как он возбужден.

В этот момент Малдер отодвинулся от ее груди и, резко запустив пальцы ей в волосы, страстно поцеловал, жадно проникнув языком в ее рот. Скалли невольно застонала, и он сразу же отстранился.

- Мне лучше остановиться? – хрипло спросил он. – Я не хочу, конечно, но Прескотт ведь совсем рядом, прямо за шторой…

- Нет, - прошептала она и положила ладони на его покрытый щетиной подбородок. – Я постараюсь потише, обещаю. Но я хочу… - ее голос затих.

- Чего ты хочешь? – спросил Малдер шепотом. – Скажи.

Она улыбнулась, и Малдер подумал, что это, должно быть, самая коварная улыбка, которую за все эти годы ему удавалось увидеть на лице Даны Скалли.

- Я уже тебе говорила, - тихо сказала она. – По телефону. Помнишь?

И не успел Малдер сообразить, о чем речь, как ее руки опустились к поясу его джинсов и осторожно расстегнули пуговицу, а потом - молнию. Скалли не отрывала взгляда от его глаз, которые расширились от удивления, когда она отодвинула резинку его трусов и обхватила рукой член.

Малдер шумно вдохнул, и она мягко приложила ладонь к его губам.

- Потише, - мягко попросила Скалли. – Сможешь держать себя в руках?

- О господи, - простонал он. – Немногого же ты требуешь, да?

- Да, немногого, - тихо произнесла она и, наклонившись, снова поцеловала его. – Только одного. – Скалли коснулась его уха и как можно тише прошептала: - Хочу, чтобы ты кончил мне в рот.

«Да, следует отдать ему должное за такую демонстрацию самообладания», - подумала Скалли. Ей показалось, что каждая мышца в теле Малдера дернулась одновременно, но с губ сорвался лишь тихий стон.

Скалли забралась на него и медленно, чувственно поцеловала, слегка коснувшись его рта кончиком языка. Она ощутила, как он дрожит, и почему-то подумала, что сейчас расплачется: только слезы могли в полной мере выразить ту безумную гамму эмоций, что она испытывала: возбуждение, смешанное с радостью от его реакции на ее действия, любовь, смешанную с желанием, потребностью, страстью…

«Слова здесь не сработают. Только слезы, но позже, - сказала она себе. - Поплачешь потом, когда доставишь ему удовольствие».

Скалли скользнула ниже и, присев на колени около его бедра, медленно наклонилась к эрегированному члену. Как можно нежнее она прижала губы к головке, а потом взяла его в рот целиком.

Бедра Малдера дернулись, когда ее губы сомкнулись вокруг его члена, но он не издал ни звука. «Вот и хорошо», - подумала Скалли. Она не сомневалась, что Прескотт прекрасно понимает, что здесь происходит, но все равно правила приличия никто не отменял. Даже в том случае, когда делаешь своему напарнику минет в кузове фэбээровского фургона.

Она охватила правой рукой основание его члена, а левой оперлась о пол, и начала нежно посасывать и одновременно ласкать его рукой. Вверх, вниз – медленно, чтобы прочувствовать его вкус, его запах, а больше всего – невероятную интимность этого акта.

Который оказался ровно таким возбуждающим, как она ожидала. Никогда раньше, ни с одним мужчиной Скалли не испытывала подобного.

Она почувствовала, что его член дергается у нее во рту, и поняла, что Малдер не продержится долго. Его пальцы оказались у нее в волосах, но он не пытался, как некоторые другие мужчины, заставить ее глотать глубже. Это была ласка, выраженная тем единственным способом, которым он мог общаться с ней в этот момент.

«Я скоро кончу, - без слов говорил он. - Совсем скоро, Скалли, и если ты не хочешь, чтобы это произошло прямо у тебя во рту, то сейчас самое время…»

«Но я хочу, Малдер», - подумала она и, приподняв левую руку, погладила его по ноге, словно пытаясь успокоить.

«Все хорошо, любимый, все хорошо», - думала она, и, как обычно, их бессловесное общение сработало. Она почувствовала, как напряглось тело Малдер, как его член стал еще тверже, а потом ощутила соленый, слегка горьковатый вкус первых капель…

Секундой позже все его тело сотрясалось, а горячие, тягучие струи наполняли ее рот одна за другой. Сосредоточившись на этом терпком, мощном вкусе, она перестала ласкать его и просто позволила ему кончить, инстинктивно понимая, что этого Малдеру и хотелось.

Когда дрожь утихла, Скалли отстранилась и, заглянув в его затуманенные глаза, улыбнулась. «Я сделала это», подумала она, увидев, насколько он расслаблен, и чувствуя какую-то нелепую гордость.

- О господи… - произнес Малдер слабым голосом, протянув ей руку, и Скалли прижалась к его теплому телу.

Несколько минут они просто лежали рядом, пока дыхание Малдера возвращалось в норму.

- О чем призадумался? – тихо спросила Скалли.

- Ни черта себе, - сказал Малдер.

- Прошу прощения?

- Просто… ни черта себе, - повторил он и нежно поцеловал ее. – Это было потрясающе.

- Я догадалась, что тебе понравилось, - сказала она и засмеялась, понимая, что только так может выразить переполнявшую ее радость.

- «Понравилось» - не самое подходящее слово, - сказал Малдер, перекатившись на бок. – Полагаю, теперь моя очередь.

- Нет, это сейчас была твоя очередь, - серьезно ответила Скалли.

Малдер покачал головой и снова принялся ласкать ее грудь, обведя сосок подушечкой большого пальца.

- О нет, - сказал он рассеянно. – Нет, теперь моя очередь.

Малдер снова наклонился к ней, поцеловав на сей раз гораздо решительнее, и Скалли в очередной раз поразилась его раскованности. Большинство мужчин из тех, кого она знала, ни за что не стали бы целовать ее после того, что она только что сделала… да, не стали бы. Но у Малдера не возникало с этим никаких проблем – не больше, чем тогда, когда он поцеловал ее после…

«О господи, он что, собирается сделать это здесь?» – думала Скалли, впервые почувствовав укол страха.

«Не хочу быть ханжой, Малдер, но твой начальник совсем рядом. Давай рассуждать логически: нельзя же раскачивать грузовик…»

Но Малдер, кажется, и сам об этом подумал. Его рука уже лежала на поясе ее джинсов, а пальцы расстегивали пуговицу и молнию, чтобы он мог забраться под ее трусики, прямо туда, где сейчас сосредоточился весь жар, скопившийся в ее теле.

Она бы вскрикнула, когда его пальцы оказались внутри, но этот возглас был заглушен его поцелуем. Малдер притянул ее ближе, обхватив одной рукой за плечи, а его пальцы нежно ласкали влажную, набухшую плоть, пока не достигли той точки, прикосновение к которой заставило Скалли задохнуться и задрожать.

Он задержался там, ритмично двигая пальцами, и этого было достаточно - одного лишь прикосновения, чтобы Скалли ощутила приближение оргазма. Он твердо держал ее одной рукой, позволяя ощутить свое присутствие, словно говоря, что она в безопасности.

Последней связной мыслью Скалли стала мысль о том, что это просто необыкновенно, когда любимый мужчина уничтожает остатки твоего самоконтроля умелыми движениями пальцев и одновременно возвращает его своими сильными объятиями.

И уже в следующую секунду наступил оргазм. Скалли закричала, но эти звуки заглушил поцелуй Малдера, который притягивал ее все ближе. Кончая, она вцепилась в его рубашку, а потом медленно, постепенно расслабилась.

Они еще долго оставались в такой позе.

***
 
Resist or Serve » Креативность » X-files FanFiction » Изба-читальня: "И смерть свою утратит власть"
Поиск:

Copyright MyCorp © 2020