- Он сказал, что ведутся переговоры с пришельцами. Они прекратят выпускать пчел в обмен на наше сотрудничество.

Скалли со Стрелками сидели за прямоугольным складным столом и анализировали информационное сообщение Уполномоченного председателя, разбирая, буквально, каждую фразу.

- И мне это кое о чем говорит, - взглянув на своих друзей, продолжила Скалли.

Заметив смущение на их лицах, она пояснила:

- Это говорит о том, что Вторжение прошло совсем не так, как планировалось.

- Но наши повсеместные контакты сообщают, что в людях пораженных вирусом, созревают новые сущности, - сказал Фрохайк.

За те три дня, что они скрывались, Стрелки сумели связаться с такими же как они выжившими; укрывшимися в подвалах и коллекторах, в канализации и бомбоубежищах. Единственным средством связи, в мгновение ока, стало любительское радио. Стрелки заверили Скалли, что вскоре смогут получить и безопасный модемный доступ к тому, во что трансформировался интернет. Спутники все еще кружили на орбите; Стрелки могли сделать сигнал многократно отраженным, что не позволило бы отследить истинное местонахождение его источника.

- Пусть так, но зачем тогда вести переговоры? – возразила она. – Если Вторжение оказалось настолько успешным, зачем пришельцам идти на какие-либо уступки или даже думать об этом?

- Хороший вопрос, - пробормотал Лэнгли, - возможно, они никогда и не должны были преуспеть...

"Никогда не должен был... Никогда и не собирался..." - эхом отозвалась в памяти недавняя фраза Крайчека.

- Боже мой, - едва слышный шепот Скалли вмещал целую гамму чувств.

- Что? – спросил Фрохайк, и вся троица подалась вперед, увидев, что ее лицо осветилось пониманием.

- Крайчек сказал то же самое несколько дней назад. Курильщику никогда и не нужен был успех. Крайчек считал, что старик не хотел, чтобы у него получилось увести Малдера подальше от того корабля... но, видимо, г-н Спендер имел в виду не только этот провал.

- Ты подразумеваешь, что он хотел, чтобы колонизация провалилась? – недоверчиво спросил Баерс. – Но зачем? Я считал, что все эти годы основной целью Проекта было облегчение колонизации!

Еще не до конца самой себе веря, Скалли покачала головой. Чем дальше она думала над этим, тем больше смысла обретала ее догадка.

- Целью Проекта – да... Но «Проект» - давно не существует! К настоящему времени, Курильщик достаточно долго был предоставлен самому себе. Кто сказал, что он не решил все прибрать к рукам? Всю власть над миром?

Даже для нее самой, это звучало, как сценарий второразрядного фильма о Джеймсе Бонде. Но почему бы и нет? Власть... нехватка ее, жажда и стремление удержать любой ценой... вот, что двигало людьми подобными Спендеру. Все богатства мира не сравнятся с осознанием того, что в целом свете не найдется ни единого человека, способного сказать вам: «Нет!»

- Мм... Скалли?

Бормотание Фрохайка на секунду прервало ход ее мыслей. Подняв бровь, она выжидающе на него взглянула.

- Мы, кажется, забыли об одной важной детали.

- О какой? – в кратком вопросе Скалли сквозило нетерпение. Стремясь доказать свою правоту, она поднялась с места.

- Инвазия, инфицирование, как бы это не называлось... это все еще происходит. Люди все еще умирают. Какой прок в неограниченной власти, когда некем повелевать?

- Я права, я знаю, что права, - ответила она, - мне только нужны доказательства.

Она прикусила нижнюю губу, вновь погрузившись в размышления.

- Вы сказали, что ваши контакты упоминали о «созревании иных сущностей»?

Не до конца понимая, к чему она клонит, все трое опасливо кивнули.

- Я хочу доказательство. Фотографии, видео... даже тело – мертвое или живое – могут послужить обоснованием.

- Тело? - в унисон переспросили они, бледнея от страха.

Скалли, пресекая готовый начаться спор, сказала:

- Довольно. Ладно, мне не нужно тело. Хватит видео. Как думаете, его можно скачать? И давайте вернемся к диску Крайчека. Может быть, мы что-нибудь пропустили.

- Конечно, - ответил Фрохайк, глядя на остальных; те кивнули с благодарным согласием. – Что нам сказать Крайчеку?

- Ничего, если он сам не спросит. Все, что его сейчас интересует, это сведение счетов с его бывшим боссом. Если возникнет необходимость, я сама буду иметь с ним дело. Я делала это раньше, я смогу сделать это и теперь.

- Она сможет, черт возьми, - донеслось до нее бормотание Фрохайка, когда она, выходя, закрывала дверь.

Глаза Лоры превратились в голубые кусочки льда:

- Мы должны быть уверены, моя дорогая. Нам ведь не нужно никакой нежелательной беременности, разве не так?

Сердце Джулии разрывалось от горя. Перед глазами промелькнуло изображение светловолосого малыша в окружении именинных воздушных шариков. Она должна избавиться от этих мыслей, побыстрей оставить их позади. Как оставила позади почти все свои воспоминания, в безумном бегстве из города тем ужасным днем...

И потянулись бесконечные часы толчков и уколов, в течение которых Джулия ни разу не вскрикнула, хотя доктор был с ней далеко не нежен. Особенно во время гинекологического осмотра. Джулия была крошечна, и чувство его пальцев внутри ее могло быть уподоблено только оскорбительной боли насилия.

- Она в хорошей форме, - сказал он Лоре, по окончании осмотра.

Затем, прищурившись, повернулся к Джулии:

- Никаких венерических заболеваний, никакой анемии, даже вшей нет! Вы действительно были испытательным объектом?

Джулия кивнула, неспособная подать голос даже в подтверждение его слов.

- Превосходно, - промурлыкала Лора. Несмотря на то, что ей уже было известно о статусе Джулии от Элизы, Лора относилась к породе людей, которым необходимо было получить вещественное подтверждение, и доктор только что предоставил ей таковое.

- Вы, моя дорогая, экономите нам очень много времени.

Лора едва могла сдержать волнение. Джулия понимала, что чем скорее она будет готова, тем скорей Лора получит свои премиальные, а Уполномоченный Председатель был, очевидно, весьма щедр, когда оказывался доволен.

Джулии пришлось действительно поволноваться только, когда они слишком долго и тщательно рассматривали ее рентген.

- Есть имплантанты – здесь, - закрепив снимки, он ткнул узловатым пальцем в место на переносице.

- И здесь, - его пальцы скользнули вдоль белой линии ее позвоночника и остановились в основании шеи.

Прежде чем ответить, Лора несколько секунд размышляла над снимками.

- Джулия была Объектом Испытаний, она сама это подтверждает. Приоритет 1, фактически, со слов Элизы, что объясняет имплантанты.

- Вы сказали, что Уполномоченный Председатель был ею доволен?

- Чрезвычайно.

- Ну, тогда, я полагаю, что мы можем закрыть на это глаза. Но, Вам известно, что, если у нее начнутся проявления психических отклонений, вызванных имплантами, мы вынуждены будем удалить ее.

- Я знаю, - неохотно согласилась Лора, - будем надеяться, что до этого не дойдет, да?

И она многозначительно посмотрела на Джулию.

- Ну что, Джулия, - шутка доктора была стара как мир, - Вас можно поздравить? Вы переживете всех нас?

Она закрыла глаза на его саркастическую улыбку. Нет, она не переживет. Один из найденных им чипов вскоре сделает свое дело – теперь это был только вопрос времени.

Последние процедуры проводились под умеренной общей анестезией. Пробудившись, она не почувствовала никаких изменений. Ей не давал покоя вопрос, удалось ли им обнаружить ее бесплодие, но потом она решила не мучиться. Если они не искали специально, то ничего не нашли, и процедура прошла как запланировано, а если искали... Ну что ж, чему быть того не миновать.

Джулия могла не почувствовать изменений, но она изменилась, и обнаружила это, как только открыла рот, чтобы опробовать голос. Она больше не могла говорить. Джулия решила, что нервы ее голосовых связок были каким-то образом перерезаны, но сама процедура, точно также, как и стерилизация, не вовлекала агрессивную хирургию. Теперь единственным напоминанием об этом служили легкие щекочущие ощущения в горле и сердце, разрывающееся от миллионов слов, которым никогда не суждено было быть сказанными.

«Я родилась 23 февраля 1964 года...»

«Когда-то у меня были отец и мать...»

«Я в порядке...»

О да, теперь она была в полном порядке. Ее миссия близилась к концу.

«Малдер, это я...»

18:35

Беззвучное рыдание сорвалось с ее губ. Так не пойдет! Немедленно прекрати это, Джулия! За той дверью, человек, которого ты...

Он – не Малдер. Он – Министр юстиции.

Элиза, находившись из стороны в сторону, остановилась у нее за спиной.

- Джулия? Что случилось? Я думала, Вы этого хотели.

«Я тоже», - плакало ее сердце, но глаза встретили Элизин взгляд со спокойной решимостью. Улыбнувшись, Джулия сложила большой и указательный пальцы в общепринятом жесте: «Все хорошо». Я в порядке.

Громкая перебранка за дверью, заставила женщин отпрянуть.

- Я объяснял Вам, я не хочу никаких других!

«Господи, Боже мой», - думала Джулия с замиранием сердца. Она где угодно узнала бы этот голос.

- Фокс, я думаю, она действительно подойдет тебе.

Курильщик. Неважно, что теперь он солидно именовался «Уполномоченным Председателем». Ворона в павлиньих перьях, все равно оставалась вороной.

- Как предыдущая, питавшая ко мне такое отвращение, что покончила с собой? Или как та, что была перед ней; трахнутая, чуть не убившая меня? Или правильнее сказать: чуть не убившая, трахая меня?

Итак, это было правдой. Элиза и Джулия в шоке переглянулись. Слухи были не так страшны; тогда как твердые факты ужасали, походя на кошмарный сон.

- Фокс, есть кое-что, что ты не учитываешь... – голос Курильщика понизился до неразборчивого ропота, и женщины больше не могли расслышать, что он говорил Малдеру.

- Думаю, он успокаивает его, - дрожа, прошептала Элиза.

- Так, давайте окинем все последним взглядом, потому что теперь они в любой момент могут позвать Вас.

И она повела Джулию к стоящему в конце зала зеркалу в позолоченной раме.

Джулия была бледна и помада цвета шампанского не делала ее ярче. Но, несмотря на это, она должна была признаться самой себе, что никогда не выглядела лучше. Время, проведенное с Элизой, сотворило чудо с ее ослабевающим здоровьем. Она была стройна и подтянута; ее физическая форма приблизилась к тому уровню, когда она ежедневно посещала спортзал. Золотое атласное платье скромно прикрывало спину, но имело глубокий вырез спереди. Руки Джулии оставались обнаженными и наверняка покрылись бы мурашками, если бы не тепловая завеса нагнетаемая вентиляцией над их головами.

Она направилась к зеркалу, неохотно восхищаясь тем, как при каждом шаге, прежде чем коснуться пола, платье, переливаясь, скользило по ее бедрам. Стремление Элизы добиться этого эффекта, избавило Джулию от потребности в нижнем белье; кроме того, разве эскорт носил нижнее белье? Ведь оно было бы дополнительным препятствием между ее господином и его удовольствиями.

И никаких туфель. Элиза просто подняла бровь, когда Джулия, посреди приготовлений, вопросительно взглянула на свои ноги.

- Вам ведь не нужно бегать, моя дорогая, не так ли?

Без туфель Джулия чувствовала себя просто голой. В течение многих лет, каблуки поднимали ее, помогая в борьбе за равенство в мире мужчин. При мысли о том, на какое рабство она обрекла себя, Джулии стало грустно. Босая и разодетая для удовлетворения мужских прихотей. Женщины необычайно низко пали, живя почти как в средние века.

- Ты, невероятно выглядишь, - лепетала Элиза, - Просто великолепно! Он в тебя влюбится.

Джулия скрестила перед Элизой пальцы, надеясь, что добавила достаточно блеска в глаза, чтобы удовлетворить компаньонку.

- Мы ждем Вас.

Обе женщины резко повернулись на голос. В открытом дверном проеме стояла Лора, над ее головой сизым нимбом повисло кольцо сигаретного дыма. Она вздернула бровь, словно говоря: «Сейчас же!»

- Удачи, Джулия, - Элиза быстро клюнула ее в щеку и попятилась, успев напоследок пригладить прическу Джулии, – вот так, теперь все готово.

«О, да, - думала Джулия, - готово все.

Чего добивались подпольщики.

В шаге от Уполномоченного Председателя, готовый подтолкнуть того к краху, шпион.

И чего хотела я.

Голова Фокса Малдера на серебряном блюде»...