Офис доктора Одри Лэйк
28 сентября
10:10

Скалли влетела в офис, где ее уже ждала Одри. Дана заняла свое обычное место напротив психолога, опустив сумку на пол и переводя дух.
- Простите, - сказала она чуть запыхавшимся голосом, пытаясь устроиться поудобнее в кресле.
- Все нормально, Дана, расслабьтесь, - улыбнулась Одри, отпивая кофе из кружки. - Может, желаете чего-нибудь?
- Воды, пожалуйста, - ответила Скалли, испытывая кошмарную сухость во рту.
Одри вызвала секретаршу, и та моментально явилась с бутылкой воды для Скалли.
- Большое спасибо, - поблагодарила та, делая глоток. Когда горло Скалли перестало напоминать наждачную бумагу, она пояснила: - Я проспала, а потом не могла найти место для парковки поблизости... пришлось остановиться за несколько кварталов отсюда.
Одри бросила на нее проницательный взгляд:
- Вы выглядите уставшей.
Скалли едва удар не хватил от этих слов. Она всячески старалась держать свою усталость под замком, но едва узнала, что ее попытки пошли прахом, тут же сдулась, словно проколотый воздушный шарик.
Да, она устала. И запуталась. И чувствовала, что того и гляди сорвется и закричит благим матом.
- Что-то случилось, Дана? - Тон Одри был деловитым - она скорее констатировала, нежели спрашивала.
Скалли с трудом подавила истерический смешок. Да уж, «случилось»!
- Все кончено, - произнесла она с удивительным спокойствием.
Одри была искренне потрясена:
- Дана, мне так жаль, - пробормотала она. - Когда это произошло?
Скалли небрежно махнула рукой.
- Я пока не делала никаких резких движений. Но что есть, то есть. И причина во мне. - Она глубоко вдохнула, собираясь с силами: - Я влюбилась в него.
Дана не сказала Одри ничего нового, но все равно слова ее звучали поразительным откровением. И поразительнее всего было то, как это откровение повлияло на события прошлого уик-энда. В одно мгновение Скалли со свистом увлекло к роковой черте, и теперь она должна была попытаться спасти то, что уцелело в этом урагане. Оставалось лишь надеяться, что еще не слишком поздно.
Только облизнув губы и ощутив солоноватый привкус, Скалли поняла - что-то в ней надломилось и она плачет. Утирая слезы, она пробормотала:
- Простите.
Одри открыла ящик стола и извлекла коробку с бумажными носовыми платками. И протянула ее Скалли, продолжавшей извиняться.
- Дана, - сказала пожилая дама нежно, но непреклонно. - Это так естественно - выражать свои эмоции. Я вижу, как вы расстроены. Поплачьте.
Скалли издала сдавленный смешок:
- Я и так плачу. Даже чересчур часто. - На прошлой неделе так уж точно: у себя в спальне, в темноте и гордом одиночестве. В присутствии Малдера она старалась держаться, но, к счастью, слезы накатывали на нее, когда он уже спал.
Одри сочувственно улыбнулась тому, как Скалли пытается собрать себя в кулак.
- Но вы же еще не расстались.
Скалли покачала головой.
- Придется, - прошептала она. - Я должна…
- ...сказать ему то, что вы говорили мне?
Скалли было вообразила, что Одри имеет в виду – сказать, что все кончено, и первым ответом ее было «Да, конечно». Но потом вдруг поняла, что Одри подразумевает ее более раннее «откровение», и горько, отрывисто рассмеялась:
- Как можно? Достаточно того, что я потеряю одну его частичку. Если я еще и вывалю на него свою любовь, он перепугается до чертиков, а я потеряю то, что осталось.
- А что осталось? - спросила Одри с мягким нажимом.
- Наша дружба. Наше партнерство. То, что навсегда останется с нами. Мне было очень нелегко принять это решение. Боже мой... Я так хотела поверить в сказку, - она опустила голову, точно стыдясь своих слов.
- Что же это за сказка?
Скалли подняла голову и горько улыбнулась.
- Такая же, как и все сказки, Одри, - прошептала она. - Что в кои-то веки мне не придется прятать свои чувства. Что любовь моя будет взаимной. Господи, как наивно это звучит! Я наконец-то нашла, во что могу верить, но именно эту веру мне не с кем разделить, - пробормотала она, словно обращаясь к кому-то другому.
- И что вы намерены...?
- Я знаю, что мне делать, - ответила Скалли тихо. – И еще знаю, чтó вы - и давайте взглянем правде в лицо, большинство людей - предложили бы мне в качестве наилучшего курса действий.
- Я не собираюсь предлагать вам никакого курса действий. Я верю, что вы, Дана, сами знаете, что для вас лучше.
В этом-то и заключалась проблема: Дана понятия не имела, что для нее лучше. Она проиграла в борьбе со своими злосчастными эмоциями. Чтобы она теперь ни выбрала, Малдер для нее потерян - такова холодная и безнадежная действительность.

- The world didn't end...
- No, it didn't... "Millenium"