Resist or Serve Понедельник, 2020-11-30, 7:23 AM
Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Тень | RSS
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Модератор форума: Alex_Оstrov, Black_Box, Soul  
Resist or Serve » Креативность » X-files FanFiction » Изба-читальня: "Код"
Изба-читальня: "Код"
MrsSpookyДата: Вторник, 2012-09-11, 10:26 PM | Сообщение # 391
Охотник
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 876
Репутация: 20
Статус: Offline
***************
Когда агенты прибыли на конспиративную квартиру, то застали Стрелков за работой: уткнувшегося в монитор Фрохики и Баерса, который, сосредоточенно нахмурившись, записывал какие-то данные в блокнот. Один Лэнгли, похоже, бездельничал, играя в компьютерную игру.

- Как дела? – поинтересовался у Байерса Малдер.

Хакер откинулся назад и, пригладив бородку, задумчиво почесал подбородок.

- Я размышляю над некоторыми идеями шифрования ваших кодов и пытаюсь установить, можно ли математическим путем сократить возможное количество запросов, которые нужно будет сделать, когда мы установим исходный текст.

Малдер кивнул, хотя понял не больше, чем если бы его друг изъяснялся на китайском. Впрочем, Байерс все равно заметил его абсолютно пустой взгляд, и, зная, что агент больше всего на свете ненавидит расписываться в собственном невежестве в какой-либо сфере, пожалел его и приступил к более подробным объяснениям.

- В ограниченном числе возможных текстов есть свои плюсы… и минусы.

- И в чем же минусы? – спросил Малдер.

- В том, что это величина, возведенная в четвертую степень, ведь у нас нет никаких гарантий, что убийца воспользовался каким-то одним текстом во всех четырех случаях.

Агент хмыкнул, тем самым соглашаясь с доводами приятеля.

- А ты как считаешь? – поинтересовался Байерс, переключаясь на куда более понятную и близкую Малдеру тему, чтобы вовлечь его в обсуждение.

Убрав руки в карманы, Фокс принялся мерить шагами комнату.

- По моему мнению, он, вероятно, применяет один и тот же текст, который имеет для него какое-то особое значение, - убийца либо использует его как первоисточник, подпитывающий его больные фантазии, либо как способ отбора и подтверждения личностей будущих жертв… Текст определенно играет во всем этом не последнюю роль, поэтому давайте исходить из предположения, что он не меняется.

Байерс кивнул.

- Тогда мы можем исключить огромное количество книг: те, что издавались в последние десять лет, популярные романы и основную массу публицистики, не имеющей сколько-нибудь значимого исторического значения. Например, я сильно сомневаюсь, что он пользуется руководством по эксплуатации ручного пылесоса. Также мы можем проигнорировать некоторые тексты меньшего размера.

- Почему?

- На основании указанных убийцей чисел. Если они и в самом деле являются кодом РБП, значит, он использует текст, в котором больше миллиона символов. Это обстоятельство немало способствует сужению круга поисков.

- И насколько?

Байерс слегка улыбнулся.

- Ну, примерно до двадцати тысяч или около того.

- Каковы наши следующие шаги?

- Мы воспользуемся оставленными убийцей подсказками и начнем проверять все доступные в Сети тексты, основываясь на указанных им в записках последовательностях и сопоставляя их со всеми известными нам специфическими словами, относящимися к жертвам.

- Специфическими словами? – вклинилась в разговор молчавшая до этого Скалли.

- Да. Мы не станем рассматривать встречающиеся в полицейских досье слова вроде союзов, предлогов, междометий и артиклей. Вместо этого сконцентрируем все свое внимание на словах, несущих определенную смысловую нагрузку и связанных с каждым из дел: именах, датах, совершенных преступлениях, участвующих в процессах адвокатах и судьях, офицерах, производивших аресты, свидетелях… короче говоря, на том, что имеет отношение к уголовным делам. Серийные убийства всегда носят личный характер и в то же самое время почти полностью лишают жертв индивидуальности - убийца воспринимает их лишь как объекты, служащие средством воплощения в жизнь его фантазий.

Малдер удивленно вздернул брови, впечатленный познаниями Стрелка в психологии маньяков-убийц.

- Абсолютно верно, Джон.

Байерс покраснел, польщенный его похвалой.

- Я кое-что читал по этой теме.

- Напомни позаимствовать у тебя читательский билет, - шутливо заметил Фокс.- Так когда вы сможете начать поиск, учитывая имеющиеся у вас параметры?

- Через две, может, три недели.

Скалли недовольно простонала.

- К тому времени нам уже придется иметь дело с горой трупов и дышащей нам в затылок прессой. А при таком развитии событий можно с уверенностью утверждать, что тогда эта маленькая операция окажется свернутой.

- Вот почему я так тверд в своем стремлении довести работу до конца, - отпустил двусмысленный намек Фрохики, впервые подавший голос с момента прибытия Малдера и Скалли.

Скалли вновь простонала, только на этот раз мысленно. Фрохики, как всегда, в своем репертуаре - ни один разговор с участием этого низкорослого программиста не обходился без пошлых комментариев и откровенных взглядов.

- А вы чем занимаетесь? – как ни в чем не бывало спросила Дана, сделав вид, что подтекст его заявления ускользнул от нее.

- Добытая вами информация здорово нам помогла, агент Скалли. Думаю, что смогу взломать систему защиты ФМС и добраться до их базы в течение шести или семи дней.

- А почему так долго? – нетерпеливо поинтересовался Малдер.

- Потому что я не хочу, чтобы меня засекли, - спокойно пояснил Фрохики.
Фокс довольно легкомысленно отмел подобное проявление осторожности.

- Ребята, я же говорил, что вы под защитой – вам нечего опасаться.

Фрохики внимательно оглядел друга, спрашивая себя, когда тот последний раз спал.

- Я не имел в виду полицию или маршалов, Малдер. Если наш парень может войти в систему незамеченным, то он почти наверняка будет настороже, высматривая тех, кто попытается проделать то же самое.

«Наш парень? - про себя повторила Скалли. - Что ж, он ведь теперь принявший присягу офицер полиции, официально помогающий нам в раскрытии этого дела, - не стоит так уж сильно удивляться тому, что ему нравится играть в копа».

- Об этом я не подумал, - признал Малдер. – Что конкретно ты делаешь? Объясни так, чтобы мне все стало понятно – моя компьютерная грамотность не распространяется дальше способности напечатать отчет или загрузить игру.

«Или эротическую фотографию», - подумала Скалли и немедленно устыдилась этой мысли.

- В основном, используя предоставленную агентом Скалли информацию, мы пытаемся установить вторичный базовый доступ к главному почтовому серверу под прикрытием электронного письма – вариация старой уязвимости электронной почты, широко распространенной в системах Unix несколько лет назад. В зависимости от определенных конфигураций вторичных и третичных серверов, мы сможем обмануть их, убедив в том, что доверительные отношения существуют, когда на самом деле это совсем не так. Этот маневр даст нам высший уровень доступа к конкретным системным функциям, одна из которых должна быть связана с методом рассылки паролей по локальной сети в «Федерал Плаза».

От всех этих объяснений у Малдера голова пошла кругом.

- По-английски, пожалуйста, - взмолился он.

- Хорошо, - ответил Фрохики. – Например, в ФБР используют операционную систему от Novell в качестве внешнего интерфейса и Unix – в качестве внутреннего. Когда ты логинишься в сети Novell, твой пароль посылается через сеть в закодированном виде – ни в коем случае не открытым текстом. Если твой пароль, скажем, «Скалли», он пересылается не в виде этих шести символов, а шифруется таким образом, чтобы тот, кто попытается отследить прохождение пакетов, не смог перехватить его и использовать в своих целях.

- И маршалы поступают так же?

- Ну, нам уже удалось перехватить один файл паролей.

- Так это же ЗДОРОВО! – воскликнул Малдер.

- Не совсем, - охладил его пыл Байерс. – У них весьма зоркий сисадмин, обеспечивающую стопроцентную безопасность системы. Видишь ли, в Unix ты не можешь просто скопировать файл и начать использовать имеющиеся в нем пароли. В отличие от Novell, в этой ОС файл с паролями не зашифрован, чего нельзя сказать о самих паролях. А из-за особенностей используемой схемы кодировки, их нельзя просто раскодировать и таким образом воссоздать исходники.

- И что вы делаете в таком случае? – заинтересованно спросила Скалли.

- Ну, мы выбираем случайный зашифрованный пароль, затем прибегаем к помощи словаря – крупного словаря – и используем ту же самую, принятую в Unix, схему кодировки, чтобы зашифровать каждое слово в словаре, до тех пор, пока не найдем совпадение. Тогда мы вычислим пароль и сумеем экстраполировать этот принцип на остальные. По вполне очевидным причинам это называется словарной атакой.

- Так в чем проблема?

- Как мы и говорили, - объяснил Фрохики, - их сисадмин отнюдь не идиот. Можно сильно затруднить словарную атаку на систему, следуя всего лишь нескольким несложным правилам.

- Например?

- Используя слова не на английском языке: немецком, французском, японском или вообще бессвязный набор символов. Моим первым системным паролем в старшей школе был 8JPK5R1. Подобная комбинация не встретится ни в одном словаре, поэтому взломать такой пароль с помощью словарной атаки окажется невозможным.

Малдер кивнул.

- Ладно, я понял. Но если сисадмин обеспечивает столь безупречную защиту, то зачем вообще пытаться?

- По двум причинам: во-первых, Unix притягивает хакеров так же, как агент Скалли – поклонников. – «И это говорит Байерс?» – про себя подивился Малдер. – Хакеры терпеть не могут подобные правила безопасности и потому пытаются их всячески обойти. Хакерская этика призывает тех, кто ей следует, облегчать работу своим коллегам по незаконной деятельности, а не усложнять ее. Поэтому они могут закодировать «заднюю дверь» в систему с помощью пароля на английском языке или же воспользоваться «призрачным» или «зомби-процессом» [прим. пер. - дочерний процесс в Unix-системе, завершивший своё выполнение, но еще присутствующий в списке процессов операционной системы, чтобы дать родительскому процессу считать код завершения] и множеством других трюков, которые, если их обнаружить, послужат нам ключом к открытию этого ящика Пандоры.

Изо всех сил пытаясь понять предлагаемые ему объяснения, Малдер утомленно провел рукой по лицу. «Боже, как же я устал», - подумал он.

- Ладно, я хочу, чтобы вы уделили особое внимание вот чему: если сумеете войти в систему, то… Ответьте мне на один вопрос: как долго аккаунт остается активным в системе?

- Что ты имеешь в виду? – не понял Байерс.

- Если у меня был аккаунт, созданный, скажем, шесть лет назад, и я не пользовался им два месяца или вроде того… я смогу снова зайти в него?

- Конечно, - ответил Байерс. – Если администратор не сотрет его, он останется в системе навечно.

- Хорошо, тогда когда войдете внутрь… заметьте, я говорю «когда», а не «если», проверьте активность всех аккаунтов. Мне нужны сведения о самых старых и затем о тех, к которым обращались реже всего за последние три года. Также аккаунты, к которым реже и чаще всего обращались удаленно. Сможете это проделать?

Байерс кивнул, наконец начиная понимать, к чему вел Малдер.

- Отличная идея. Мы обязательно это проверим.

- Заметано. А теперь я отправляюсь спать, - заявил Малдер и, уже направившись было к выходу, внезапно обернулся. – Ребята, вам еще что-нибудь нужно?

- Спутниковую тарелку, - встрял Лэнгли.

- Посмотрю, что можно сделать, - пообещал Малдер.

- Но заранее не обольщайтесь, - предупредила Скалли.


Сообщение отредактировал MrsSpooky - Вторник, 2012-09-11, 10:35 PM
 
MrsSpookyДата: Вторник, 2012-09-11, 10:36 PM | Сообщение # 392
Охотник
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 876
Репутация: 20
Статус: Offline
***************
Проделав остаток пути до отеля в полной тишине, агенты пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по своим номерам. Скалли отчаянно хотелось продолжить начатый в машине разговор, но, увидев выражения крайнего утомления на лице напарника, она решила, что сейчас для этого не самое подходящее время.

Перед тем, как лечь спать, Скалли еще долго принимала ванну, после чего занялась внесением новых заметок по делу в ноутбук. Покончив с этой работой, она позвонила в Вашингтон, проверила свою и малдеровскую голосовую почту и, напоследок пообщавшись по телефону со своей матерью и увидев, что на часах уже почти девять, наконец решила отправиться в постель.

Тем временем в соседней комнате Малдер уже спал.

И видел сны – если их можно так назвать. Порожденный его спящим разумом «киноэкран» снова и снова демонстрировал одни и те же образы, сменявшие друг друга словно на какой-то нескончаемой дьявольской пленке: воспоминания о том, как мать застала его за мастурбацией – сначала, когда Малдер был еще ребенком, а затем – подростком. В первый раз она сказала сыну, что только негодные, противные, гадкие мальчишки трогают себя подобным образом, и что если он продолжит в том же духе, Бог накажет его – пошлет за ним цыган, которые украдут его из дома. А когда Малдер стал старше…

Подсознание услужливо напомнило ему об этом, во всех красках изобразив то, что тогда произошло.

Ему было пятнадцать. Его друг нашел у отца экземпляр «Плейбоя» и одолжил Фоксу журнал на выходные. Не дождавшись окончания ужина, Малдер извинился, быстро поднялся в свою спальню и, закрыв за собой дверь, приступил к чтению.

Как только он добрался до разворота, то сразу же почувствовал охватившее его возбуждение и поступил так, как и любой другой мальчик-подросток в подобных обстоятельствах: начал трогать себя.

К сожалению, время, выбранное им для подобной… активности, оказалось совершенно неподходящим. Обеспокоенная тем, что он так поспешно вышел из-за стола, мать решила отнести ему десерт – кусочек морковного пирога. Держа в одной руке тарелку, а в другой – вилку и салфетку, она по привычке толкнула дверь, не постучавшись, так как и мысли не допускала о том, что в ее доме может произойти что-то без ее ведома и позволения.

Ее вопль, как позже пришло на ум Малдеру, возможно, был слышен даже в самых отдаленных уголках галактики. Этот образ навсегда врезался ему в память - мать стояла рядом с кроватью, дрожа от едва сдерживаемых гнева и возмущения, осколки разбившейся тарелки с расплющившимся при падении на пол пирогом валялись у ее ног. Обвиняюще указывая на сына пальцем, она, наконец, дала волю своей ярости – тогда это выражение еще не получило широкого распространения, в противном же случае Малдер мог бы смело утверждать, что мать «слетела с катушек».

- Ты когда-нибудь научишься? – вне себя от бешенства кричала Тина Малдер. И затем она произнесла те самые роковые слова, которые навсегда останутся с ним: - ПОСМОТРИ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С ТВОЕЙ СЕСТРОЙ!

Из глубокого сна Скалли вырвал пронзительный крик. Она немедленно узнала его, ведь он был известен ей так же хорошо, как и звук ее собственного голоса или отражение в зеркале. Совершенно бессознательно, действуя исключительно на автопилоте, Дана вскочила с постели и бросилась к двери в соседний номер. Быстро распахнув ее, она повернула налево и, не мешкая, приблизилась к кровати Малдера.

По-видимому находясь в тисках какого-то особенно жуткого кошмара, напарник метался на постели, отчего простыни и покрывала спутались в бесформенную массу у него в ногах.

- Прости, - снова и снова твердил он. – Прости, прости, прости. Мне так жаль, мама. Я не знал. Я виноват. Это все моя вина, – подобно мантре повторял Малдер, словно если он произнесет эти слова определенное количество раз, то нечто, терзающее его во сне, наконец получит желаемое и исчезнет.

Скалли забралась на кровать и, встав на колени рядом с напарником, протянула к нему руки, надеясь остановить его беспорядочные метания.

- Малдер, - тихо позвала Дана, зная, что ей отнюдь не нужно кричать, чтобы разбудить его. – Это я, Скалли… Малдер, проснись.

Он мгновенно затих, улыбаясь во сне.

- Скалли, - прошептал Фокс.

Глубоко тронутая тем, что звук ее голоса произвел на него такой успокаивающий эффект, Скалли была потрясена тем, что произошло дальше.

- Ск-Ск-Скааалли! – протяжно простонал Малдер.

И затем он начал всхлипывать; крупные слезы собрались под его по-прежнему опущенными веками и, как вода из переполненного сосуда, стали стекать по щекам и судорожно дрожащим губам.

Замерев от неожиданности, Скалли лишь молча наблюдала за тем, как Малдер откатился от нее, все его тело сотрясалось от несдерживаемых рыданий.

«О, Малдер», - подумала Скалли, чувствуя, что ее сердце разрывается от жалости при виде страданий напарника.

Дана пребывала в нерешительности, терзаясь сомнениями и не зная, как ей следует поступить дальше: то ли остаться и попытаться утешить Малдера, то ли уйти и сделать вид, что она не стала невольным свидетелем его временной слабости, которой он наверняка потом устыдится.

В конце концов сопереживание возобладало над желанием пощадить его самолюбие. Скалли протянула руки и, нежно взяв лицо напарника в ладони, развернула его к себе, после чего наклонилась и стала осторожно целовать: сначала лоб, затем брови, нос, обе щеки и, наконец, губы.

В этот самый момент Малдер вдруг распахнул глаза, и в тусклом свете гостиничного номера Скалли увидела, что он серьезно и пристально смотрит на нее, не отводя взгляда.

Никто из них не проронил ни слова.

Какое-то время они оба хранили молчание, а затем Дана чуть приоткрыла рот и, склонившись к напарнику, слегка провела языком по его губам, как будто таким образом пытаясь определить его реакцию на свои смелые действия. И она не заставила себя ждать – разомкнув губы, Малдер коснулся ее языка своим, и они тут же начали скользить, сплетаясь друг с другом в страстном, горячем поцелуе. Почувствовав дыхание напарника, Скалли жадно вдохнула его, словно ей не хватало воздуха.

В следующее мгновение она ощутила, как его руки скользят по ее спине, поднимаясь все выше, до тех пор, пока он не провел пальцами по ее волосам и, положив ладонь ей на макушку, привлек напарницу еще ближе. Малдер накрыл ее рот своим, целуя Скалли так, словно опасался, что ему не представится другого шанса, и она ответила с не меньшим пылом, зная, что поступает абсолютно правильно, ведь он нуждался в этом, нуждался в ней, и даже больше того – их взаимная потребность друг в друге была сильнее, чем можно выразить словами, сильнее, чем им казалось возможным. Скалли дрожала от переполнявшего ее невиданного прежде возбуждения – все ощущения вдруг невероятно обострились, и ее словно обжигало огнем всякий раз, когда она касалась этого мужчины: своего напарника, а теперь еще и любовника.

Наконец-то, пронеслось у нее в голове, когда голос сердца возобладал над доводами рассудка. Наконец-то!

А затем даже эта мысль покинула Дану, когда руки Малдера принялись легко и быстро расстегивать до смешного огромные пуговицы ее пижамы. Скалли подернула плечами, помогая Малдеру избавить ее от этого столь мешающего сейчас предмета одежды и повторно обнажаясь перед ним. Однако на этот раз они находились не в холодной мрачной раздевалке морга – сейчас ничто не стояло между ними и не мешало выразить свои чувства.

Его руки гладили ее, проводя по каждому контуру, каждому изгибу ее тела. Так как они по-прежнему не прерывали поцелуя, Скалли ощутила довольную улыбку напарника, когда кончики его пальцев коснулись ее сосков и принялись слегка оттягивать и осторожно пощипывать их. Ласки Малдера вызвали у Даны очередной прилив желания, и она низко застонала от удовольствия, даже не пытаясь скрыть этот почти животный звук, ведь ей отчаянно хотелось показать напарнику, как велико ее возбуждение, ее потребность в нем - в прикосновениях его губ и рук.

- Скалли, - выдохнул ее имя Малдер, все еще пытаясь осознать, что происходит – в одно мгновение он спал, а в следующее оказался неожиданно разбуженным напарницей, чьи пальцы нежно касалась его лица, а губы твердо прижималась к его губам, словно прося разрешения углубить поцелуй.

Внезапно тысячи его фантазий, возникавших в бесчисленные ночи, проведенные с мыслями об этой женщине, обрели реальность и воплотились в этом мгновении, когда окружающий мир перестал существовать и все, что имело значение, - это только она и ничего, кроме нее больше не имело значения: ее поцелуй, ее губы, прикосновение ее пальцев. Ее глаза. Встретившись взглядом со Скалли, Малдер даже в полумраке гостиничного номера сумел разглядеть ослепительно голубое сияние, исходившее из этих бездонных глубин, и произнес ее имя, одним лишь словом выразив всю силу своего желания и предвкушения.

- Малдер, - выдохнула она в ответ.

***************
«Государство, - размышлял Марк Дюпри, - отлично обеспечило мистера Стримновича. Вы только посмотрите на его первоклассную дачу», - съязвил он. - Наверняка обходится в два-три куска в месяц. Из квартиры Стримновича на верхнем этаже мидтаунской многоэтажки, вероятно, открывается отличный вид на парк и Гудзон. Что ж, продав свою преданность, а вместе с ней и душу, Иван явно не продешевил».

Скормив швейцару на входе заранее придуманную историю, Марк миновал холл и, поднявшись наверх на лифте, приблизился к входной двери в квартиру. На миг его охватило беспокойство, что портье сможет опознать его, но Дюпри решил не предоставлять ему подобную возможность и убить ни в чем не повинного мужчину на обратном пути.

Как Марк и предполагал, дверь с номером 1205 оказалась закрытой. Тогда он сунул руку в карман и убедился, что лезвие на месте; Дюпри купил его утром и затем провел большую часть дня, попеременно затачивая его и мастурбируя. Предчувствие предстоящего события медленно убивало его, и, чтобы не сойти с ума от ожидания, Марк настолько детально спланировал все свои действия, что теперь отчетливо представлял каждый визуальный образ, каждый шаг и даже движения лезвия, врезавшегося в плоть и кромсавшего ее на куски.

Преисполненный уверенности в том, что ничего не упустил, Дюпри поднял руку и постучал.
 
MrsSpookyДата: Вторник, 2012-09-11, 10:39 PM | Сообщение # 393
Охотник
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 876
Репутация: 20
Статус: Offline
***************
Малдер перекатился, увлекая Скалли за собой, и она невольно охнула, приняв на себя вес его тела, однако это чувство было столь приятным и наполняло ее таким всеобъемлющим ощущением безопасности, что Дана приветственно раскрыла напарнику объятия, раздвинув ноги и позволяя ему устроиться между ее бедер.

Тяжело, прерывисто дыша от возбуждения, Скалли призывно облизнула губы, не отрывая взгляда от Малдера. Выражение его лица побудило ее повторить жест, ведь Дане так хотелось казаться в его глазах сексуальной, хотя в глубине души она не сомневалась, что для этого ей вовсе не нужно прибегать к ухищрениям и уловкам – Малдер в любом случае будет считать ее самой желанной и прекрасной женщиной на свете. Скалли ждала этого момента почти так же долго, если не дольше, чем он сам, хотя вряд ли смогла бы сказать наверняка, когда к ней впервые пришло осознание того, что она хочет своего напарника -хочет, чтобы он прикасался к ней, целовал, занимался с ней любовью.

Малдер заглянул в глаза той, что столько лет являлась его напарником и другом, а теперь стала еще и возлюбленной, и ощутил, как, словно отражая переполнявшую его бесконечную радость, губы сами собой растягиваются в широчайшую улыбку. Он вмиг позабыл обо всем остальном: о деле и о том, что готовит им завтрашний день, думая лишь о потрясающей женщине в его объятиях. Видя ее такой… с лицом, искаженным от страсти и предвкушения и покрытым испариной… Малдер внезапно осознал, что никогда прежде ему не доводилось становиться свидетелем столь же прекрасного зрелища, и понял, почему Елена Троянская имела такую власть над сражавшимися за нее мужчинами. «Я сделаю все, - думал Фокс, - отправлюсь на край света и сражусь с любым врагом, любым монстром… ради этой женщины, ради того, чтобы она всегда смотрела на меня так, как сейчас – этим взглядом, наполненным головокружительным сочетанием желания, страсти, нетерпения, потребности и вожделения… ради этого дара, этого благословения я пойду на все».

- Все для тебя, - вслух прошептал Малдер, и Скалли тут же догадалась, что он имел в виду. Улыбнувшись в ответ, она подняла руки и, взяв его лицо в ладони, привлекла к себе для очередного поцелуя: влажного, глубокого и страстного, исполненного обещания большего, словно бы Скалли таким образом призывала Малдера открыться ей, отдавая всю себя взамен.

Не разрывая поцелуя, Малдер каким-то чудом исхитрился дотянуться до резинки боксеров и быстро избавился от них.

Скалли же по-прежнему оставалась в пижамных штанах и, соответственно, находившихся под ними простых хлопковых трусиках.

Впрочем, Малдер вскоре исправил это упущение. Согнув ее ноги в коленях и прижав их к своей груди, он в мгновение ока освободил напарницу от остатков одежды, и вот уже она лежала перед ним совершенно обнаженная. Вновь медленно раздвинув ноги, Скалли стала опускать их, скользя лодыжками по покрытым короткими волосками рукам напарника и мурлыкая от вызванного этим чувственным прикосновением удовольствия.

А затем Дана сказала то, что всегда хотела, но уже отчаялась когда-нибудь произнести вслух. Призывно изогнув бровь и одарив Малдера улыбкой, которую, как она отлично знала, он жаждал увидеть, Скалли прошептала:

- Возьми меня.

***************
- Кто там? – спросил из-за двери голос с сильным иностранным акцентом.

- Открывайте, - командным тоном потребовал Дюпри.

Дверь приоткрылась, и мир для Марка лишился всех красок, кроме черного и белого, стоило ему увидеть ту самую метку: символ, являвшийся последним доказательством его правоты, – вырезанную на лбу у Стримновича надпись ИЗБРАННЫЙ.

Где-то на краю сознания возникла мысль о том, что слова на самом деле там НЕТ, но для Марка это не имело большого значения, ведь он твердо намеревался впервые самостоятельно вырезать эту надпись на трупе.

- Меня зовут… Энджерс, – представился Дюпри, чуть было не выдав свое настоящее имя. – Из Конторы, - многозначительно добавил он.

Не сдвинувшись с места, Стримнович продолжал молча изучать посетителя спокойным, бесстрастным взглядом и явно не спешил впускать его внутрь.

- Нам нужно поговорить, - снова произнес Дюпри и чуть переместился, словно намереваясь отступить назад.

Стримнович заметно колебался, но затем, видимо, придя к какому-то решению, кивнул.

- Да, конечно, - сказал он. – Пожалуйста… входите.

Приняв приглашение, Дюпри переступил через порог и сразу же ощутил нарастающее возбуждение. Все складывается как нельзя лучше.

- Могу я вам что-нибудь предложить? – войдя в роль гостеприимного хозяина, спросил Стримнович, однако Марк ответил отказом. – Не возражаете, если я налью себе бокал? – вновь поинтересовался бывший шпион, и снова Дюпри отрицательно покачал головой.

- Что ж, тогда присаживайтесь.

Дюпри не воспользовался приглашением, оставаясь стоять и беспомощно наблюдая, как события вдруг стали развиваться по совершенно неожиданному сценарию.

Стримнович подошел к бару с напитками рядом с выходом на террасу и, сунув руку в ведерко для льда, вытащил из него отнюдь не лед, а маленький полуавтоматический пистолет, который он тут же направил на незваного гостя.

- Пожалуйста, не двигайтесь, - совершенно хладнокровно и невозмутимо вежливо попросил он Марка. – В противном случае я буду вынужден вас убить.
Мир вокруг вновь обрел утраченные прежде краски, и, приглядевшись, Марк увидел, что надпись на лбу у Ивана исчезла.

- Ч-что вы делаете? – заикаясь, спросил он.

- Вам, очевидно, известно, кто я такой, но вот откуда вы, для меня до сих пор загадка, - задумчиво, словно разговаривая с самим собой, произнес Стримнович.

- А ваш английский улучшается прямо на глазах, - сухо заметил Марк.

- Да, что есть, то есть, - улыбаясь, ответил Иван. – Порой бывает выгодно прикинуться недалеким русским иммигрантом. Но мы отвлеклись от сути вопроса – простите, но, боюсь, я вынужден настаивать, чтобы вы рассказали, откуда меня знаете.

- Вы первый. Что меня выдало? – полюбопытствовал Дюпри.

Иван пожал плечами.

- Раз уж вы вряд ли увидите рассвет следующего дня, думаю, ничего страшного не случится, если я вам расскажу. Вы сказали, что пришли по поручению Конторы Это название – порожденный Голливудом штамп. Дело в том, что никто в ЦРУ уже так не говорит.

Дюпри мысленно выругался, досадуя на себя на столь нелепый прокол.

- А теперь моя очередь. Кто вы такой?

Дюпри не ответил, внезапно ощутив вес заправленного за пояс брюк пистолета на пояснице, который он планировал использовать для убийства швейцара. Похоже, однако, что его идеальный план не сработал так, как задумывалось, а значит, самое время подумать о запасном варианте.

Марк столько раз практиковался резко выкидывать вперед руку с пистолетом и стрелять по мишени, что в конечном итоге сумел минимизировать затраченное на это время, сведя его буквально к одной секунде. Но и она могла стать очень, очень длинным промежутком времени – спросите об этом у любого программиста.

Дюпри чуть переместился в сторону, надеясь таким образом скрыть от Стримновича свои действия.

- Пожалуйста, не двигайтесь. Я понятия не имею, кто вы или кто вас тренировал, но они явно послали далеко не лучшего своего агента для выполнения подобной миссии. Уровень вашего профессионализма не выдерживает никакой критики. А теперь признавайтесь… кто вы такой?

- Дюпри, Марк Дюпри, - рассчитывая, что эта шутка отвлечет внимание бывшего шпиона, ответил убийца.

Иван, по-видимому, не сразу догадался, на что намекал его собеседник, но спустя мгновение понимающе улыбнулся.

- О, ясно. Бонд, верно? – Он презрительно фыркнул. – Цитируя одного из ваших политиков, мистер Дюпри, скажу, что встречался с мистером Бондом. Я знаком с ним, мистер Дюпри, и вы не Джеймс Бонд.

Марк улыбнулся и сдвинулся еще на дюйм влево.

- Пожалуйста, - вновь попросил его Иван.

***************
- О, да, прямо там, пожалуйста! – простонала Скалли, и Малдер замер на мгновение, запечатлевая в памяти то место на теле напарницы, прикосновение к которому доставляло ей особенно сильное удовольствие, а затем вновь продолжил целовать, облизывать и сосать, прослеживая каждый контур и изгиб ее влагалища. Выгибаясь навстречу искусным губам и языку напарника, Скалли запустила пальцы в его волосы, направляя его и тем самым увеличивая свое наслаждение.

- О…

***************
- … прямо там, - закончил фразу Иван, и когда Дюпри переместился, выстрелил в него. Пуля пролетела мимо, чуть выше правого плеча Марка, который, незамедлительно воспользовавшись выпавшим ему шансом, молниеносно достал пистолет, вскинул руку и навел его на цель. Бывший шпион метнулся вправо, влево от Дюпри, вынуждая серийного убийцу переместиться, чтобы ему не пришлось стрелять сбоку, то есть из самой неудобной из всех позиций для нетренированного, непрофессионального стрелка.

Дюпри резко развернулся вслед за своей жертвой, держа оружие в вытянутой руке.

И в этот момент его мир снова уподобился черно-белому кино.

«Он был ИЗБРАН», - успел подумать Марк за миллисекунду до выстрела.

Пуля поразила Ивана в грудь – в шести дюймах от грудины прямо в правое легкое. Бывший шпион издал какой-то хлюпающий звук и упал, однако сумел не выронить пистолет.

Из последних сил перекатившись на бок и придерживая оружие левой рукой, Иван Георгиевич Стримнович изготовился, прицелился и выстрелил Дюпри в промежность.

***************
- О, ДА! – воскликнула Скалли, когда ее накрыла волна невероятного наслаждения. – О, БОЖЕ! – Ее ноги судорожно сжались вокруг головы напарника, притягивая его еще ближе, и, крепко держа Дану за упругие маленькие ягодицы, Фокс вместе с ней переживал ее оргазм, пока она извивалась от его ласк.

- Сейчас, Малдер… Боже мой, пожалуйста, сейчас!

Выпрямившись, он вновь устроился между ее ног и, положив ладони на внутреннюю сторону бедер, осторожно раздвинул их. Скалли все это время не сводила с него наполненного страстью и потребностью взгляда, улыбаясь этому мужчине, который только что доставил ей столько удовольствия и, судя по его решительному виду, отнюдь не намеревался довольствоваться уже достигнутым.

В следующее мгновение она почувствовала его большой горячий член там, где совсем недавно побывал его язык, и закусила губу, зная, что поначалу ей не удастся избежать болевых ощущений - слишком уж долог был период ее вынужденного воздержания.

Но, несмотря ни на что, Скалли определенно не собиралась останавливаться на полпути – только не в случае с Малдером, ведь никогда прежде физическая близость не казалось ей такой уместной.

И когда напарник начал медленно входить в нее, раздвигая внутренние стенки влагалища и заполняя ее собой, Скалли, вопреки своим опасениям, не почувствовала ни малейшего дискомфорта – напротив, она впервые в жизни испытала такое ощущение невероятного блаженства и издала низкий гортанный стон, который прозвучал так, словно исходил из самых глубин ее естества.

А Малдер тем временем продолжал свое медленное чувственное погружение в ее тело, и вскоре его член оказался полностью внутри.

- Скалли… - благоговейно прошептал Фокс, почувствовав, как ее влажные мышцы сжали его, побуждая проникнуть еще глубже. Немного подождав, чтобы дать ей возможность приспособиться, он начал медленно отстраняться, удовлетворенно вздохнув от вызванного этим движением ощущения. Скалли застонала в ответ и, недовольная попыткой Малдера покинуть ее тело, обвила его руками за плечи, взглядом, прерывистым от страсти дыханием и тихими вскриками поощряя напарника вернуться в ее гостеприимное лоно, вновь наполнив ее собой и соединив их тела воедино.

Охотно повинуясь желанию напарницы, Малдер вошел в нее быстро и резко, с каждым толчком все больше увеличивая скорость и силу проникновения. И раз за разом погружаясь в Скалли подобным образом, он искренне уверился в том, что умер и попал в рай.
 
MrsSpookyДата: Вторник, 2012-09-11, 10:39 PM | Сообщение # 394
Охотник
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 876
Репутация: 20
Статус: Offline
***************
Дюпри почувствовал, как пуля прошла сквозь ногу, причинив обжигающую боль, словно в бедро воткнули раскаленную кочергу.

«Беги, - подсказывал ему инстинкт самосохранения. - Самое время валить отсюда на хрен».

Прикрывая пути к отступлению, Дюпри, не целясь, открыл беспорядочный огонь, снова и снова спуская курок и одновременно пятясь к двери. Оказавшись в коридоре, он остановился у лифта, чтобы немного отдышаться, и нажал на кнопку фиксатора магазина. Пустая обойма выпала на пол, и, отыскав в кармане запасную, Марк поспешно вставил ее в пистолет, большим пальцем щелкнув по затвору, издавшему характерный щелчок, когда новый магазин занял свое место в стволе.

В этот момент одна из дверей в коридор открылась, но стоило Дюпри выстрелить в ее направлении, мгновенно захлопнулась. Марк услышал, как щелкнула задвижка, и довольно улыбнулся – кто бы ни пытался выйти, теперь он не рискнет снова высунуться из опасения схлопотать пулю.

Двери лифта, наконец, открылись, и Дюпри, не мешкая, ступил внутрь.

***************
Скалли перекатилась, поменявшись с Малдером местами, и теперь оказалась сверху. Упираясь руками ему в грудь, так что ногти впивались в кожу, она начала двигаться, приподнимаясь и опускаясь, вбирая его в себя без остатка и наслаждаясь влажными звуками, издаваемыми их телами всякий раз, когда они отдалялись друг от друга и затем вновь соприкасались – и так снова и снова. Ничто и никогда не казалось ей настолько правильным и приятным, настолько чертовски, охренительно фантастическим…

- Трахни меня, - вдруг простонала Скалли. Обычно она терпеть не могла это слово, так как ее раздражали мужчины, произносящие его так же легко и беспечно, как ничего не значащую приветственную фразу при встрече. Дана презирала и тех женщин, что изъяснялись подобным образом, словно стараясь перенять мужские повадки и уподобиться сильному полу. Однако в данный момент это слово как нельзя лучше описывало то, чем они с Малдером занимались.

И это было просто потрясающе.

Глаза Фокса, до этого плотно закрытые от удовольствия, внезапно распахнулись, и, встретившись взглядом с напарницей, он улыбнулся ей. Эта улыбка согрела Скалли сердце, еще сильнее разжигая огонь, что струился по ее венам.

- Уже скоро… - простонал Малдер.

- Я тоже, - выдохнула Скалли. – Почти…

****************
Когда двери лифта открылись на первом этаже, Марк увидел, что швейцар с перепуганным выражением на лице разговаривает с кем-то по телефону. Дюпри, не раздумывая, поднял пистолет и выпустил целую обойму в мужчину, буквально изрешетив его грудь, лицо, горло и руки. Шестнадцать пуль из кольта 45-го калибра превратили швейцара в окровавленный кусок мяса, отбросив его безжизненное тело к стене. Он соскользнул на пол, потянув за собой телефон.

Остановившись рядом с трупом, Марк наклонился и положил записку ему на грудь. Дюпри не удалось довести до конца свою миссию, но это вовсе не означало, что игра окончена или хотя бы приостановлена. «У меня есть план, которого нужно придерживаться во что бы то ни стало», - напомнил он себе.

Марк вышел из здания и поднял руку, чтобы поймать такси. На улице было уже темно, поэтому остановившийся по его просьбе водитель не заметил у своего нового пассажира пропитанную кровью штанину. Когда машина отъехала от тротуара и влилась в вечерний поток машин, Дюпри принялся осматривать рану в довольно тусклом свете салона.

Она оказалась поверхностной – пуля прошла навылет, порвав мышцы с внутренней стороны бедра. «Всего на шесть дюймов выше, - мрачно подумал Марк, - и я бы пел сопрано до конца моих дней». Кожа вокруг раны оказалась зазубренной, но чистой – по-видимому, пуля прижгла большинство кровеносных сосудов, потому что кровь не хлестала, а лишь слегка сочилась.

В результате осмотра Марк пришел к утешительному выводу, решив, что выживет, и, что еще важнее, ему не понадобится обращаться в больницу, ведь в таком случае с игрой было бы покончено навсегда. Он устало вздохнул и, откинувшись на сиденье, наконец позволил себе расслабиться.

***************
- О, Боже… - хихикнула Скалли. – Это было… - она замолчала, не в силах подыскать подходящие слова.

- Интенсивно, - услужливо подсказал Малдер, все еще тяжело дыша после недавнего сексуального марафона.

- Ага, - согласилась Дана и, медленно перекатившись на бок, застонала от приятного ощущения, вызванного скольжением их влажных от пота тел друг по другу.

- Напомни еще раз, почему мы ждали так долго? - попросил Фокс.

- Пять лет прелюдии, Малдер. Пять долгих лет.

- По мне так оно того стоило, - заметил он.

***************
Звонок телефона вырвал Алекс Кэйхилл из объятий эротического сна, причем совершенно фантастического, так как в нем в роли ее воображаемого любовника выступал не кто иной, как… Сэм Кросс.

- Кэйхилл, - пробормотала она в трубку, откидывая с лица спутавшиеся волосы.

- Это Центральная, кап… о, простите, инспектор. К нам поступило сообщение об убийстве, соответствующем профилю из вашей телетайпограммы. Вызов приняли в южном Мидтауне.

- Дерьмо, - выругалась Алекс.

- Ммм, инспектор, возможно, это не мое дело, но…

Алекс нахмурилась. Она узнала говорившего, некоего МакДональда, Хью МакДональда – дослужившегося до должности лейтенанта ветерана полиции, которого от выхода на пенсию отделяли всего несколько недель. Его перевели в отдел коммуникаций, когда…

Вспомнив причину ссылки старого служаки в это подразделение, Алекс смущенно вспыхнула. Из-за обострения геморроя его по решению сверху отправили в службу оповещения, где он и провел последние шесть месяцев своей карьеры. А ведь когда-то, на пике своей формы, МакДональд был лучшим из лучших.

- Говорите, МакДональд, - велела Алекс, зная, что назвав его по имени, она наверняка польстила его самолюбию.

- Мэм… похоже, на этот раз вам повезло. Выбранная маньяком жертва до сих пор жива.

- Я вас неправильно поняла? Вы ведь сказали, что мы имеем дело с убийством.

- Да, убит швейцар дома. Исполнитель достал его в тот самый момент, когда бедолага дозвонился до оператора «911», так что его убийство оказалось записанным - все шестнадцать выстрелов ясно и четко запечатлелись на пленке. Намеченная же жертва отделалась лишь одной пулей в плечо. Этот парень по-прежнему жив… но долго не протянет. Мне кажется… из того, что я слышал от первых прибывших на место подразделений, у него задето легкое.

- Ладно… - протянула Алекс и, поспешно выбравшись из постели, тряхнула головой, чтобы окончательно сбросить с себя остатки сна. – Оповестите детективов Кросса и Хикса и отправьте их в больницу, куда доставят жертву. Затем вызовите остальных детективов из моей дневной смены и пошлите их на место. Я встречусь с Хиксом и Кроссом в больнице. Когда я выйду на связь через десять минут, мне понадобится название этой больницы.

- Десять-четыре, инспектор. Я отмечу, что оповестил вас в… два тридцать шесть, - ответил МакДональд и сразу же повесил трубку.

Тяжело вздохнув, Алекс принялась воспроизводить в уме данные диспетчеру указания и в конечном итоге пришла к выводу, что ничего не упустила.

«Вот черт! А как же Малдер и Скалли?», - вдруг вспомнила она и, мысленно хлопнув себя по лбу, поспешила набрать номер их отеля и попросила портье соединить ее с комнатой Малдера.

***************
- Ничего хорошего это не сулит, - недовольно поморщившись, заметил Фокс.

- Может, это одна из твоих подружек, - хихикнув, предположила Скалли.

Он пожал плечами.

- Не знаю, а какой сегодня день? Мне надо свериться со своим ежедневником.

С этими словами он поднял трубку пронзительно трезвонящего телефона и передал ее крайне удивленной его действиями напарнице.

- Скалли, - сонно пробормотала она, притворившись, что звонок ее разбудил.

- Это Алекс. Наш убийца снова нанес удар, но на этот раз жертва сопротивлялась. Мужчина выжил и сейчас находится в скорой. Вся моя команда за исключением Кросса и Хикса в данный момент уже направляется на место. Хочешь присоединиться ко мне в больнице?

- Да, конечно, - с готовностью ответила Скалли, нагибаясь через Малдера, чтобы включить прикроватную лампу. Переместившись на постели, она случайно коснулась его лица соском, и он дразняще сомкнул на нем губы. Дана хлопнула Фокса ладонью по груди, пресекая его дурачества, и, выразительно указав на телефон, покачала головой.

- Я позвоню Малдеру, - продолжила Алекс. – Вообще-то, я думала, что это его номер.

- Ммм… - промычала Скалли, не зная, как лучше объяснить это Алекс.

- Что?

- Не нужно. Я… ммм…

Скалли ничего не добавила, и какое-то время обе женщины не нарушали затянувшуюся паузу.

- Он там, с тобой, да? – наконец спросила Алекс.

Скалли многозначительно промолчала.

- Что ж, рада за вас, - сказала Алекс. – Но послушай, что я тебе скажу: если хочешь сохранить… эти отношения… тебе следует научиться врать получше. Позвони, когда будете выезжать.

Услышав в трубке короткие гудки, Скалли опустила телефон на постель.

- Наш убийца снова нанес удар, но на этот раз не смог закончить свою работу. Жертва выжила, и сейчас ее везут в больницу.

Прежде, чем она успела закончить первое предложение, Малдер уже вскочил с кровати, однако следующая фраза напарницы заставила его замереть на месте.

- Алекс знает.

- О… нас?

Скалли кивнула.

Малдер воспринял эту новость довольно спокойно, равнодушно пожав плечами.

- Ладно, оставим это на потом. А сейчас нам надо ехать.

С этими словами он двинулся к своему чемодану и вытащил оттуда чистую футболку и джинсы.

Скалли с грустью наблюдала за ним какое-то время, умом понимая, что он прав и им действительно надо спешить. Все-таки они выбрали крайне неподходящее время для выражения своих так долго сдерживаемых чувств, и, наконец, занявшись любовью, оказались полностью лишены возможности хотя бы немного пообниматься и насладиться наступившей после оргазма расслабленностью. Всего тридцать секунд уединения и покоя, а затем жестокая реальность снова бесцеремонно напомнила о себе, разрушив их только что обретенный уютный мирок одним телефонным звонком.

Признавая, однако, что дело прежде всего, Скалли тяжело вздохнула и поднялась с постели, чтобы вернуться в свою комнату и одеться.
Внезапно почувствовав руку напарника на своей обнаженной спине, Дана остановилась и закрыла глаза, подумав о том, как часто ей доводилось ощущать эти пальцы на пояснице и желать при этом, чтобы на пути у них не было нескольких слоев одежды.

Фантазии, конечно, вещь приятная, но их воплощение в жизнь – намного лучше.

- Эй, - прошептал ей на ухо Малдер. – Мне не больше тебя хочется вот так срываться с места. Когда у нас появится хоть немного свободного времени… я бы хотел продолжить с того места, где мы остановились.

Скалли кивнула, не оборачиваясь.

- Было бы здорово, - ответила она.

- А теперь иди, - напутствовал напарницу Малдер, слегка шлепнув ее по попке.

Скалли так и поступила.


Сообщение отредактировал MrsSpooky - Вторник, 2012-09-11, 10:40 PM
 
MrsSpookyДата: Среда, 2013-01-23, 8:56 PM | Сообщение # 395
Охотник
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 876
Репутация: 20
Статус: Offline
ГЛАВА 19
РЕЙТИНГ ГЛАВЫ: R
СПОЙЛЕРЫ: Detour

***************
ПО ДОРОГЕ

Пока Малдер вел машину, Скалли исподтишка наблюдала за ним.

Ее сотовый подал признаки жизни почти в тот момент, когда напарники готовились отъехать от отеля; как оказалось, звонила Алекс, чтобы сообщить им адрес больницы, в которую доставили последнюю жертву. Получив координаты, Малдер кивнул и, вырулив на проезжую часть, направился к центру.

Поездка проходила в полном молчании, пока Скалли не начало казаться, что она не сможет выдержать больше ни секунды этой довлеющей тишины. Малдер покусывал нижнюю губу, полностью поглощенный управлением машиной – ускоряясь на перекрестках, он бросал взгляды то влево, то вправо, но ни разу не посмотрел напарнице в глаза.

Скалли, конечно, понимала, что ей надо сосредоточиться на деле и на жертве, которую они собирались опросить и, если повезет, получить новую информацию об убийце. Но, несмотря на все благие намерения, ее мысли постоянно возвращались к тому, что только что случилось в комнате Малдера.

Скалли уже открыла рот, намереваясь спросить напарника, о чем он думает, но прежде, чем у нее появилась возможность произнести хоть слово, Малдер вдруг заговорил:

- Вскоре расследование потребует нашего полного внимания, так что у нас не будет ни минуты свободного времени. – Шины протестующе взвизгнули, когда он на довольно приличной скорости свернул за угол. - Однако прежде, чем это произойдет, я хочу, чтобы ты знала – я серьезно отношусь к тому, что произошло между нами. Я действовал отнюдь не под влиянием момента.

Скалли медленно выдохнула, пытаясь совладать с дыханием.

- Я тоже, - признала она.

Малдер вновь посмотрел по сторонам, пересекая очередной перекресток.

- Возможно, это спасло мне жизнь, - мягко произнес он и затем, подумав, уточнил: - По крайней мере, помогло сохранить рассудок.

- Было бы что сохранять, - заметила Скалли и, увидев легкую улыбку на губах напарника, улыбнулась в ответ.

- У нас может не появиться другого шанса… м-м…

- Я знаю, что ты имеешь в виду, - оборвала его Скалли.

- … до тех пор, пока дело не будет закрыто. Но… для меня важно, чтобы ты кое-что поняла – во-первых, как я уже сказал, я серьезно отношусь к произошедшему. – Малдер чуть помедлил и затем, посмотрев ей прямо в глаза, усмехнулся. – С тобой по-другому и быть не может.

Она кивнула, давая ему возможность беспрепятственно высказать свои соображения.

- Во-вторых, - продолжил он, - я очень сильно хочу увидеть, к чему приведут наши новые отношения - пока я этого не знаю, но твердо намерен выяснить. Вместе с тобой.

Скалли почувствовала, что от этого признания в груди разливается приятное тепло, и ей отчаянно захотелось привлечь Малдера к себе и поцеловать, проведя рукой по его невероятно мягким волосам.

- И, наконец, Скалли, ты должна помочь мне не облажаться.

Это последнее заявление подействовало на нее отрезвляюще.

- Что ты имеешь в виду, Малдер?

На этот раз его улыбка была полна иронии.

- Ну ты же меня знаешь и прекрасно понимаешь, на что я способен. Тебе известно, что я обладаю просто-таки феноменальным даром выводить тебя из себя словами или поступками. И не страшно, если ты злишься на меня из-за разногласий по каким-то рабочим моментам - это вполне ожидаемо, но что касается… более близких отношений… Я знаю, что нам трудно будет разделять эти две сферы… но в личном плане я рассчитываю на то, что ты поможешь мне преодолеть возникающие трудности. У меня уже почти десять лет не было ни с кем серьезных отношений, так что я порядком подзабыл, как надо себя вести.

- Нужно ли мне напоминать, что я тоже давно ни с кем не заводила отношений?

Малдер кивнул.

- Да, я знаю, но девушки чувствуют себя в них, как рыба в воде, для вас это так же естественно, как плакать или заниматься шопингом.

Ошарашенная подобным заявлением, сказанным абсолютно серьезным тоном, Скалли развернулась лицом к напарнику, а теперь еще и любовнику, недоумевая по поводу того, дразнит он ее или нет. Впрочем, озорной блеск в глазах выдал Малдера с головой, и Дана игриво шлепнула его по руке.

- Теперь понимаешь, о чем я? – спросил он. – Именно об этом я и говорил.

Скалли лишь молча покачала головой в ответ, а ее напарник тем временем последний раз завернул за угол, и вот они уже оказались на месте – прямо перед ними возвышалось здание больницы. Малдер вырулил на парковку для автомобилей скорой помощи и, ловко переехав через бордюр, остановил машину на тротуаре.

- Что ты делаешь? – спросила Скалли.

- Прибегаю к старому полицейскому трюку. Так гораздо удобнее, чем на настоящем парковочном месте. Да и дешевле к тому же.

- Малдер, нам же за это штраф выпишут! – запротестовала напарница.

Он развернулся к ней и хищно осклабился.

- Ты и вправду думаешь, что штраф за неправильную парковку сопоставим с другими правилами, которые мы нарушили сегодня ночью?

Скалли почувствовала, как ее губы невольно растягиваются в улыбку.

- Полагаю, ты прав, - ответила она. – Но мне не выйти! – Машина вплотную прижималась к опорной стене, передним бампером почти упираясь в заднюю стену больницы.

- Вылезай с моей стороны, - сказал Малдер, открывая дверцу и выходя наружу. Он протянул напарнице руку, и Скалли, которая поначалу собиралась проигнорировать этот галантный жест, в конце концов все же приняла предложенную помощь. Сжав ладонь Малдера в своей, она воспользовалась этим дополнительным рычагом, чтобы выбраться из салона.

Фокс запер дверь, и напарники поспешно направились к входу в отделение скорой помощи…

… которое скорее походило на сумасшедший дом.

Осмотревшись, агент вскоре заметил Хикса и Кросса, стоявших рядом с Алекс и каким-то незнакомцем, лица которого Малдер не смог рассмотреть из-за спины Кэйхилл – видны были лишь его ноги, обувь и край белого халата.

«Доктор», - без труда догадался Малдер и, исходя из недовольной жестикуляции Алекс, заключил, что сказанное врачом ее отнюдь не радует.

Агенты, не мешкая, приблизились к своим коллегам.

- Если бы вы позволили нам с ним поговорить, - ругалась Кэйхилл, - мы бы смогли взять у него показания.

«Вот дерьмо», - подумал Малдер.

- Еще раз повторяю, инспектор, что наша больница находится вне юрисдикции нью-йоркской полиции. - Гнусавый говор неизвестного доктора, который умудрялся произносить слова, не разжимая плотно стиснутых челюстей, подействовал на Малдера, как скрип ногтем по грифельной доске. «Он разговаривает в точности как самодовольный кретин, окончивший Гарвард или Йель», - пришло на ум агенту.

Когда Малдер и Скалли встали за спиной у Алекс, пока не вмешиваясь в перепалку инспектора с врачом, Кросс и Хикс мрачно кивнули им в знак приветствия.

- Мы приехали, как только смогли, - заявил Фокс, таким образом оповещая Алекс об их присутствии.

Она развернулась к нему лицом и чуть заметно покачала головой.

- Вы уже опросили потерпевшего? – спросил агент.

- Нет, - раздраженно бросил Кросс. – Доктор Пэйн не пустил нас к нему.

- То есть вы говорите, что добрый доктор препятствует проведению федерального расследования? – не скрывая иронии, спросил Малдер, переводя взгляд на Пэйна.

- Прошу прощения, - высокомерно осведомился тот. – А вы кто такие?

Агенты в унисон вытащили свои удостоверения и продемонстрировали их.

- Малдер, - представился он.

- Скалли, - закончила она.

И одновременно добавили:

- ФБР.

Спрашивая себя, как долго напарники практиковали это движение, Кросс прикрыл рот ладонью в попытке спрятать улыбку.

- Простите, - надменно протянул Пэйн, - но, насколько мне известно, данное расследование находится в ведомстве полиции Нью-Йорка. Какое дело ФБР до… раненого в перестрелке заурядного преступника? Уверен, вы могли бы найти лучшее применение деньгам налогоплательщиков.

- Вообще-то, - с совершенно непроницаемым лицом заявил Малдер, - нас вызвали для проведения этого расследования, как только мы разобрались с мошенничеством в сфере медицинского страхования престарелых.

Скалли не без злорадства отметила, что при этих словах Пэйн испуганно побледнел.

- Но суть в том, - как ни в чем не бывало продолжил Фокс, - что этим делом занимаются объединенные силы полиции и ФБР. А препятствие федеральному расследованию… как ни странно… является федеральным же преступлением. Так что прежде, чем мы начнем названивать адвокатам, созывать пресс-конференции и придумывать заголовки для завтрашнего выпуска «Нью-Йорк Таймс», почему бы кому-нибудь не объяснить мне, какого черта здесь только что произошло?

- Пациент был доставлен со сквозным пулевым ранением правой стороны груди. Пуля вышла чуть ниже третьего межреберного промежутка. Это привело к…

- … разрыву подключичной артерии и восходящей легочной вены, вследствие чего пациент вскоре впал в гиповолемический шок, который, почти наверняка, привел к его смерти, - закончила Скалли.

- Да, - тихо подтвердил Пэйн, кивая. – Верно. Я и не знал, что ФБР тренирует своих… как вас называют?

- Специальными агентами, - нарочито услужливо подсказал Малдер.

- Да, верно, - повторил доктор таким тоном, что напомнил присутствующим английского дворецкого. – Так или иначе, как я говорил…

- Я доктор медицины, - оборвала его Скалли.

- И при этом агент ФБР? – удивленно уточнил Пэйн, как если бы его шокировала сама мысль о том, что кто-то может добровольно отказаться от преимуществ, даруемых медицинским образованием, ради чего-то столь… прозаичного, как полицейская работа.

Скалли за словом в карман не полезла – увидев, что сейчас Пэйну не поздоровится, Кросс легонько толкнул напарника локтем, чтобы привлечь его внимание, и даже Алекс развернулась к подруге в ожидании ее ответа.

- Просто там мне приходится иметь дело с куда более приятным типом людей, нежели теми, что обычно составляют костяк медицины, - с нарочитой издевкой заявила Скалли.

- Да, - машинально сказал Пэйн и замолк, замешкавшись.

Тогда все четверо представителей правопорядка одновременно закончили его мысль.

- Верно, - подхватили они.

Врач смущенно вспыхнул, наконец осознав, что над ним просто-напросто издеваются.

- Как я говорил, - продолжил он, - когда пациента доставили, у него начались желудочковые экстрасистолы, так что от полного коллапса его отделяли считанные секунды.

- Он был в сознании? – уточнила Скалли.

- Да, - признал Пэйн.

- В здравом уме?

- Да, - вновь подтвердил тот.

- Пожалуйста, запомните, что я не только доктор медицины, но еще и судебный патологоанатом. Я займусь осмотром тела и, скорее всего, лично проведу вскрытие. А теперь, имея в виду только что сказанное мною, можете ли вы со всей уверенностью заявить, что рана, полученная пациентом, оказалась фатальной и привела к его смерти?

- Не уверен, что понимаю, о чем вы.

- Доктор, вы прекрасно понимаете, о чем. В тот момент, когда пациента доставили в больницу, возникли ли у вас хоть какие-то сомнения в том, что он не выживет?

- Как это ни печально, но нет.

Скалли перевела взгляд на напарника и кивнула, давая ему возможность продолжить расспросы.

- Так почему же вы не пустили нас к нему? – спросил Малдер.

Пэйн пожал плечами.

- Потому что всегда есть вероятность того…

- Ерунда, - рыкнула на него Алекс.

- Вынужден согласиться со своей уважаемой коллегой, - протянул Малдер, передразнивая псевдоаристократический акцент Пэйна. – По моему глубокому убеждению, вы намеренно воспрепятствовали доступу к пациенту просто потому, что это в вашей власти. Подобное может иметь далеко идущие последствия и стоить не одной, а многих жизней.
- Что он такого совершил? – спросил Пэйн, очевидно, раздраженный поучительным тоном агента.

- Он стал жертвой жестокого серийного убийцы и пока не умер, являлся нашим единственным свидетелем. Этот мужчина, что лежит сейчас в отделении травматологии, весьма вероятно, снабдил бы нас полезной информацией, которая помогла бы полиции и ФБР поймать разыскиваемого нами преступника.
Пэйн пожал плечами.

- Извините, мистер… Малдер, верно?

- ДОКТОР Малдер, - поправил его тот.

- Что ж, очень хорошо, тогда доктор Малдер… извините, но правила нашей больницы не допускают никаких разночтений: никто, кроме медицинского персонала не допускается в отделение интенсивной терапии во время реанимационного процесса по причинам, связанным со страховкой. Чтобы убедиться, что не случится ничего… непредвиденного.

Внезапно пришедшая Малдеру на ум идея заставила его поспешно спросить:

- Доктор, вы уже официально объявили время смерти?

- Да, объявил, но еще не подписал свидетельство о смерти. Инспектор Кэйхилл вместе со своими варварами и головорезами отвлекла меня прежде, чем я мог это сделать.

- Я не головорез, - заявил Хикс.

- Нет, ты варвар, - вторил ему Кросс. – Это я головорез.

- А что лучше? – поинтересовался Хикс.

- Довольно! – прикрикнула на кривлявшихся детективов Алекс.

- То есть вы не подписали свидетельство о смерти? – снова уточнил Малдер.

- Нет, - признал Пэйн.

Агент схватил доктора за локоть и повел его обратно в отделение травматологии.

- Добудь медицинскую карту пациента и приведи сюда всех сотрудников, которые были здесь в момент его смерти, - бросил он Скалли. – Не слушай никаких возражений. Мне нужно, чтобы ты собрала их всех.

Она удивленно приподняла бровь, безмолвно спрашивая у своего напарника, а теперь еще и любовника, что происходит.

- Я всегда хотел поиграть в Господа Бога, - ответил тот, - и потому намерен воспользоваться выпавшим мне шансом. Мистер… - Он перевел взгляд на Алекс в надежде на подсказку.

- Стримнович, - быстро ответил Кросс.

- Мистер Стримнович вскоре воскреснет.

***************
ДЕСЯТЬ МИНУТ СПУСТЯ

Четыре медсестры и обслуживающий рентгеновский аппарат техник, которые участвовали в реанимационном процессе, а также доктор Пэйн собственной персоной собрались в травматологическом отделении рядом со стремительно остывающим телом Ивана Георгиевича Стримновича.

- Слушайте меня очень внимательно, - меряя шагами комнату, начал Малдер. – Иван не умер. Он поступил сюда с огнестрельным ранением в плечо, затем у него начались желудочковые экстрасистолы, результатом чего чуть было не стал сердечный приступ. Но доктор Пэйн, с присущими ему профессионализмом и компетентностью, сумел спасти пациенту жизнь.

От Скалли не ускользнул скептический взгляд, которым обменялись две медсестры при столь высокой оценке работы Пэйна.

- Фактически Ивана вскоре переведут из операционной, где хирург устранил вызванные пулей повреждения, в отделение интенсивной терапии.

- Пациент, - медленно, словно разъясняя очевидную вещь двухлетнему ребенку, произнес Пэйн, - мертв. Мертвее некуда.

- Нет, - помахав у него перед носом пальцем, возразил Малдер, - он жив. И вот почему: наш… подозреваемый… прямо-таки зависимый от компьютеров человек. – Агент замолчал и перевел взгляд на Скалли. – Забавно, не кажется ли тебе, что это похоже на наркотическую зависимость? – Не дожидаясь от напарницы ответа, он продолжил: - Так что мы создадим для него фальшивый компьютерный след. Можно с полной уверенностью утверждать, что он взломает базу данных больницы, и как только ему это удастся, я хочу… чтобы Лэнгли [прим.пер. - название места, где находится штаб-квартира ЦРУ] сел ему на хвост.

При этих словах Малдер весело подмигнул Скалли, а Пэйн удивленно воскликнул:

- Этим делом занимается ЦРУ?

- Я этого не говорил, - многозначительно заявил Малдер.

- Понятно, - задумчиво приложив к губам палец, ответил Пэйн.

«Вот придурок», - подумала Скалли.

- Вот как мы поступим: доктор Пэйн только что принес присягу и стал членом нашей веселой компании офицеров правопорядка. Он оформит необходимые для приманки убийцы документы…

- Медсестры делают большую часть… - переводя взгляд на часы, попробовал возразить Пэйн.

- Да, обычно, - согласился Малдер. – Но раз уж вы воспрепятствовали опросу жертвы, пока она была еще жива, то вам придется поработать самому. Можете считать это своим личным вкладом в общее дело. От вас, дамы, требуется сохранять молчание. Если кто-нибудь спросит, и я подчеркиваю - кто угодно, вы будете отвечать, что Иван жив и идет на поправку. Вопросы есть?

- Моя смена заканчивается через полчаса, - пожаловался Пэйн.

- У вас есть переработка? – спросил Малдер.

- Н-нет.

- Что ж, тем хуже для вас. Повторяю, вопросы есть?

Пэйн страдальчески вздохнул, смирившись с неизбежным, после чего встал и вышел. Малдер покачал головой, смотря вслед уходящему мужчине.

- Ну и идиот, - тихо произнес он.

- Это еще мягко сказано, - бросила одна из медсестер, также направляясь к двери.

Скалли подождала, пока все сотрудники больницы покинули комнату, и только потом заговорила:

- Малдер, ты вправду думаешь, что это сработает?

Он пожал плечами.

- Ну, попробовать-то не повредит. Думаю, вам четверым надо отправиться на место преступления, а я тем временем позвоню ребятам и попрошу Джона приехать и проследить за… деталями. Когда я закончу, то присоединюсь к вам.

Скалли кивнула, соглашаясь с предложением напарника: здесь им все равно особо нечем было больше заняться, а Малдер, очевидно, ясно представлял себе дальнейший план действий. Она перевела взгляд на Алекс и спросила:

- Подвезешь?

- Ага, - ответила та.

- О… и еще – не могли бы вы послать к конспиративной квартире машину за офицером Байерсом? – уточнил Малдер и пояснил: – Я не хочу, чтобы он приехал сюда в арендованном ими фургоне.

Алекс рассмеялась.

- Конечно, без проблем. Когда его нужно доставить?

- Как можно быстрее.

Кэйхилл достала из кармана пиджака портативную рацию и поднесла ее ко рту.

- М-Майк-Шесть вызывает Центральную, прием.

- М-Майк-Шесть, слушаю вас.

Она, не теряя времени зря, запросила машину, которая должна была забрать офицера Байерса у конспиративной квартиры и отвезти его в больницу Святого Луки/Рузвельта.

Закончив разговор с диспетчером, Алекс последовала за покинувшими кабинет Кроссом и Хиксом, тактично предположив, что Малдер и Скалли захотят попрощаться наедине.

- Знаешь, - заметила Дана, - мне нужно время, чтобы привыкнуть к одному новому для меня аспекту.

- Какому именно?

- К тому, что я хочу поцеловать тебе на прощание прежде, чем отправиться вместе с Алекс на место преступления.

Расценив ее слова, как руководство к действию, Малдер мгновенно преодолел разделявшее их расстояние и, наклонившись, коснулся губ напарницы в легком поцелуе.

- Твое желание исполнено, - улыбаясь, заметил он. – Нас никто не видел. Я позвоню, когда закончу.

Скалли приподнялась на цыпочках и снова поцеловала Малдера – на этот раз медленно и многообещающе.

Когда они наконец оторвались друг от друга, Фокс вытащил из кармана сотовый и набрал номер Стрелков.

***************
КОНСПИРАТИВНАЯ КВАРТИРА
МЕСТОНАХОЖДЕНИЕ НЕИЗВЕСТНО

Фрохики протянул руку к телефону и чуть помедлил, не зная, как представиться. В конце концов он просто сказал:

- Алло.

- Это Малдер, Фрохики. Разбуди Байерса – пусть быстро оденется и ждет внизу машину, которая отвезет его в больницу святого Луки/Рузвельта. Надо, чтобы он кое-что сделал. Скажи ему взять с собой стандартный набор ваших хакерских штучек, ничего особо хитроумного – только самое необходимое, чтобы определить, если кто-нибудь попытается получить доступ к конкретным записям в базе данных больницы, и выйти на его след. Вопросы есть?

- Нет, - заверил его Фрохики. – Сделаем.

**************
Пятнадцать минут спустя заспанный Джон Байерс стоял на тротуаре, ожидая обещанную машину. Фрохики разбудил крепко спавшего приятеля и, сообщив ему требования Малдера, вернулся к собственной работе.

Переведя взгляд на проезжую часть, Стрелок увидел, как не имевший никаких опознавательных знаков «Шеви Каприс Классик» завернул за угол и приблизился к нему. Как только машина затормозила у обочины, стекло с пассажирской стороны автоматически опустилось.

- Байерс? – спросил водитель.

Джон кивнул и залез в салон, обратив внимание на то, что сидевший за рулем мужчина выглядел так, словно и сам недавно проснулся.

- Важное задание? – поинтересовался водитель.

- Весьма важное, - подтвердил Стрелок. – Ради него меня подняли с постели посреди ночи.

- Меня тоже, - хмыкнув, сообщил мужчина. – Ладно, держитесь крепче. – С этими словами он протянул руку под сиденье и извлек оттуда миниатюрную крутящуюся мигалку с магнитным фиксатором и прикрепленными к ней с задней стороны зеркалами, повернутыми под углом в 45 градусов. Поместив устройство на приборной доске, водитель включил его и одновременно врубил сирену.

Машина резко рванула с места.

***************
Девять минут спустя, если верить часам Джона, автомобиль вырулил на больничную парковку.

- Спасибо, - поблагодарил Стрелок, выбираясь из салона.

- Эй, - бросил ему вслед водитель. – Не возражаете, если я спрошу, под чьим вы командованием?

Байерс задумался, не будучи уверенным, о чем его спрашивают.

- Из какого вы отдела? – пояснил мужчина.

- Особо тяжкие, - ответил Джон. – Главное городское управление. – Протянув водителю руку, он снова произнес: - Спасибо.

- Забавно, - качая головой, сказал водитель. – Я работаю в здании полицейского управления, но не помню, чтобы когда-нибудь видел вас там.

- Я… новенький, - поколебавшись, признал Стрелок. – Меня зовут Джон Байерс.

- Штольц. Капитан Штольц, специальное подразделение.

Байерс вновь выразил ему свою признательность за поездку и, отвернувшись, направился к входу в больницу. Капитан Стэн Штольц проводил своего пассажира задумчивым взглядом, размышляя о том, что тот разговаривал, вел себя и даже ходил не как полицейский, а значит, таковым не являлся.

Тогда кто же он?

Явно важная шишка, о чем красноречиво свидетельствовали два обстоятельства: во-первых, то, что из-за него заместитель инспектора лично связалась с диспетчером и вырвала его, капитана, из недолгого сна посреди ночной смены просто для того, чтобы он поработал личным шофером, и, во-вторых, он подобрал Байерса рядом с одной из разбросанных по всему городу конспиративных квартир, принадлежавших НЙПД.

Что же это за хрен такой?

Включив заднюю передачу, Штольц спросил себя, а понадобится ли эта информация его «подруге»? Капитан был крайне заинтересован в том, чтобы подкидывать ей стоящие факты, ведь в таком случае она всегда находила… весьма приятный способ отблагодарить его, который обычно выражался в нескольких бурно проведенных часах в номере отеля.

Воодушевленный этой мыслью, Штольц вытащил сотовый и, набрав ее номер, принялся ожидать ответа.

И когда на другом конце линии отозвался заспанный женский голос, капитал позвал:

- Кейси?

***************
Байерс обнаружил Малдера в отделении травматологии.

- Кто наш жмурик? – с порога спросил он. Кажется, Стрелок чересчур серьезно отнесся к своему недавно приобретенному званию, войдя в роль офицера правопорядка и с удовольствием пользуясь полицейским жаргоном.

- Погибший, - сухо заметил агент, - стал последней жертвой человека, за которым мы все охотимся.

Джон кивнул, ожидая дальнейших пояснений, потому как пока еще не понимал, зачем его позвали.

- Когда убийца бежал с места преступления, этот человек был еще жив и даже отстреливался. Насколько известно нашему маньяку, он до сих пор жив. – И Малдер быстро посвятил Стрелка в свой план.

- Сделаем, - пообещал Байерс. – Мне только нужен доступ к мэйнфреймовскому компьютеру, и через десять минут все будет готово. Затем я смогу вернуться домой, а ты… сможешь заняться тем, чем собирался.

Малдер довольно осклабился, радуясь, что его друг так быстро ухватил суть дела.

****************
Морщась от боли, Марк Дюпри осторожно сел за стол. Он довольно долго и тщательно промывал и обрабатывал рану на ноге, однако она по-прежнему невыносимо болела.

Марк знал, что ему необходимо предпринять.

Он отыскал нужную записную книжку и быстро пролистал страницы в поисках определенного номера телефона и прочих данных. Найдя их, Дюпри, не мешкая, подсоединился к центральному компьютеру объединенной сети аптек и создал запись для себя и фиктивного врача, который выписал бы рецепт на перкодан. Быстро стуча пальцами по клавишам, Марк вскоре оформил сделку по покупке болеутоляющего и, подождав десять минут, пока мэйнфрейм обновит базы во всех точках продаж, позвонил в круглосуточную аптеку по соседству.

Через четверть часа, получив столь необходимое ему лекарство, Марк уже глотал таблетки и вскоре почувствовал, что боль начинает понемногу отступать.

«Думай, - велел он себе. – Я подстрелил ублюдка – в этом нет никаких сомнений. Но убил ли я его?»

Вновь сверившись со своим блокнотом, Дюпри нашел другой номер и набрал его через компьютер. Он просмотрел базы данных НЙПД и противопожарной службы в поисках вызовов машины скорой помощи и некоторое время спустя отыскал его.

Стримновича, жившего под именем Сильвер, доставили в отделение скорой помощи в больнице святого Луки/Рузвельта не далее как час назад. Отсоединившись, Дюпри зашел в компьютер ОМО [прим. пер. - организация медицинского обеспечения], который он некогда взломал, и быстро наладил доступ к мэйнфрейму в интересующей его больнице.

Обнаружить записи на Джона Сильвера не составило ни малейшего труда. Марк сверился с часами и установил, что десять минут назад Стримнович был переведен из операционной в отделение интенсивной терапии.

Открыв ящик письменного стола, Дюпри извлек из него папку с делом, заведенным на Стримновича в департаменте юстиции, и начал ее листать. Он обнаружил то, что искал, ближе к концу – как только переметнувшийся шпион прибыл в Соединенные Штаты, его первым делом подвергли тщательному физическому обследованию в военно-медицинском центре Уолтера Рида. В самом низу истории болезни пациента была сделана следующая заметка: «Пц. аллер. пен.», означавшая, что у пациента аллергия на пенициллин.

Тогда Марк снова перевел взгляд на медицинские записи из больницы святого Луки и убедился, что в них не имелось упоминания об этом обстоятельстве.

Просто отлично. Пенициллин назначается больным после операций и особенно в случаях огнестрельных ранений.

Войдя в базу данных контроля за пациентами, Дюпри добавил туда предписание на немедленное введение пациенту 20 мг пенициллина внутривенно. Можно не сомневаться, что уже через несколько минут, получив сообщение мэйнфреймовского диспетчерского компьютера, медсестра вколет «прописанное» Стримновичу лекарство.

И вскоре после этого он будет мертв.

«Идеальное убийство, - не без самодовольства размышлял Дюпри. – Не столь… приятное, как освежевание ублюдка самолично, но выбирать не приходится».


Сообщение отредактировал MrsSpooky - Среда, 2013-01-23, 9:09 PM
 
MrsSpookyДата: Среда, 2013-01-23, 9:01 PM | Сообщение # 396
Охотник
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 876
Репутация: 20
Статус: Offline
***************
- Снимаю! – выкрикнул кто-то, и Скалли отвела взгляд за секунду до того, как фойе многоквартирного комплекса озарилось ослепительной вспышкой света. Детектив-криминалист зафиксировал свое положение и затем переместился на фут влево, снова наводя объектив на тело швейцара.

«Сколько крови, - подумала Скалли. – Здесь все буквально залито ею».

- Мне нужны образцы каждой капли, - выкрикнула Алекс. – А что касается самых больших пятен, пробы надо взять из центра и по сторонам света. У меня такое предчувствие, что не вся эта кровь принадлежит жертве.

Главный эксперт-криминалист кивнул и сделал пометку в блокноте. Рядом с ним детектив тем временем снимал на видеокамеру все отвратительные детали преступления.

- Где записка? – спросила Скалли.

Когда Хикс передал ей пакет для улик, она достала телефон и, вытащив антенну зубами, проворно набрала номер Фрохики.

- Чего? – невнятно пробормотал в трубку Стрелок.

- Новое послание. Готовы записывать?

- Не так быстро… фу-ты, Скалли, я же спал!

- Настоящие герои не знают ни сна, ни отдыха, Фрохики.

- Да, да… ладно, слушаю.

Скалли зачитала ему код РБП.

- А загадка? – спросил Стрелок.

- Сколько месяцев насчитывают 28 дней? – процитировала Дана.

- Один, - не задумываясь, ответил Фрохики. – Февраль.

- Все, - поправила его Скалли. – Здесь не говорится «только» 28 дней.

- Верно. Ладно, мы этим займемся.

Скалли прервала соединение и, развернувшись, чтобы отдать улику Хиксу, обнаружила, что тот наклонился над трупом и внимательно разглядывает пулевые отверстия.

- Крупный калибр, - пробормотал он.

- 45-й, - предположила Скалли.

Хикс выпрямился и, беззвучно шевеля губами, принялся считать.

- Пятнадцать выстрелов, возможно, шестнадцать. Какого черта? Этот ублюдок перезаряжал пистолет?

- Мы нашли наверху магазин, - сообщил напарнику Кросс, который в поисках возможных улик осматривал пространство за конторкой швейцара.

- Установили марку?

- Какой бы она ни была, в нем содержится шестнадцать пуль, - ответил Сэм, демонстрируя очередной пакет для улик.

- Дай взглянуть, - попросила Алекс, протягивая руку, и Кросс бросил ей вещдок.

Повертев его в ладонях, инспектор разглядела имевшуюся с края надпись.

- Магазин с рынка запчастей, сделанный до запрета[прим.пер. - федеральный закон 1994 года, запрещающий производство для гражданского применения определенных видов полуавтоматического огнестрельного оружия, называемого «оружием нападающих»] для… я бы сказала, Para Ordnance P-14 или чего-то подобного.

Скалли удивленно вздернула брови – Алекс определенно разбиралась в оружии.

- Ладно, ты знаешь, что надо делать, - сказала Кэйхилл, кинув пакет обратно Кроссу, который легко поймал его одной рукой. – Отправь это в лабораторию на предмет отпечатков и прочего: ультрафиолетового, инфракрасного, лазерного сканирования… Я хочу, чтобы магазин подвергли всем возможным видам проверок. Когда с этим будет покончено, пусть его перешлют в Вашингтон, чтобы над ним поколдовали приятели Скалли из лаборатории в Квантико.

Кросс кивнул – он на этой процедуре собаку съел и в подсказках явно не нуждался.

- Что насчет свидетелей? – уточнила Скалли.

- Опрашиваем. Никого из соседей Ивана по этажу не было дома в момент убийства. Мы проверяем жильцов верхних и нижних этажей на случай, если кто-нибудь слышал или, даст Бог, видел что-нибудь.

Дана кивнула, мысленно проверяя, все ли она спросила и не забыла ли чего-то важного.

- Можно взглянуть на место преступления наверху?

Алекс кивнула и, указав на Кросса, велела ему:

- Сэм, покажи дорогу.

Тот немедленно направился к лифту, рядом с которым вовсю копошились двое техников-криминалистов, прочесывая пол пресловутой гребенкой, в данном случае представлявшей собой портативный пылесос. Присмотревшись, Скалли заметила на нем логотип полиции Нью-Йорка, и это обстоятельство немало ее позабавило.

- Ребята, вы закончили? – обратился к ним Сэм.

- Почти, - косо посмотрев на детектива, буркнул один из мужчин.

- Давайте поднимемся пешком, - предложила Скалли, - и позволим им спокойно делать свою работу.

- Отличная идея, - согласился с ней Кросс, и коллеги прошли к ведущей на лестницу двери. Пока они взбирались на нужный этаж, Сэм спросил:

- Как думаете, план Малдера удастся?

- Возможно, - уклончиво ответила Скалли. По тону голоса трудно было судить, одобряет ли Кросс идею ее напарника или нет, а Дане совсем не хотелось высказываться прежде, чем он озвучит свое мнение на сей счет. «С кем поведешься, от того и наберешься», - насмешливо подумала она.

- Он очень умен, - мягко улыбнувшись, произнес Сэм, когда они миновали третий (а может, четвертый?) лестничный пролет и продолжили восхождение.

- Да, - лаконично подтвердила Скалли, осознав, что ее физическая подготовка оставляет желать лучшего – она начала слегка запыхаться.
«Хотя, - пришла ей на ум утешительная мысль, - возможно, все дело в весьма… активно проведенной ночи». Отличный секс всегда изматывал ее, и пусть сегодня был первый раз, когда она занималась отличным сексом, Скалли все же упорно придерживалась своей теории.

- Вы двое, кажется, очень близки, - снова попробовал разговорить ее Кросс.

- Пожалуй, ближе, чем некоторые, но не так, как другие.

Сделав остановку на шестом этаже, чтобы перевести дух, Сэм раскатисто рассмеялся в ответ. Скалли, с радостью ухватившаяся за возможность отдышаться, позволила ему вволю повеселиться за свой счет.

- Ближе, чем сейчас, вы были бы, только если бы поженились, - вздохнув, продолжил он. Агент Скалли, я почти двадцать лет был полицейским – хорошим полицейским, надо признать. Может, не самым лучшим, но как вы выразились, лучше большинства, хотя и не так хорош, как некоторые. Со временем начинаешь… многое замечать. – Развернувшись, Кросс возобновил подъем, и Дана последовала за ним. – Не сомневаюсь, что вы обращали внимание на то, как вторгаетесь в личное пространство друг друга.

Скалли кивнула – на это обстоятельство ей часто указывали.

- Да, но мы с ним были напарниками в течение пяти лет. Уверена, вам известно, что постепенно подобные… вольности становятся чем-то само собой разумеющимся.

Кросс покачал головой.

- Я никогда не работал с одним-единственным напарником дольше двух лет.

Они миновали очередной пролет.

- Ну, когда партнерство длится так долго, как наше с Малдером, то в процессе волей-неволей узнаешь о человеке много… деликатных деталей.

- Например? – с искренним любопытством спросил Кросс.

- Ну… например, недавно мы занимались расследованием во Флориде. Не буду пускаться в описание подробностей, в основном потому, что вы мне все равно не поверите, но суть в том, что, когда дело оказалось закрыто, Малдер вместе с двумя другими агентами ФБР и представителями местной полиции занимался улаживанием кое-каких формальностей. Так что мне пришлось вернуться в отель, упаковать наши вещи и встретить его уже в аэропорту.

- И что?

- А то, что, как вы наверняка заметили, Малдер мужчина, причем мужчина, у которого уже очень давно ни с кем не было отношений. Некоторые бы даже назвали его убежденным холостяком. А холостяки, знаете ли, обычно не слишком… аккуратны.

- О, - протянул Кросс и, усмехнувшись, понимающе кивнул. – Я понял: разбросанные по полу грязные носки.

- Это еще далеко не все, - ухмыльнувшись, ответила Скалли.

- Да, знаю, что вы имеете в виду. Однажды у меня был… - Сэм замешкался, осознав, что чуть не сказал «любовник», - … сосед, который тоже не отличался повышенной брезгливостью.

Скалли натянуто улыбнулась.

- Какое политкорректное определение.

- В общем, я понимаю, что вы подразумеваете, и это лишний раз доказывает мою правоту, агент Скалли: вы с Малдером… необычайно близки.

Слова Кросса заставили Дану всерьез задуматься о том, известна ли ему истинная природа ее отношений с напарником. К немалому своему смущению она вдруг вспомнила, что в спешке не успела принять душ перед тем, как покинуть отель. Не желая сказать что-нибудь лишнее и тем самым еще больше скомпрометировать себя, Скалли ничего не ответила, продолжая молча карабкаться по ступеням.

Однако ее щеки вспыхнули предательским румянцем, а Кросс не зря двадцать лет проработал детективом – это обстоятельство не ускользнуло от его внимательного взора, позволив окончательно убедиться в своей правоте. Ему хватило такта не произносить этого вслух, но когда Малдер и Скалли объявились в больнице, от них исходил довольно сильный запах секса. Алекс тоже это заметила, как, впрочем, и Дэрил – они обменялись заговорщическими взглядами и улыбками за спинами ничего не подозревающих агентов. Каждый из них был рад, по своим собственным причинам, что отношения напарников перешли на новый уровень, каким-то шестым чувством ощутив, что те занимались любовью впервые.

Скалли внезапно остановилась на очередном пролете и спросила:

- Вы догадались, так ведь?

Кросс всерьез подумывал о том, чтобы все отрицать, но, работая над этим делом, она была таким же его напарником, как и Дэрил, а Сэм строго соблюдал правило, гласившее, что напарникам лгать нельзя.

- Да, - тихо произнес он и добавил: – Мы все догадались.

- Алекс уже знала, - признала Скалли. – Она позвонила в комнату Малдера и поймала меня на месте преступления.

Кросс подбадривающе положил ладонь ей на плечо.

- Вы волнуетесь из-за того, что мы втроем знаем о вас? Можете не переживать – я точно никому об этом не скажу, Алекс – тоже, а когда я поговорю с Дэрилом, он также будет нем, как рыба.

Скалли пожала плечами. Нет, сложившая ситуация не расстраивала и не беспокоила ее. Она попыталась проанализировать свои эмоции и подобрать подходящее слово, наиболее точно описывающее ее душевное состояние. Пожалуй, разочарование подходило лучше всего, ведь ей так хотелось иметь возможность насладиться этой переменой в их с Малдером отношениях, располагать достаточным временем, чтобы все осмыслить и привыкнуть к этой новой роли прежде, чем ей пришлось бы переживать по поводу того, что могут или не могут подумать окружающие. А из-за того, что убийца выбрал такое «удачный» момент для атаки на очередную жертву, Скалли оказалась всего этого лишена.

- Просто это произошло совсем недавно, - пояснила Дана, тем самым подтверждая подозрения Сэма. – Мне нужно время, чтобы привыкнуть.
- Если мои слова хоть как-то вас подбодрят, то знайте, что, по-моему, это… к лучшему.

Дана чуть не рассмеялась в ответ на его заявление. С чего вдруг Кроссу говорить нечто подобное, ведь он едва знает Малдера, да и то, что ему известно, вряд ли можно счесть лестным. Обнаружение лучшего профайлера ФБР в неадекватном состоянии, раскачивающегося подобно ребенку-аутисту и бьющегося головой о стену, отнюдь не способствует созданию благоприятного впечатления о человеке.

И хотя Кросс не присутствовал при этой наглядной демонстрации влияния профилирования на душевное состояние Малдера, Скалли была в курсе того, что когда дело касается сплетен, копы дадут сто очков вперед старушкам, перемывавшим косточки всем своим знакомым. Алекс наверняка рассказала ему о случившемся, возможно, просто для того, чтобы он получил четкое представление о том, с кем им предстоит работать.

- Что… почему вы так говорите? – отвернувшись, чтобы продолжить восхождение, спросила Дана.

- Потому что любому мало-мальски проницательному человеку понятно, что вы делаете его счастливым, Скалли. Это совершенно очевидно.

- Разве?

Кросс с трудом поборол желание рассмеяться в ответ на столь наивный вопрос.

- Я все забываю, что вы не видите, как он себя ведет, когда вас нет рядом. Скажем так, что стоит вам войти в комнату, как его настроение моментально улучшается, а вот если вас нет рядом, он может быть тем еще…

- Придурком? – услужливо подсказала Дана.

- Полагаю, это определение довольно точно описывает его поведение, агент Скалли.

- Откуда вы все это знаете? – допытывалась она. – Мне не показалось, что вы провели с ним много времени.

- Алекс мне сказала, - признал Кросс.

Они наконец достигли нужного этажа и остановились, чтобы перевести дух.

- А вы когда-нибудь встречались с кем-то из ваших напарников? – едва ли не робко поинтересовалась Скалли.

Сэм покачал головой.

- Только с бывшим.

- И как все закончилось?

- Не лучшим образом. Он хотел встречаться с другими людьми. А в наше время…

Скалли кивнула.

- Понятно. Я ведь доктор, помните? – «Погодите-ка, - подумала она. – Он хотел встречаться с другими людьми?» И тут Дана вспомнила сказанное Кроссом в Центральном парке на месте убийства той проститутки насчет армейского офицера, с которым она согласилась сходить на свидание в обмен на расшифровку кода РБП.

«Ну, если он симпатичный…», - начал он тогда.

Эта прямо-таки женская солидарность должна была уже тогда вызвать у нее подозрение.

Положив руки на бедра и слегка нагнувшись вперед, чтобы совладать с немного сбившимся дыханием, Кросс усмехнулся, глядя на туфли своей временной напарницы.

- Не торопитесь, Скалли, и не давите на него. Не паникуйте, если он вскоре решит несколько отдалиться или, наоборот, захочет заниматься любовью все время. Просто… не паникуйте. Для него все это так же ново, как и для вас, а мужчины отнюдь не отличаются повышенной чувствительностью. Ему понадобится ваша помощь.

- Он уже о ней попросил, - сама не зная почему, признала Скалли.

- Вот видите? – сказал он и, выпрямившись, провел рукой по волосам. – Вы уже в более выгодном положении по сравнению с большинством пар, которые так никогда и не достигают этой стадии отношений. Роли определены с самого начала, и каждый персонаж действует по определенному шаблону, созданному нашей культурой. Люди боятся выбиться за эти ограничивающие их рамки и поэтому упорно придерживаются заранее написанных сценариев. Малдер, каким бы выдающимся человеком он ни был, опасается, что не сможет соответствовать вашим ожиданиям, однако ему совсем не хочется обо… то есть облажаться.

- Не сможет соответствовать моим ожиданиям?

Кросс усмехнулся и вытер покрытый испариной лоб.

- Да, специальный агент Дана Скалли, доктор медицины. Вы должны понять, что большинство мужчин находит вас пугающей. Сами посудите: вы коп, федерал, да еще и врач, к тому же чертовски сексуальны и обладаете острым умом.

- Вы правда так думаете? – спросила Скалли, смущенная комплиментом.

Улыбка Сэма стала еще шире.

- Я знаю наверняка, что половина детективов из дневной смены запала на вас, тогда как вторую половину вы до чертиков пугаете.

Рассмеявшись в ответ, Скалли ступила в коридор и вместе со следовавшим за ней по пятам Кроссом оказалась практически напротив квартиры Ивана. Дана огляделась по сторонам и спросила, ни к кому конкретно не обращаясь:

- Детективы здесь уже были?

Сторожившие вход в квартиру два патрульных офицера лишь пожали плечами в ответ.

- Мы поздно приехали, - пояснил один из них.

Скалли прошла до конца коридора, развернулась и снова направилась обратно. Какая-то смутная мысль не давал ей покоя, но она никак не могла понять, что именно ее беспокоит.

- Что-то тут не так, - пробормотала Дана. – Магазин нашли здесь, не так ли?

Кросс кивнул, не вполне понимая, к чему она ведет.

- Нам известно, сколько выстрелов было произведено в квартире? – уточнила Скалли.

Сэм сверился со своими записями.

- Четырнадцать.

- Плюс пятнадцатая пуля, которая поразила жертву, так?

Кросс кивнул.

- А магазин, - продолжила пояснять свою мысль Скалли, - рассчитан на шестнадцать пуль. Когда его обнаружили, он был пуст, верно? Так где же оставшаяся пуля?

Сэм отступил к лифту и, опустив взгляд, увидел на ковре нарисованный мелом кружок, обозначающий то место, где нашли пресловутый магазин.

- Если убийца правша, то должен был стоять лицом к лифту, когда вставлял новую обойму. Он нажал на кнопку фиксатора, и когда магазин упал на пол, перезарядил пистолет, правильно?

Скалли кивнула.

- Если же он выпустил пятнадцать пуль в квартире, а последнюю - здесь, стоя лицом к лифту… - Не договорив, он повернулся в пол-оборота, изобразив пистолет большим и указательным пальцами. С этой позиции в пределах досягаемости находились лишь две квартиры – только в их сторону можно было выстрелить, не сходя с места.

- Он стрелял в одну из этих дверей, - указав на них, добавил Кросс, после чего направился к ближайшей, предоставив Скалли другую. И именно она первой заметила оставленный таинственно исчезнувшей пулей след.

На защелке дверного замка образовалась глубокая, зазубренная борозда. Задумчиво пожевав губу и мысленно прикинув траекторию полета, Скалли посмотрела вверх и увидела аккуратную круглую дырочку на одной из панелей подвесного потолка прямо над входной дверью в квартиру.

- Нашла, - триумфально провозгласила Дана.

Кросс приблизился к ней и поднял взгляд.

- Отлично, - пробормотал он и, вытащив из заднего кармана рацию, обратился к оставшимся внизу коллегам.

- М-Майк Четыре вызывает М-Майк Шесть, прием.

- Шестой…

- Нам тут нужна команда криминалистов. И пусть захватят лестницу – Скалли кое-что нашла.

- Сейчас будут, - пообещала Алекс, и мгновение спустя они услышали, как она отдает соответствующий приказ.

- Сомневаюсь, - заметила Скалли, - что наш убийца стал бы стрелять в дверь, если только за ней не находился кто-то, кого он хотел убить.

Кросс вновь сверился со своими записями.

- В эту квартиру уже пять раз стучали, никакого ответа.

Скалли решила сама попытать счастья – результат оказался тем же самым.

- ФБР! – громко провозгласила она. – Откройте дверь или мы ее взломаем!

Сэм ошарашенно уставился на нее.

Угроза, однако, подействовала, потому что вскоре дверь слегка приоткрылась.

- ФБР? – донесся до них чей-то робкий голос. Скалли вытащила удостоверение и продемонстрировала его хозяину квартиры. – Специальный агент Скалли, - представилась она. – А это Сэм Кросс.

- Я не видел…

- А вас как зовут?

- Сидней.

- Сидней… посмотрите на защелку вашего замка. – Он покорно сделал, как ему было велено, и, опустив взгляд, заметно побледнел при виде зазубрины.

- Я не хочу оказаться в этом замешанным, - произнес мужчина, порываясь закрыть дверь.

- Сидней, - мягко позвала его Скалли. – Пожалуйста, уделите нам пару минут. Если после этого вы по-прежнему не захотите оказаться замешанным, то мы отставим вас в покое. – «Чтобы потом вернуться с вызовом на допрос в качестве свидетеля», - добавила она про себя.

После недолгого колебания он сдался:

- Я слушаю.

- Мужчина, который в вас стрелял, очень опасен. Его уже разыскивают в связи с несколькими убийствами, а сегодня он вдобавок застрелил вашего соседа. Все, что вы в состоянии рассказать нам о нем, может оказаться полезным. Все, что угодно.

Сидней, казалось, задумался над ее словами.

- Что мне надо будет сделать? – со вздохом спросил он.

- Во-первых, я бы хотела задать вам несколько вопросов, - начала Скалли. – И не могли бы вы завтра прийти в полицейское управление и поговорить с детективами, а потом рассказать приметы преступника художнику?

- Мне придется свидетельствовать в суде?

Скалли покачала головой.

- Сомневаюсь, хотя это и не исключено. А сейчас позвольте войти и задать вам несколько вопросов.

- Ладно, - согласился Сидней, распахивая перед ней дверь.


Сообщение отредактировал MrsSpooky - Среда, 2013-01-23, 9:11 PM
 
MrsSpookyДата: Среда, 2013-01-23, 9:01 PM | Сообщение # 397
Охотник
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 876
Репутация: 20
Статус: Offline
***************
БОЛЬНИЦА СВЯТОГО ЛУКИ/РУЗВЕЛЬТА
АППАРАТНАЯ ОТДЕЛА ИНФОРМАЦИОННЫХ СИСТЕМ

- Вот черт, - выдохнул Байерс и, указав на экран компьютера, добавил: - Посмотри на это.

Малдер наклонился ему через плечо и уставился в монитор ноутбука.

- И что я должен увидеть?

- Он уже был здесь, - пояснил Джон.

- Ты его обнаружил? – взволнованно спросил агент.

- Погоди, - пробормотал Стрелок, быстро печатая. Получив доступ к соединениям и журналам логов мэйнфрейма, он отыскал нужную информацию, проведя пальцем по колонке чисел.

- Он зашел с привилегированного аккаунта в другой системе. Я так сразу не могу определить адрес…

- Прошу прощения, - позвал Малдер одного из больничных системных администраторов. – Не могли бы вы подойти? Вам известно, что это такое?

Сисадмин приблизился и покосился на экран.

- Служба больницы ветеранов. Это что-то вроде ОМО.

- Они имеют доступ к вашим системам?

- Да… как к части автоматизированной платежной системы. В ней содержатся данные на каждого пациента с соответствующей страховкой, и любой анализ, лекарство, процедура или исследование, назначенные врачом, поступают в их компьютер для оценки необходимых денежных затрат. Связь двусторонняя – это было оговорено при заключении договора.

- Можешь отследить его через компьютер больницы ветеранов? – допытывался Малдер.

- Попробую, - ответил Байерс, его пальцы уже вовсю летали над клавиатурой. Где-то с полминуты спустя он остановился. – Нет, не получится, потому что я не знаю пароль к привилегированному аккаунту. У информационного аккаунта хватает доступа только для того, чтобы разместить файлы в одном месте и проверить другое на их наличие. Я не вижу структуру директории и, соответственно, не имею ни малейшего представления о своем местонахождении в системе. Мне придется взломать ее, чтобы двигаться дальше.

- Ну так ВЗЛАМЫВАЙ! – раздраженно выкрикнул агент.

- Это не так просто, Малдер, - запротестовал Байерс. – И, в любом случае, Фрохики разбирается в этом куда лучше меня.

Агент поднял руки вверх, словно сдаваясь и тем самым демонстрируя Стрелку, что он уже успокоился.

- Позволь спросить… ты можешь еще что-нибудь сделать прямо сейчас?

- Нет.

- Для чего он подключался к компьютеру? – спросил Малдер.

Байерс быстро просмотрел файлы.

- Прописал пенициллин – 20 мг внутривенно. – Джон помедлил и затем добавил: - Не вижу в этом ничего угрожающего.

- Если только не брать в расчет, - вслух размышлял Малдер, - что этот кретин знает о наличии у Ивана аллергии на данный препарат… - Он не мог не поразиться уровню доступа, который должен быть у убийцы, раз ему известны подобные сведения.

- Ладно, давай убьем Ивана. Включи в его карту запись о том, что укол пенициллина оказался летальным. Укажи время смерти примерно через 22 минуты после инъекции. Это убедит любого читающего историю болезни в том, что у пациента случилась остановка сердца, затем были проведены необходимые реанимационные действия, которые, однако, не помогли спасти ему жизнь.

Байерс кивнул и снова начал печатать.

Все это время Малдер вышагивал у него за спиной, пытаясь выработать план по выслеживанию убийцы.

- Он наверняка захочет проверить, удалось ли ему задуманное, - внезапно провозгласил Фокс, победоносно щелкнув пальцами. – Ему нужно будет убедиться, что Иван мертв и не сможет его опознать. – Воодушевленный этой идеей, Малдер развернулся к Байерсу и спросил: - Сумеешь отследить его?

- Отследить?

- Да. В следующий раз, когда он войдет в систему, чтобы проверить файлы, ты сможешь… проверить соединение? Отследить, откуда оно исходит? Причем так, чтобы он этого не заметил?

- Думаю, да… - ответил Стрелок и после недолгого размышления уже более уверенно заявил. – Да, смогу.

Малдер развернулся к сисадмину и спросил:

- Сколько ОМО имеют подобный привилегированный доступ?

- А что? – не понял тот.

- Этот парень хитер и изворотлив, а потому наверняка не станет пользоваться тем же самым аккаунтом снова. Он попробует отыскать другой способ войти в систему. Мы можем заставить его вновь прибегнуть к этому аккаунту, если нарушим все другие соединения.

- О, - протянул айтишник, до которого наконец дошло, чего от него добивался Малдер. – Около тридцати.

- Можем мы их нарушить? Где-то на час или два?

- Нарушить?

- Сделать все так, что любому разбирающемуся в компьютерах станет ясно, что произошел какой-то сбой в работе техники или что-то подобное. Какая-нибудь плата перегорела, кабель оказался порван или типа того… что угодно, лишь бы это не выглядело так, словно аккаунты были преднамеренно заблокированы.

Сисадмин задумчиво постучал пальцем по носу.

- Конечно, - в конце концов провозгласил он. – Следуйте за мной.

Он провел Малдера за длинными стойками с аппаратурой, каждая из которых была в высоту не меньше шести футов и содержала в себе различное электронное оборудование всевозможных видов и размеров. Агент не имел ни малейшего представления о том, для чего оно все предназначено.

- Основные соединения посредством стека протоколов TCP/IP к интернету осуществляются через шлюз. Если я вытащу эту плату вот здесь… шлюз окажется перекрытым, и это будет выглядеть так, словно произошел сбой в работе маршрутизатора или хаба. Каждый ОМО, у которого есть привилегированный аккаунт, имеет резервный канал связи 56,6 кбит/с по арендованной линии – по одной на компанию. Линии объединяются в блоки по две на 128 кбит/с D-канальном волоконном конвертере.

Малдер кивнул, хотя не понял ни слова из сказанного, и, увидев совершенно пустой взгляд агента, сисадмин решил прибегнуть к более простому объяснению.

- Если я вытащу эту плату, то тем самым разорву все обычные соединения. Если же я начну вытаскивать эти платы, то со стороны покажется, что возникло несколько серьезных проблем – именно технических, не связанных с мерами безопасности. Я могу оставить пару-тройку плат в стойке резервных каналов связи, так что ваш друг сумеет установить сниффер [прим. пер. - программа наблюдения за передаваемыми по каналу данными] за двумя или четырьмя аккаунтами вместо тридцати. Это увеличит ваши шансы на поимку того парня.

На этот раз Малдер понял то, что до него пытались донести и, отрывисто кивнув, бросил:

- Так и поступим.

- Попридержите коней, - осадил его мужчина. – Вы спрашивали, осуществимо ли это технически, мистер Малдер. Но вот насчет того, чтобы на самом деле это проделать…

- Которые? – прервав его на полуслове, спросил агент.

Сисадмин указал.

Недолго думая, Малдер уже собрался было вытащить платы, но айтишник вовремя перехватил его руку.

- Ладно, ладно, я все сделаю, но вы должны будете объясниться с моим боссом. Вице-президент по информационным системам меня за это по головке не погладит…

- Я об этом позабочусь. Вы же не думаете, что он захочет, чтобы у парадного входа в эту больницу прошла пресс-конференция ФБР, на которой я объявлю, что, как нам стало известно, убийца взломал здешнюю сеть и убил пациента, добавив фальшивый рецепт в базу данных контроля за больными? Я в этом сильно сомневаюсь. Он сделает так, как мы ему скажем.

Сисадмин потянул за разъем шлюза и, подойдя к стойкам с модемами резервных каналов связи, быстро извлек двенадцать плат, оставив только три.

- Шесть или четыре?

- Четыре.

Он вытащил предпоследнюю плату.

- Все аккаунты, кроме тех, что принадлежат больнице ветеранов и МУО, недоступны.

- МУО?

- Медицинское управление «Омега»

«Омега? – про себя повторил Малдер. – Звучит знакомо».

- Джон, ты слышал? – спросил он у Стрелка.

- МУО, да, погоди секунду…

Отойдя в сторону, чтобы не мешать Байерсу работать, Фокс набрал номер напарницы и принялся дожидаться ее ответа.

- Скалли, - через пару секунд донесся до него ее голос.

- Привет, это я. Можешь уделить мне минутку?

- Вообще-то, нет. Мы… опрашиваем свидетеля.

- Вы нашли свидетеля?

- Вроде того. Я объясню…

- Там с тобой кто-нибудь есть?

- Кросс.

- Дай мне с ним поговорить.

Малдер услышал шорох, свидетельствующий о том, что телефон перекочевал из одних рук в другие, и затем ответ детектива:

- Кросс слушает.

- Привет. Свяжитесь с Алекс и скажите ей, что ваш отдел по связям с общественностью должен выпустить пресс-релиз, в котором будет сообщено, что Иван дал полное описание подозреваемого незадолго до своей смерти. В данный момент полицейский художник как раз составляет фоторобот на основании показаний Ивана. В общем, надо наплести с три короба подобной ерунды, которую так любит пресса.

- Повышаете ставки? Думаете, это разумно?

- Нет, но это все, что мы имеем на данный момент. Наша маленькая мышеловка пока не сработала, как планировалось. Мы как раз кладем в нее новый кусочек сыра.

- Понял, - ответил Кросс и прервал соединение.

Малдер начал мерить шагами комнату, рассеянно постукивая трубкой по ладони.

«Думай! – велел он себе. – Что ты забыл?»

****************
Марк Дюпри отнюдь не был глуп, более того, как у большинства серийных убийц, уровень его интеллекта превышал средний показатель. Однажды он купил тест на IQ и весьма удивился, когда оказалось, что его умственные способности всего несколько пунктов не дотягивают до гениальности.

Однако если бы ему пришлось описывать себя, Дюпри должен бы был признать, что дело не только в его умении с легкостью усваивать новую информацию (что, в конце концов, и являлось основным мерилом определения IQ личности). Он был хитер, изворотлив и умел строить планы на основе ничтожнейшего количества данных и затем претворять их в жизнь, ни на йоту не отступая от задуманного – внимательно и осторожно.

Пожалуй, его можно было назвать параноиком.

Когда Марк только начал взламывать чужие компьютерные системы, то быстро выучил твердые правила, которые ни в коем случае нельзя нарушать. Главным из них было никогда не пользоваться одной и той же точкой входа дважды, особенно, когда предпринимаешь какие-нибудь активные действия. Если же ты просто мельком заглядываешь в систему, чтобы осмотреться, и ничего не меняешь, то можешь пользоваться одной «дверью» столько раз, сколько тебе заблагорассудится. Но малейшее изменение означает сжигание за собой этого конкретного моста навсегда.
Вот почему Марк попытался войти в компьютер больницы святого Луки/Рузвельта, чтобы проверить, устранена ли проблема с Иваном, с другого узла.

И наткнулся на сообщение, что соединение недоступно.
«Любопытно», - подумал он, пока еще не слишком беспокоясь по этому поводу, однако попытка воспользоваться иным маршрутом привела к тому же результату.

Дюпри проверил еще несколько соединений, всякий раз убеждаясь, что они недоступны. Дело явно не было связано с политикой безопасности… скорее, это походило на проблему с маршрутизатором.

Дюпри послал пинг-пакет на мэйнфрейм больницы святого Луки, воспользовавшись компьютерным эквивалентом гидролокатора на подводной лодке, который сообщал, если интересующее вас устройство отвечает на вопрос типа: «Эй, есть там кто-нибудь?»

Четыре посланных пакета оказались потерянными.

«Точно маршрутизатор, - пришел к выводу Марк. – Пока нет причин для паники».

В очередной раз сверившись со своим ценным блокнотом, Дюпри нашел несколько номеров соединений по резервным линиям. Марк понимал, что решив воспользоваться одним из них, сильно рискует – если его пытались выследить по ним, то он, таким образом, приведет их прямо к своему источнику: не к самому офису, а к той отправной точке, откуда осуществлялась связь с резервными линиями. Дюпри попробовал пассивное соединение, не требующее ни паролей, ни имен пользователя и предполагающее, что два компьютера просто «поговорят» друг с другом пару секунд.

Он проверил двадцать из них, прежде чем начал волноваться. Каковы были шансы, что маршрутизатор и стойка резервных каналов связи сломались одновременно, причем именно тогда, когда он взломал систему?

Нулевые.

Оттолкнув кресло, Марк встал и принялся размышлять о наиболее вероятных вариантах развития событий: во-первых, возможно, дело в простой технической проблеме – может, блоки изъяли для проведения профилактической проверки, тем более время – четыре утра – для такого рода периодических превентивных мер самое подходящее. Однако странное совпадение все же кажется подозрительным, да и чтобы две коммуникационные системы, одна из которых специально сконструирована, чтобы быть резервной для другой, вышли из строя одновременно…

Повреждение кабеля?

Вновь придвинувшись к консоли, Дюпри запустил трассировку – программу, которая пыталась соединить его компьютер с нужным, сообщая о каждой промежуточной остановке. Маршрут оборвался у входного шлюза. Трассировку нельзя применить к резервным каналам, однако способ проверить их все же имелся.

***************
БОЛЬНИЦА СВЯТОГО ЛУКИ

- Малдер, если хочешь, чтобы это сработало, тебе нужно открыть трабл-тикет [прим. пер. - англ. trouble-ticket - заявка на устранение неисправности в компании, являющейся провайдером услуги] в NYNEX [прим. пер. - NYNEX Corporation – телефонная компания, обслуживающая пять штатов Новой Англии и в том число Нью-Йорк с 1984 по 1997 годы] по этой проблеме.

- Что сделать?

Байерс усмехнулся.

- Если этот парень так хорош, как ты говоришь, то он, вероятно, пропингует маршрутизатор, затем произведет трассировку и, наконец, проверит наличие открытого трабл-тикета на резервные каналы в NYNEX. Его отсутствие наверняка возбудит у него подозрение.

- А что, если он работает в NYNEX?

- Тогда считай, что нам не повезло. Но… эй, я просто…

- Сделайте, как он говорит, - велел Малдер сисадмину.

- Но в таком случае через час сюда прибудет специалист NYNEX. И кто станет с ним объясняться?

- Я, - окинув его мрачным взглядом, заявил Малдер.

Айтишник беспрекословно поднял трубку и набрал номер.

***************
Взломать базу данных NYNEX было не столько сложно, сколько раздражающе.

«Кто до сих пор использует VMS [прим. пер. - ОС, разработанная в 1976 Digital Equipment Corp. для компьютеров VAX]?» - размышлял Дюпри. Он полагал, что вся телефонная индустрия давно уже перешла на Unix, но, очевидно, модернизация миновала NYNEX, так что Марку пришлось изрядно повозиться и потратить ценное время в попытке вспомнить синтаксис VMS [прим. пер. - набор формальных правил записи предложений языка программирования или команд операционной системы].

В конце концов ему удалось отыскать то, что он искал.

Вот оно – трабл-тикет для ИСБСЛ, то есть для информационных систем больницы святого Луки. Проблемы с работой шлюза, отказ резервных каналов… четырнадцати из пятнадцати.

Шестым чувством ощущая ловушку, Дюпри вышел из системы NYNEX и, откинувшись на стуле, принялся размышлять.

Больница ветеранов делила резерв с… МУО.

«Разумеется, - подумал Марк. – Это не ирония судьбы, а вполне ожидаемое человеческое действие».

Они напали на его след и устроили эту тщательно разработанную засаду в надежде, что он вновь воспользуется тем же самым аккаунтом. У него имелся привилегированный доступ через МУО, но… это было бы далеко не так забавно.

Дюпри вновь открыл блокнот и прочитал свои записи. Больница святого Луки использовала различные технологии проектирования информационных систем: у них имелись блоки Unix, Novell, DOS и Windows, несколько LanTastic серверов печати и даже оборудование Macs в отделе по связям с общественностью. Все они были соединены по внутренней сети Ethernet.

Также они располагали блоками на базе WindowsNT.

Тогда Марк снова подключился к NYNEX, спрашивая себя, обслуживают ли они кабели внутри здания.

Как оказалось, обслуживают. И тут же, черным по белому была написана нужная Дюпри информация: три блока WindowsNT, один для компьютера вице-президента отдела информационных систем, другой - шефа финансового отдела и третий - главного администратора. И у всех у них имелись модемы, номера которых инженер NYNEX аккуратно записал в наряде на выполнение работ.

WindowsNT, если его не сконфигурировать должным образом, обладал огромными прорехами в системе безопасности. И так уж случилось, что Марку было известно об одной из таких ошибок в системе, позволяющей обмануть компьютер и заставить его ответить на входящий звонок модема.

И когда это произойдет, ему удастся получить нужные данные изнутри, а не снаружи.

Это было изысканно и совершенно – поистине взлом эпических масштабов.

«Погоди-ка, - остановил сам себя Дюпри. – Можно сделать кое-что получше – я пошлю сообщение в ФБР, однако они не будут знать, что это, только от кого оно пришло».

Круто развернув стул (и вздрогнув при этом от пронзившей ногу резкой боли), Марк приблизился к другой рабочей станции и открыл программу, над которой работал последние несколько месяцев. Это была лично им разработанная схема шифрования, причем настолько искусная, что он не сомневался в том, что ему первому пришла в голову подобная идея. Они наверняка никогда не смогут расшифровать ее и будут просто сходить с ума, пытаясь это сделать. Дюпри открыл файл, который хотел закодировать и запустил программу. Шифрование заняло примерно две минуты, и когда оно оказалось завершено, файл выглядел, как мусор.

Вернувшись к первой рабочей станции, Марк быстро набрал специальный номер, который он создал для себя, проведя несколько часов в системе NYNEX. Номер позволял ему исчезнуть внутри сети; как только он присоединялся к ней, то мог набрать любой телефонный номер по всему миру, и звонок бы не удалось отследить. Оттуда Дюпри соединился с больницей, позвонив на один из WindowsNT блоков, и, вскоре взломав протоколы удаленного доступа, получил почти полный контроль над оборудованием. Несколько секунд спустя, после активации малоизвестной административной лазейки в программе, он добился абсолютного контроля и вскоре уже оказался во внутренней сети больницы святого Луки.

Он быстро нашел записи, касающиеся Ивана, и, к своему удовольствию, убедился в том, что тот умер в результате инъекции пенициллина.

Тогда Марк разместил там же зашифрованное послание и быстро вышел из системы, попутно заметая следы.

Этой ночью он лег спать с мягкой, довольной улыбкой на лице, думая о ФБР и НЙПД, гонявшихся за собственными хвостами и ломающими себе головы в попытке понять, где и когда он ударит снова.

Снедавший его голод, требовавший убийства очередного Избранного по-прежнему не утихал, однако Дюпри мог сдерживать его еще несколько дней. Этого времени должно было хватить на то, чтобы найти себе новую жертву и спланировать все как следует. Находясь в пограничном состоянии между сном и реальностью, Марк осознал, что его самой большой ошибкой оказалось то, что он недооценил свою добычу: все они были умны, обладали острым, пусть и извращенным умом.

Прямо как он сам.

***************
БОЛЬНИЦА СВЯТОГО ЛУКИ

- Малдер, тебе лучше на это взглянуть, - позвал приятеля Байерс.

Агент приблизился и заглянул через плечо Стрелка.

- И на что я должен взглянуть?

- В директории, что содержит наиболее свежие медицинские записи на нашего пациента, появился новый файл. Он, судя по всему, зашифрован, но… ни одним из когда-либо виденных мною алгоритмов или программ, а я видел их почти все.

- Откуда он появился?

- В этом-то и проблема… похоже, что с компьютера вице-президента по информационным системам, если я правильно понимаю топологию сети.

Малдер развернулся к сисадмину.

- Есть ли другой доступ во внутреннюю сеть помимо этих… штук? – спросил он, указывая на неработающий шлюз и стойки с резервными каналами.

- Конечно, - ответил тот. – Около шести или семи компьютеров в здании имеют модемы для выхода на внешние службы. Большинство из них на базе WindowsNT, а некоторые… о, ого… он что, зашел через переднюю дверь?

- Очевидно, - ответил Малдер и, отвернувшись, вновь перевел взгляд на монитор ноутбука Байерса.

- Скопируй файл, и пусть Лэнгли займется его расшифровкой. Передай, что это задача первостепенной важности. Настрой здесь какую-нибудь программу мониторинга, и потом мы отправимся по домам, чтобы немного вздремнуть.

***************
ЗДАНИЕ ПОЛИЦЕЙСКОГО УПРАВЛЕНИЯ

Сидней битый час работал с полицейским художником, составлявшим фоторобот подозреваемого, и терпение Скалли было уже на исходе. Она находилась в офисе Алекс, медленно расхаживая взад-вперед перед столом подруги.

- Почему так долго? – наконец не выдержала Дана.

- Ты хочешь, чтобы все прошло быстро или как надо? – спросила Кэйхилл.

- Да, - сказала Дана, улыбаясь, и Алекс усмехнулась в ответ.

Увидев Кросса, выходившего из комнаты для допросов с листом бумаги, Скалли поспешно распахнула офисную дверь и протянула руку, торопясь поскорее увидеть человека, за которым она охотилась.

- Вот он, - провозгласил Сэм, и, взяв рисунок, Дана развернула его.

Изображенный на нем мужчина выглядел… чем-то обеспокоенным, пришло ей на ум. У него были темные задумчивые глаза, широкий рот, узкий, словно сдавленный нос и волосы средней длины. Он казался…

- Опасный тип, - будто озвучив ее мысли, заметила Алекс, заглядывая через плечо подруги.

- Да, - согласилась Скалли.

- Разослать копии по всем участкам? – уточнил Кросс.

Скалли покачала головой.

- Сначала посоветуемся с Малдером.

Первой реакцией Алекс на это заявление было отвергнуть предложение Скалли и велеть Кроссу завалить все участки в городе тысячами копий фоторобота и снабдить ими каждую патрульную машину на случай, если уличные копы заметят убийцу и сумеют его поймать.
Но реальность ситуации была такова, что она нуждалась в Малдере, Скалли и ФБР, потому что если дело примет дурной оборот, ей понадобится их помощь.

Неожиданно зазвонил ее офисный телефон, и, перегнувшись через стол, Алекс нажала на кнопку громкой связи.

- Кэйхилл, - представилась она.

- Инспектор Кэйхилл, это Кейси Тэн, новости канала WCBS…

- Без комментариев, - прервала ее Алекс, потянувшись, чтобы отбить звонок.

- Инспектор, кто такой офицер Байерс?

Рука Алекс замерла на полпути.

Скалли закрыла глаза. «Вот дерьмо», - подумал она.

- Я не знаю офицера с таким именем, - честно ответила Кэйхилл.

- Вы ведь понимаете, что я могу позвонить в отдел кадров и выяснить, кто он такой.

- Вы мне угрожаете, мисс Тэн?

- Нет, инспектор, просто указываю на очевидные факты.

Алекс щелкнула пальцами и, указав на дверь, беззвучно велела Кроссу: - Иди!

Увидев, что Сэм не понимает, чего от него требует начальница, Скалли схватила его за локоть и, потянув, чтобы он наклонился ближе, прошептала ему на ухо:

- Алекс хочет, чтобы вы сходили в отдел кадров и рассказали им о наших трех друзьях.

Он кивнул и, развернувшись, направился к выходу.

- Мисс Тэн, - продолжила Алекс, - вы понимаете, что любая история, которую вы намереваетесь выдать в эфир в настоящее время, будет неполной и…

- Поберегите силы, инспектор. Скажу вам вот что: во-первых, я уже позвонила в отдел кадров и выяснила, что в нью-йоркской полиции нет ни офицеров, ни сержантов, ни лейтенантов, ни капитанов, ни детективов и вообще каких бы то ни было служащих по фамилии Байерс. И так как я лично знакома с заместителями инспектора и теми, кто выше по званию, это означает, что мужчина, которого капитан Штольц отвез к больнице святого Луки, не полицейский. Мне бы очень хотелось знать, кто он такой. И, во-вторых, хочу вас заверить, что я не намерена давать этой истории ход, пока убийца не будет пойман… если только вы будете со мной сотрудничать.

Алекс перевела взгляд на Скалли и пожала плечами. «Что тут можно сделать?» - словно бы спрашивала она.

Дана пожала плечами в ответ. «Не слишком многое».

- Вы согласны встретиться?

- Конечно.

- Никаких камер, записывающих устройств, ничего подобного, даже блокнота не берите. В зависимости от результатов встречи, мы, возможно, сможем договориться о чем-то большем.

- Мне это подходит, - заверила ее Тэн. – Когда?

- Либо сегодня вечером, либо завтра. Я не пытаюсь отшить вас, мисс Тэн, но мы с моими детективами были на ногах всю ночь в связи с последним убийством, так что нам нужно как следует отоспаться.

На линии на некоторое время воцарилось молчание, по-видимому, означавшее, что журналистка раздумывала над предложением Алекс.

- Отлично, - в конце концов отозвалась она. – Завтра утром в десять в здании управления в офисе отдела по расследованию особо тяжких преступлений.

- Идет, - ответила Кэйхилл и, повесив трубку, развернулась лицом к Скалли. – Отправляйся обратно в отель, затащи своего напарника в постель и займись с ним любовью, словно в последний раз. А когда вы закончите, поведай ему плохие новости и спроси, готов ли он промыть мозги нашей маленькой подружке-репортерше.

Дана шокированно уставилась на подругу.

- Что?

- Нам нужно купить время. Тэн нельзя доверять – она подставила стольких своих информаторов, что мне и не упомнить. Обещая нам перемирие, она тем временем будет шантажировать нас, а затем все равно выдаст историю в эфир. Мне нужно, чтобы Малдер применил к ней свое искусство запудривания мозгов.

Скалли понимающе кивнула.

- Но почему… почему ты хочешь, чтобы я…?

- Занялась с ним любовью?

Дана кивнула.

- Чтобы смягчить удар. Когда он услышит о произошедшем, то будет сам не свой от злости, ведь прикрытие его друзей оказалось проваленным. Нам, возможно, придется их переселить.

В этот момент сотовый агента разразился протяжной трелью.

- Скалли.

- Я, - донесся до нее голос Малдера, - уже в отеле, в постели, лежу полностью обнаженный и чувствую себя крайне одиноко. Ты где?

- Уже в пути, - ответила она, обрывая звонок.


Сообщение отредактировал MrsSpooky - Среда, 2013-01-23, 9:06 PM
 
MrsSpookyДата: Среда, 2013-02-27, 1:42 PM | Сообщение # 398
Охотник
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 876
Репутация: 20
Статус: Offline
ГЛАВА 20
РЕЙТИНГ ГЛАВЫ: R
Спойлеры: Detour

Кейси Тэн положила трубку и триумфально улыбнулась. Благодаря информации, полученной от капитана Штольца, она держала инспектора Кэйхилл, главное городское управление по расследованию особо тяжких преступлений и НЙПД (именно в таком порядке) на коротком поводке.

Единственным минусом в этой как нельзя лучше складывающейся для нее ситуации было сделанное ею обещание не давать новость в эфир до тех пор, пока убийца не окажется за решеткой. Подобные обещания Кейси всегда считала глупой сентиментальностью и потому нарушала их без всякого зазрения совести – вряд ли ей удалось бы вспомнить количество осведомителей, которых она подставила за годы своей работы в качестве журналистки, дав историям ход раньше времени. В обычной ситуации ее бы это не остановило, но сейчас, однако, все было иначе – Кейси нутром это чувствовала.

Этот репортаж мог помочь ей пробиться в национальную новостную сеть при условии, что она сумеет правильно оценить ситуацию и действовать осторожно: на том месте работы, куда Кейси так отчаянно стремилась попасть, не жаловали журналистов, которые сдавали своих информаторов в погоне за сенсационными рейтингами.

Женщина вздохнула и откинула упавшие на глаза пряди волос. «Какая сочная история, - мечтательно размышляла она. – Неуловимый серийный убийца, ФБР и НЙПД, гоняющиеся за собственными хвостами, таинственные личности, живущие в конспиративных квартирах под личиной полицейских, за которыми посреди ночи отправляют машину с высокопоставленным офицером в качестве водителя. Какие завлекательные, любопытные детали – публика набросится на них, как стая голодных собак». Кейси уже почти представила себе, как делает репортаж перед зданием полицейского управления: ветер живописно развевает полы ее плаща, в то время как она серьезным и проникновенным голосом вещает публике о безумце, терроризирующем беззащитных жителей города.

Вот это расследование! Кейси удалось по крупицам воссоздать общую картину происходящего и выяснить, что убийца, называющий себя MrKnife, нанес очередной удар прошлой ночью, выбрав своей жертвой некоего мистера Джона Сильвера, жившего в Мидтауне. Очевидно, что при рождении мистер Сильвер получил иное имя, которое Кейси до сих пор не удалось установить. Еще одна интересная деталь касательно этого человека заключалась в том, что он оказал сопротивление – если верить слухам, MrKnife был ранен, тогда как его жертва прожила достаточно, чтобы дать описание нападавшего полиции, прежде чем окончила свои дни на операционном столе в отделении скорой помощи больницы святого Луки. Согласно другой тревожной сплетне, Сильверу сделали операцию по извлечению пули и устранению причиненных ею повреждений, однако он все равно скончался в отделении интенсивной терапии несколько часов спустя. И, наконец, источники Кейси в самой больнице сообщали, что Сильвер умер в отделении скорой помощи, однако тот самый таинственный Байерс и агент ФБР Малдер инсценировали его…

Что, смерть?

Нет, его повторное рождение. Они внесли в медицинские данные Сильвера запись о том, что он выжил, чтобы MrKnife предпринял еще одну попытку добраться до него и оказался бы в ловушке.

Когда Кейси попробовала нажать на своих информаторов, желая выяснить, какую именно помощь расследованию оказывает Байерс, те извинились, но заявили, что такие подробности им неизвестны. Они не имели ни малейшего понятия о его роли, однако рассказали о том, что он имел при себе кейс из того же материала, из которого обычно сделаны чемоданчики для переноса дорогой электроники - это была твердая пластиковая коробка с металлическими углами и витиеватыми защелками.

Анвиловские портфели, как называют их операторы-любители.

Дальше больше: MrKnife запостил снимки с убийства в Центральном парке в интернете, и так как у Кейси имелся свой собственный набор этих фотографий, она знала, что они отлично впишутся в сюжет, если только директор новостей позволит ей выдать их в эфир.

Кейси слезно умоляла (и обещала неделю безостановочных плотских удовольствий в любом отеле на его выбор), но в конце концов он отказал, мотивируя это тем, что они представляют собой образчик дурного вкуса. Кейси пробовала уговорить его заретушировать некоторые особенно отвратительные детали и анонсировать сюжет со стандартной припиской «не рекомендуется к просмотру детям и впечатлительным людям», но он остался непреклонным: ни в коем гребаном случае.

Вне себя от гнева Кейси отправилась к менеджеру станции и попробовала применить к нему свои женские чары – с тем же успехом. Он заявил, что WCBS не собираются давать сомнительные изображения в эфир. Окончательный отказ еще сильнее расстроил журналистку – она знала, что рейтинги канала подскочили бы до небес, если бы они продемонстрировали публике чертовы снимки; люди бы стали активно их обсуждать, перезаписывая и прокручивая снова и снова. Они бы превратились в объект совместного просмотра и жарких дискуссий – этакий культурный пробный камень правоохранительных органов конца двадцатого века. Нездоровая увлеченность публики маньяками и патологической психологией, побуждающей их к убийствам, была почти ненасытной. И неважно насколько ужасающими и извращенными они оказывались, зрители всегда жаждали большего.

Это было невероятно расстраивающе.

Маленькая бумажка розового цвета привлекла внимание Кейси и направила ее мысли в иное русло. На ней содержалась принятая по телефону одним из помощников журналистки информация, согласно которой независимый журнал телевизионных новостей «Внутренний репортаж» в очередной раз предлагал Кейси работу.

Она повертела клочок бумажки в руке, задумчиво прикусив нижнюю губу. Надо признать, предложение было весьма заманчивым, да и обещанная шестизначная сумма впечатляла - миллион в год за то, что она делала лучше всего: влезала в чужие жизни с камерой за спиной и микрофоном в руках, задавая своим жертвам провокационные и двусмысленные вопросы.

Телевизионному репортеру не составляло труда перейти из CBS во «Внутренний репортаж» - гораздо сложнее было бы вернуться назад, потому что стоит ей только польститься на деньги и независимость, она никогда не сможет перебраться в Вашингтон, в отделение CBS News в бюро национальных новостей.

Только эта мечта и удерживала Кейси на месте. Ее рвение, амбициозность и стремление подняться на самую верхушку бизнеса, провозглашающего честность и этические нормы высшими ценностями (а на самом деле умудряющегося одновременно делать деньги и производить шум, сметая все на своем пути подобно стаду озабоченных слонов, всякий раз, когда кто-нибудь, кроме одного из них, допускал ошибку) и при этом втихомолку поощряющий своих работников копаться в грязи в поисках наиболее шокирующих фактов, которые можно будет преподнести зрителям, утверждая при этом, что это делается в их же интересах.

«Одно сплошное лицемерие», - презрительно думала Кейси.

Ей ли не знать. Всякий раз, когда она слышала, как кто-нибудь называет ее членом «либеральной прессы», ей хотелось рассмеяться этому человеку в лицо. При всем желании вряд ли удастся отыскать более консервативный бизнес, чем медийный. Все, что они делали, было ради денег – денег, получаемых от размещения рекламы, расценки на которую, в свою очередь зависели от рейтингов. Именно рейтинги решали все.

Рейтинги правили миром.

Президенты и топ-менеждеры новостных каналов все, без исключения, были богатыми людьми – белыми мужчинами, которые хотели приумножить свои богатства и по возможности пробиться в высшее общество. Так что давление, поначалу слабое, с годами только усиливалось. Делай все, что угодно, ради увеличения рейтингов, но не замарай свое доброе имя. Сообщение было более чем ясным: копайся в грязи и выдавай в эфир раскопанную там историю, но если тебя поймают, считай, что ты сам по себе.

По крайней мере «Внутренний репортаж» не скрывал своих мотивов. Они нанимали только самых скользких и беспринципных репортеров города – тех, кому нравилось рыться в личной жизни других людей, тыкая в них камерами и задавая самые отвратительные и смущающие вопросы.

Кейси взглянула в лицо фактам: ей хотелось как можно скорее дать ход истории с MrKnife’ом, но если она твердо намерена перебраться в Вашингтон и национальную сеть, то на этот раз придется играть по правилам. Это дело было слишком важным, чтобы применять ее обычные приемы.

Смирившись с неизбежным, Кейси вздохнула и, обратившись к своему личному списку номеров, начала обзванивать информаторов, делая то, что у нее получалось лучше всего: добыть нужные ей сведения.

***************
Скалли вела машину на максимально дозволенной скорости, изо всех сил стараясь не думать о том, почему она, собственно, так торопится. Звонок Малдера вызвал у нее трепет предвкушения, от которого ее лицо вспыхнуло румянцем, а внизу живота возникло приятное покалывание.

Так часто представавший перед ней в эротических фантазиях образ совершенно голого напарника, ожидавшего ее в постели с недвусмысленно плотскими намерениями, ошеломил ее своим неожиданным, стремительным воплощением в реальность.

«Это правда, - напомнила она себе. – Мы наконец-то стали любовниками».

«Забавно, что применительно ко мне это слово приобретает совершенно новое значение», - продолжала размышлять Скалли. Остановившись на красный свет, она пару раз попробовала тихонько прошептать его и, как минимум дважды произнеся каждый слог, ощутила, как ее нижняя губа задевает передние зубы при произнесении звука «в».

Вскоре добравшись до отеля, Дана припарковала машину в подземном гараже и поспешила к лифту. Поездка наверх показалась ей просто бесконечной, и как только двери наконец распахнулись на нужном этаже, Скалли быстро повернула налево и практически побежала по коридору, сгорая от нетерпения и в то же самое время чувствуя себя пристыженной тем, что фактически превратилась в гоняющуюся за мужчиной женщину.

«Но это ведь Малдер», - пыталась убедить она себя.

«Малдер».

Когда она повернула ключ в замке, одновременно потянув за ручку другой рукой, дверь приоткрылась, и, закрывая ее за собой, Дана зашла в номер, на ходу скидывая обувь. Она избавлялась от одежды по пути к кровати, в конце концов набравшись смелости и честно признавшись самой себе, что хотела быть с напарником – хотела оказаться полностью обнаженной в его постели.

Однако ее спешка оказалась напрасной: видимо, не дождавшись ее, Малдер заснул.

Он лежал на боку, спустив одеяло до талии и подоткнув руку под щеку, так что его мягкие, почти женственные ресницы касались щек.

От этого зрелища ее пульс заметно ускорился.

Недолго думая, Скалли быстро забралась в постель, и Малдер пошевелился, что-то бормоча во сне. Сделав глубокий вдох (и спрашивая себя, а не совершает ли она ошибку?), она придвинулась к напарнику и, закинув ногу ему на бедро, прижалась лицом к его груди и обняла за талию.

В ответ он протянул руку и принялся поглаживать ее по спине.

Довольно вздохнув, Скалли ощутила, как постепенно расслабляется, хотя до этого момента и не подозревала, насколько была напряжена. Ненавидя саму себя за подобные мысли, Дана все же признала, что в этом и заключалась одна из причин, по которой она опасалась менять их с Малдером отношения, зная, что, доведись ей изведать этот запретный плод и заняться с напарником любовью, унять вызванную даже недолгим расставанием с ним боль станет практически невозможно.

- Я по тебе скучал, - пробормотал Малдер.

- Я тоже, - честно ответила она.

Он поцеловал ее в макушку, и, сильнее прижавшись к Фоксу, Дана спрятала улыбку у него на груди.

- Что удалось выяснить у свидетеля? – спросил напарник.

- Мы составили фоторобот на основании его описания – не слишком отчетливый, но это все равно лучше, чем ничего. Также мы обнаружили на месте пустой магазин из-под пуль 45-го калибра высокой пропускной мощности; Дэрил и Сэм пытаются его отследить - проверить, может, он какой-то особой марки или типа того. Отпечатков пальцев снять не удалось, и найденная в коридоре пуля не имеет никаких специфических характеристик. Примерно через семь часов у меня назначено вскрытие жертвы. По словам нашего свидетеля, Сиднея…

- Свидетеля? – сонно пробормотал Малдер.

- Да, того самого, которого я опрашивала, когда ты позвонил. Сидней, который живет в соседней со Стримновичем квартире, высунулся за дверь, когда услышал, что наш подозреваемый перестреливается со своей жертвой.

- Перестреливается? – переспросил Фокс. – Ты начинаешь говорить как Алекс.

- Тебе это нравится? – дразняще осведомилась Дана.

- Нет. Я предпочитаю, чтобы копы под моим началом были миниатюрными, вздорными рыжеволосыми, а не высокими и длинноногими блондинками.

- Длинноногими?

- Надо было ограничиться «высокими», да?

- У нее и вправду красивые ноги, - признала Скалли и почувствовала, как рука напарника опустилась ей на поясницу, а затем переместила чуть ниже, замерев на мягкой округлости ее ягодицы.

- Но она не может дотрагиваться до твоей задницы, - заявил Малдер.

- Нет, только ты можешь, - заверила напарника Дана и, чуть повернув голову, коснулась губами его груди.

- Я имею в виду, - терпеливо пояснил Фокс, постепенно сбрасывая с себя сонливость, - что с огромным удовольствием наблюдал вот за этим, - он выразительно похлопал ее по попке, - последние пять лет.

- Я рада, что это произошло именно сейчас, а не раньше, - тихо произнесла Скалли, даже не поднимая головы зная, что он нахмурился.

- Почему?

- Когда я болела… мое тело… я сильно похудела, так что местами началась атрофия. Я ненавидела подобное состояние – мне невыносимо было даже смотреть на себя в зеркало.

Малдер понятия не имел, что на это ответить, поэтому предпочел промолчать.

- На случай, если я никогда тебе этого не говорила… - продолжила напарница. - Спасибо.

- За то, что занимался с тобой любовью? Всегда пожалуйста!

- За то, что оставался со мной, несмотря ни на что, я полагаю.

- О, черт, Скалли. Ты поддерживала меня в ситуациях, что были почти так же плохи. – Он перекатился на бок и заглянул ей в глаза. – И я рад, что наконец могу сказать тебе, что нет такого места, где я хотел бы оказаться больше, чем рядом с тобой.

Они поцеловались, после чего Малдер вновь откинулся на спину.

- А ты чем сегодня занимался? – поинтересовалась Скалли.

- Вот как отныне все будет? – вопросом на вопрос ответил напарник. - Мы больше не срываемся с места, не предупредив друг друга, оба вносим свой вклад в расследование, а затем возвращаемся домой, где ложимся в постель и рассказываем о том, как прошел очередной день, наполненный сражениями с силами зла?

Она ткнула Малдера пальцами в бок, заставив его взвизгнуть от боли.

- Так, - смеясь, заявила Скалли, – должно было быть с самого начала.

- Правда? Ты уже тогда меня хотела?

Дана хихикнула.

- Ну ты и зараза. Я имела в виду ту часть, где мы обязуемся не бросать друг друга и делиться всей имеющейся информацией по делу, а не… эту, - пояснила она, выразительно указывая на их обнаженные тела.

- Ну, отвечая на твой первоначальный вопрос, могу сообщить, что у меня есть две новости: хорошая и плохая. Первая заключается в том, что мне удалось точно предсказать действия этого ублюдка – он действительно попытался взломать компьютерную систему больницы, чтобы прикончить нашего уже мертвого пациента, прописав ему двадцать миллиграммов пенициллина внутривенно. Этого бы наверняка убило мистера Сильвера, будь он еще жив.

- Я и не знала, что у Сильвера имелась аллергия, - вставила Скалли.

- Я тоже, как, вероятно, Алекс, Кросс, Хикс и доктор Боль-в-заднице [прим. пер. - игра слов: Payne – фамилия врача и pain – боль, произносятся одинаково].

- Так как он…

- А в этом заключается обещанная мною плохая новость: получается, что у нашего подозреваемого есть доступ, о котором нам остается только мечтать. Правда, теперь мы можем обратиться к маршалам с почти неопровержимым доказательством того, что этот парень взломал их базу.

- Неопровержимым?

- Он вошел в систему больницы святого Луки так, словно владеет ею, и когда мы расставили ловушку, отыскал заднюю дверь, о которой я не имел ни малейшего понятия. Давай я поясню иначе… Байерс был чрезвычайно впечатлен его технической компетентностью.

- Байерс?

- Да, он даже упоминал что-то насчет темной стороны Силы и явно чувствовал себя не в своей тарелке. А если этот парень сумел впечатлить Стрелков… - Малдер замолчал, не договорив, но это было и не нужно.

- Так что дальше? - спросила Скалли. – Что ты собираешься делать?

- После того, как мы поспим…

- О, так именно этим мы и собираемся заняться?

- В конечном итоге. В любом случае… после того, как мы поспим, я отправлюсь в полицейское управление. Мне нужно будет поговорить с Сиднеем, и я попрошу Кросса подвезти меня. Полагаю, ты отпустила бедолагу-свидетеля домой?

- Нет, Алекс поселила его в отель и приставила к нему десять охранников. Она убеждена, что подозреваемый предпримет еще одну попытку убить его.

- Сомневаюсь, - немного поразмыслив, ответил Малдер. – Во-первых, эго нашего убийцы настолько велико, что он не станет рассматривать Сиднея в качестве угрозы. А во-вторых, если мы сможем сохранить в тайне то, что у нас вообще имеется свидетель, то вряд ли подозреваемый станет даже рассматривать такую возможность.

Скалли задумчиво пожевала губу, пальцем выводя узоры на груди у напарника.

-Что? – спросил он, догадавшись, что она что-то скрывает.

- Что «что»?

- Ты проделываешь то же самое на коврике для мыши на своем столе, когда собираешься сообщить мне что-то, по твоему мнению, малоприятное.

Она подняла голову и вновь поцеловала его.

- Ты так хорошо меня знаешь?

- Настолько, что могу написать книгу, так что рассказывай.

Скалли покорно вздохнула.

- Нам позвонила журналистка, которая села на хвост Байерсу, а возможно, и всем Стрелкам. Когда ты попросил привезти Байерса в больницу, капитан специального подразделения по имени Штольц подобрал его у конспиративной квартиры и, задав несколько вопросов, получил на них неправильные ответы. Алекс полагает, что он сливает информацию этой Кейси Тэн, которая проводит свое собственное расследование. Завтра в десять у нас с ней назначена встреча.

Дана чуть помедлила и затем добавила:

- Алекс хочет знать, готов ли ты применить к ней… свой обычный набор приемов.

- Она хочет, чтобы я промыл репортерше мозги.

- Что-то вроде того, - согласилась Скалли.

Малдер пожал плечами.

- Разумеется. Мне не составит труда пустить ей пыль в глаза. Чего мы добьемся этим интервью?

- Она попридержит историю, пока мы не поймаем убийцу.

- Хорошо, что здесь не Сиэтл. Сколько лет они ловили того урода с Грин Ривер [http://ru.wikipedia.org/wiki/Риджуэй,_Гэри]?

Дана пожала плечами – она уже потеряла счет.

- Так, значит, она попридержит историю… Каковы соображения Алекс по этому поводу? И твои собственные?

Скалли вновь пожала плечами.

- Алекс лучше знать – это ведь ее город. Она хорошо знакома с этой журналисткой и не испытывает к ней никаких теплых чувств, будучи уверенной в том, что Тэн попробует пронести записывающее устройство на встречу и затем огласить ее результаты.

- Ты можешь об этом позаботиться, - заметил Малдер. – Уcтроишь ей полный досмотр с комнате для допросов.

Дана улыбнулась, подумав о том, что это наверняка охладит пыл Кейси Тэн. Она сомневалась, что женщина на это согласится, но мыcль все равно была приятной.

- Так что ты думаешь?

- Что у нас нет выбора – нам нужны Стрелки, а потому мы не можем позволить себе рисковать их прикрытием.

- У меня есть идея, - произнес Малдер и снова перекатился на бок, при этом задев грудь напарницы. Скалли застонала от вызванного этим прикосновением ощущения и, воспользовавшись представившимся поводом, обняла его.

- Как мило, - довольно протянула она.

- Остынь, женщина! – с шутливой строгостью попытался осадить ее напарник. – Я вообще-то работаю!

- Работай, сколько хочешь, а я играю, - поддразнила Дана и, приподняв голову, поцеловала его сосок.

- Держи себя в руках, я звоню Скиннеру, - предупредил он, набирая номер помощника директора.

Подчинившись, Скалли вновь опустила голову на подушку и закрыла глаза, растворяясь в ощущении вжимавшего ее в матрас мягкого, теплого тела напарника.

- Сэр, это Малдер, - представился он. – Мне нужна услуга: можете позвонить одному из ваших друзей из отдела секретной информации и попросить его к восьми утра прислать по почте федеральное соглашение о неразглашении и присягу, предусмотренную законом о национальной безопасности? У меня тут ситуация, которая требует принятия срочных мер. – Чуть подождав, видимо, выслушивая ответ бывшего начальника, Малдер добавил: - Да, журналистка, которая сует нос не в свое дело. Да, да. Спасибо, сэр, она в порядке.

С этими словами Фокс повесил трубку и крепче прижался к напарнице.

- Скиннер согласился помочь, - прошептал он, целуя ее в кончик носа.

- Ты только о работе и думаешь, - пожаловалась Дана.

- Разве похоже, что я сейчас думаю о работе? – спросил он, подвигав бедрами.

- Об очень… напряженной работе, - прошептала в ответ Скалли, касаясь его губ своими.

***************
Когда Марк Дюпри проснулся, ему показалось, что его онемевшее тело как будто погружено в плотный, непроницаемый туман боли: нога была словно в огне, потому что последний раз он принимал перкодан несколько часов назад, а вдобавок к этому, пролежав всю ночь на здоровом боку, он теперь сполна ощутил последствия подобной неподвижности, будучи не в состоянии пошевелить затекшими конечностями.

Медленно перекатившись на спину, он нащупал пульт от телевизора и нажал на кнопку питания как раз в тот момент, когда раздавались завершающие аккорды музыкальной заставки полуденных новостей канала CBS.

- WCBS стало известно, что последняя жертва серийного убийцы, называющего себя MrKnife, успела дать полиции показания незадолго до своей смерти в отделении скорой помощи. Полицейское управление не подтвердило, но и не опровергло эту информацию, однако наши источники внутри департамента сообщают, что художнику удалось составить фоторобот преступника, основываясь на предоставленном жертвой описании подозреваемого.

От этих известий Дюпри чуть было не лишился сознания.

Совладав с внезапным приступом слабости, он закрыл глаза и принялся активно размышлять. Если это правда, и Стримнович действительно сумел предоставить описание его внешности, достаточное для того, чтобы составить фоторобот, НЙПД сделают его достоянием общественности. Впрочем, Марк решил, что не стоит паниковать раньше времени, для начала надо увидеть пресловутое изображение.

Гораздо важнее сейчас было выявить очередного Избранного.

Дюпри нажал кнопку включения внешнего устройства, и стоявшая на видеомагнитофоне маленькая коробка, представлявшая собой интерфейс, связывающий его локальную сеть с телевизором, «ожила». С ее помощью Марк мог просматривать файлы на своих серверах, в том числе звуковые и графические, не вставая с постели.

Он открыл личные дела возможных Избранных и начал выискивать очередного кандидата на убийство.

На поиски у него ушел почти час, и к тому же имя требовало последующего подтверждения – оно должно было оказаться в матрице, но Дюпри не сомневался, что отыщет нужное совпадение.

На этот раз его выбор пал на женщину. «Отлично, - подумал Марк. – Это выбьет из колеи фэбээровского профайлера». Охота за жертвами разного пола, как показывает практика, всегда оказывается продуктивной для серийного убийцы, а эта конкретная жертва оказалась не только женщиной, но еще и азиаткой.

Юки Танака, как было написано в ее личном деле. Жена Акиры Танаки, ныне покойного. При жизни Акира являлся членом знаменитой японкой якудзы –организованной преступной группировки. Он приехал в Штаты, чтобы попробовать расширить влияние якудзы на эту страну, развернув бурную деятельность в самом ее сердце. Устроившись на постоянное место жительства в Далласе, Акира, не теряя времени зря, быстро соорудил там свой мини-синдикат, контролирующий ростовщический бизнес, проституцию и уличную торговлю наркотиками.

Он совершил огромную ошибку, когда попытался заняться незаконным импортом и последующим распространением огнестрельного оружия, в особенности автоматических штурмовых винтовок. Когда его арестовывали, Акира терпеливо пояснил своему адвокату (написавшему книгу об этом деле вскоре после смерти мистера Танаки в тюрьме), что у него возникла блестящая идея продавать пресловутые винтовки членам банд, наводнившим Даллас, которые, оказавшись до зубов вооруженными этими дешевыми пушками, внезапно придут в ярость и, одержимые жаждой убийства, перестреляют друг друга (и заодно пару-тройку ни в чем не повинных мирных граждан). Продолжая, Акира заявил, что когда местные гангстеры будут валяться мертвыми в лужах собственной крови, он сможет без особого труда захватить их территорию.

Социальный дарвинизм в действии, как он сказал.

АТО [прим. пер. - Федеральное бюро по контролю оборота алкоголя, табачной продукции и оружия] и ФБР осуществили совместную облаву на склад Танаки, поймав его на месте преступления при продаже нескольких дипломатов с украденными М16А2S [прим. пер. - разновидность М16 – штурмовой автоматической винтовки, проще говоря, автомата], включая один с М203. Это открытие здорово напугало АТО, так как М203 оборудуется пусковой установкой с 40-миллиметровым подствольным гранатометом на месте того, что обычно имеется на М16. Только тот факт, что Акира Танака не сумел наложить руки на боеприпасы к этим самым установкам, спас директора АТО от сердечного приступа. То, что обдолбанные гангстеры могли бы обстрелять из армейского артиллерийского оружия какую-нибудь начальную школу, мягко говоря, не устраивало больших шишек в Вашингтоне.

Зато их вполне устраивало заключение сделки Акиры с федералами. В обмен на раскрытие источников поставки нелегального вооружения (ими оказались четверо армейских сержантов, служащих на военных базах на юго-востоке) гангстер настоял только на том, чтобы власти защитили его жену, причем любой ценой. Он знал, что сумеет постоять за себя в тюрьме, однако беспокоился за свою робкую, застенчивую супругу.

Согласно отчетам группы наблюдения, Юки неплохо перенесла разлуку, охотно вступив в программу защиты свидетелей, лишь бы быть подальше от мужа и его друзей-головорезов.

Никто из них не принял в расчет Пятую Руку – одну из буквально сотен банд, за последние двадцать лет заполонивших федеральные тюрьмы и тюрьмы строго режима штата, которая заключила перемирие с другой группировкой, Нефритовыми Кинжалами. Представители последней были выходцами из Китая, но имели семейные связи с якудзой.

Главе клана якудзы из японского города Нарита, к которому принадлежал Акира, донесли, что один из его людей нарушил священную клятву молчания, обязательную для всех японских гангстеров. «Крестный отец» принял решение и через определенные каналы отдал соответствующий приказ об устранении Акиры Танаки; друг сообщил другу, тот - своей подружке, которая, в свою очередь, сказала другому приятелю, передавшему наказ своему сокамернику и так далее по цепочке, пока информация не дошла до руководителя местной ячейки Пятой Руки в федеральной исправительной тюрьме Парчмонт, где мистер Акира Танака должен был провести следующие сорок лет своей жизни.

Акиру убили в душе. Основательно заточенный металлический напильник, украденный из мастерской, где заключенные делают мебель для госучреждений, был вонзен в горло мистера Танаки, в результате полученной травмы скончавшегося на месте.

Как душеприказчик по его завещанию, Юки Танака к своей огромной радости узнала, что он к тому же втайне застраховал свою жизнь на шесть миллионов иен, а после конвертации этой валюты в доллары еще больше обрадовалась сложностям международной финансовой системы: своевременная смерть мужа сделала ее очень богатой женщиной.

Но опасность для нее по-прежнему не миновала: прошел слух, что она якобы сотрудничала со следователями так же, как и Акира, выдав многих его подельников. К женам гангстеров применялись те же самые стандарты, а потому вскоре за ее голову была объявлена награда в один миллион иен.
Так что Юки Танака, получившая новое имя Мелисса Ширро, (для друзей просто Мел) осталась в программе защиты свидетелей и ныне проживала на Стейтен Айленде в доме, что обошелся ей почти в полмиллиона долларов. Несмотря на покупку шикарного особняка, Мел предпочла вести довольно спартанский образ жизни, обходясь без прислуги и вообще без обслуживающего персонала. Она занималась тем, что большую часть своего времени читала, писала хокку, занималась садом и выписывала чеки различным благотворительным обществам.

Она была просто идеальным Избранным, потому что продала своего мужа и свою страну, живя на присвоенные после смерти Акиры деньги.

Самая настоящая шлюха.

Довольно напевая себе под нос, Дюпри приступил к планированию ее убийства.
 
MrsSpookyДата: Среда, 2013-02-27, 1:43 PM | Сообщение # 399
Охотник
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 876
Репутация: 20
Статус: Offline
***************
ОФИС ГЛАВНОГО ПАТОЛОГОАНАТОМА
НЬЮ-ЙОРК
ШТАТ НЬЮ-ЙОРК

Проведя рукой по волосам, Скалли сняла хирургическую шапочку, а затем, распустив стянутый резинкой хвост, покрутила шеей в попытке уменьшить напряжение в мышцах.

- Что у нас? – с места в карьер спросил Малдер.

- Все так, как я и думала: пуля вошла в грудь под идеальным углом. Неважно, каким высококвалифицированным специалистом считает себя Пэйн, последствия подобного ранения в любом случае оказались бы фатальными для мистера Стримновича.

Напарник кивнул, потому что с самого начала подозревал, что вскрытие не снабдит их практически никакой новой информацией об убийце.

- Но он использовал 45 калибр?

- Да. Полиция обнаружила множество пуль в квартире покойного. Они не сильно деформированы, так что если мы сумеем отыскать оружие, из которого стреляли, то сможем протестировать его и установить совпадение.

- Уже кое-что. Однако сначала нам все же нужно найти подозреваемого.

- Само собой.

- Давай поужинаем, вернемся в отель и… обсудим дело.

Усмехнувшись в ответ, Скалли направилась к раковине, чтобы смыть запах латекса с рук.

- А я думала, что ты устанешь от… обсуждений дела.

- Разговоры с тобой никогда не смогут меня утомить, Скалли, - заверил он напарницу.

- Да, но, возможно… мой голос устал.

- В самом деле? – обеспокоенно переспросил Малдер, которому и в голову не пришло рассмотреть подобный вариант.

- Нет, но ты бы видел выражение своего лица, когда я это сказала.

**************
ПОЛИЦЕЙСКОЕ УПРАВЛЕНИЕ
НА СЛЕДУЮЩЕЕ УТРО

Курьер, а, вернее, курьерша из «Федерал Экспресс» только что покинула здание, заставив какого-то бедолагу расписаться за доставку. Посылка волшебным образом оказалась на временно арендуемом Скалли столе, но как бы она ни старалась, разобрать корявый почерк и выяснить личность подписавшегося не представлялось возможным.

Дана оторвала маленькую картонную полоску по краю конверта и вынула из него четыре копии соглашения о неразглашении и присяги агентства национальной безопасности. У Скалли не было никаких идей по поводу того, как Малдер собирается заставить репортершу подписать хотя бы один из этих документов, не говоря уже об обоих, однако она решила довериться ему, справедливо рассудив, что у него наверняка есть план.

Дана набрала номер телефона, находящегося в комнате для допросов.

- Малдер, - ответил напарник.

- Посылка прибыла.

- Сделай мне одолжение, заполни формы, указав в них ее и наши с тобой имена.

- Они прислали по четыре экземпляра и того, и другого. Что мне сделать с остальными?

Малдер рассмеялся в ответ.

- Должно быть, Скиннеру известен этот трюк. Заполни по одной для Алекс, Кросса и Хикса и дай им расписаться. В графу «дата» поставь день нашего прибытия в город и затем постарайся сделать так, чтобы бумаги выглядели старше, чем они есть на самом деле, словно они уже не раз переходили из рук в руки. Если понадобится, можешь пролить кофе на копию Алекс.

Скалли усмехнулась. Напарник при желании мог быть весьма хитрым и изворотливым сукиным сыном. Она по-прежнему не представляла, как он намеревался убедить журналистку, что дело имело отношение к национальной безопасности.

- Ладно, я, пожалуй, приступлю к работе – она приедет уже через полчаса.

Не добавив больше ни слова, Малдер отбил звонок, а Дана повернулась к пишущей машинке, примостившейся рядом с рабочим столом и, вставив в нее первый лист, принялась печатать.

***************
Кейси Тэн появилась точно по расписанию – когда она шла мимо многочисленных столов в офисе детективов, Скалли посмотрела на часы и убедилась, что минутная стрелка только-только миновала двенадцать.

Впечатляюще.

- Мисс Тэн? – спросила Дана, поднимаясь со своего места, чтобы встретить журналистку. – Я специальный агент…

- Дана Скалли, доктор медицины, - перебила ее Кейси. – Вы с отличием окончили институт в Мэриленде по специальности «физика» и медицинскую школу Джона Хопкинса и ныне состоите в команде программы профилирования особо опасных преступников, ловя маньяков в свободное от охоты на маленьких зелененьких человечков время. – Закончив эту явно заученную речь, она самодовольно улыбнулась.

Скалли пожала ее руку.

- Кейси Тэн, - в свою очередь принялась делиться своими знаниями о собеседнице агентша. – Вы закончили нью-йоркский сити-колледж… не с красным дипломом, но все же с весьма неплохими результатами. Два года проработали моделью для маленького магазина нижнего белья в Швейном квартале [прим. пер. - название района г. Нью-Йорка в центре Манхэттена [Midtown Manhattan ], между 26-й и 42-й улицами вдоль Седьмой авеню [Seventh Avenue], известный как центр пошива модной женской одежды. Участок Седьмой авеню известен как "Авеню моды" [Fashion Avenue]], после чего поступили в Школу журналистики в Колумбийском университете. Поработав в качестве начинающего репортера в «Пост», вы воспользовались предложением 9-го канала и перешли на телевидение. В течение двух лет вы занимались съемками детских дней рождений, а затем обнародовали историю о связанном с наркотиками скандале в полицейском департаменте Трентона. WCBS наняли вас на должность репортера раздела общих новостей, и с того момента вы медленно, но верно пробивали себе дорогу в отдел журналистских расследований. Вы выиграли шесть местных новостных «Эмми» - последнюю за репортаж о тенденции дорожного департамента буксировать машины, которые не паркуют в зонах принудительной эвакуации.

Продемонстрировав Тэн, что она также произвела тщательную проверку ее личного дела, Скалли одарила журналистку не менее самоуверенной улыбкой.

- Где агент Малдер? – спросила Кейси. – И, если уж на то пошло, инспектор Кэйхилл?

Алекс отдыхала у себя в кабинете, насколько Скалли было известно, а Малдер до сих пор… устанавливал декорации, как он это назвал.

Он начал с рассветом: проснувшись, сразу же сделал несколько кратких телефонных звонков, после чего отправился в полевой офис ФБР в «Федерал Плаза» за необходимыми «ресурсами».

И вот, наконец, время для шоу настало.

Скалли вызвала Алекс по устройству громкой связи.

- Инспектор, мисс Тэн прибыла.

- Я присоединюсь к вам в комнате для допросов «С», - ответила Кэйхилл.

Дана открыла ящик стола и достала оттуда первый предмет, полученный Малдером в местном полевом офисе: бейдж, выдаваемый посетителям фэбээровских зданий, который, однако, заметно отличался от ему подобных. Он предназначался для отдела защиты информации нью-йоркского офиса, в который имели доступ только шифровальщики, ответственные спецагенты и их помощники (по уголовным, гражданским и административным делам), а также работники компаний-производителей шифровального оборудования. С учетом высокой концентрации в Нью-Йорке дипломатов, работавших в ООН, агенты ФБР из отделов разведки и контрразведки переправляли множество закодированных рапортов в Вашингтон. Идентификационная карточка выглядела впечатляюще: она была огромных размеров с яркой, вызывающей голубой буквой «V» спереди, шестицветным гербом департамента юстиции под ней и четырехцветным фэбээровским снизу. Надпись, нанесенная настолько крупными буквами, что их можно было разглядеть с расстояния в несколько футов, гласила: ДОПУСК – СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО.

- Что это такое? – спросила Тэн.

- Там, куда мы направляемся, вам это понадобится, - заверила ее Скалли.

Журналистка послушно прикрепила бейдж к лацкану своего модного пиджака, который, как Дане было отлично известно, стоил больше ее месячной зарплаты.

Нацепив свое собственное удостоверение, она повела Кейси в комнату для допросов. Двое солидно выглядящих офицеров из команды быстрого реагирования – один с ружьем, другой с демонстративно выпяченным Heckler & Koch MP-5[прим. пер. - семейство пистолетов-пулемётов, разработанных немецким производителем стрелкового оружия, фирмой Heckler & Koch] - охраняли проход, водрузив туда маленький столик с крохотным красным телефоном на нем и поставив его в том месте, где коридор расширялся перед выходом в общий офис.

- Мисс Скалли, – вежливо поприветствовал ее один из копов.

- Это мисс Тэн, - сообщила Дана. – ОСА [прим. пер. - ответственный спецагент] Малдер разрешил ей доступ в комнату.

- Разумеется, - произнес мужчина, поднимая трубку, - я только проверю.

Скалли улыбнулась – ее изрядно позабавило то, как серьезно этот коп отнесся к своей роли. Не знай она, то ни за что бы не догадалась, что подсоединенный к телефону провод не включался в сеть.

- Агент Малдер, это Стивенс. У нас тут мисс Скалли и мисс…

Он накрыл трубку рукой и переспросил:

- Простите, как вы сказали, вас зовут?

- Тэн, - медленно повторила журналистка. – Кейси Тэн.

- … мисс Кейси Тэн. – Коп помедлил, делая вид, что слушает ответ невидимого собеседника, и затем добавил: - Разумеется.

Вытащив из верхнего ящика зажим для бумаг, он протянул его Скалли, которая подписала прикрепленную к нему форму, поставив дату и время, и передала его обратно Стивенсу. Затем, достав из-за пояса свой пистолет и развернув его рукояткой вперед, Дана вручила его второму офицеру.

- Мисс Тэн, будьте любезны, - произнес коп, протягивая ей бланк.

Кейси взяла его и прочитала содержимое документа, подготовленного Малдером всего за пару минут до начала этого спектакля – в нем фигурировал список людей, якобы ставивших свою подпись при входе и выходе из комнаты для допросов «С». В колонке под названием «агентство» он поставил ФБР, АТО, департамент юстиции, НЙПД и разбросанную то тут, то там загадочную аббревиатуру «С12».

- Что такое С12? – полюбопытствовала Тэн.

Улыбнувшись, Скалли покачала головой.

- Позже узнаете – это засекреченная информация.

Кейси нахмурилась. Ей никогда прежде не доводилось слышать о «С12», а ведь у нее имелись контакты во всех правоохранительных структурах.

Подписав бумагу и добавив WCBS-TV в качестве своего агентства, она вернула зажим «охраннику» и блестяще ему улыбнулась.

- Мы закончили?

- Не совсем, - ответил Стивенс. Он извлек из стола черный пластиковый сканер и быстро провел им вдоль тела Скалли, не сумевшей сдержать невольную дрожь, когда устройство оказалось в непосредственной близости от основания ее шеи.

Тэн попыталась скрыть свое неудовольствие от необходимости проходить подобную процедуру – дело в том, что у нее в кармане лежало маленькое записывающее устройство, вмонтированное в ручку, и она отнюдь не стремилась с ним расстаться. Для металлодетектора оно вряд ли останется незамеченным, а Кейси отчаянно хотелось пронести его внутрь.

- Разве это так уж необходимо? – попробовала прощупать почву она.

- Да, - усмехнувшись, заявил Стивенс. – Или вы не сможете войти в эту комнату. Простите, мэм, но не я устанавливаю здесь правила.

- Даже мне приходится проделывать это всякий раз перед тем, как зайти внутрь, - заметила Скалли. – Таковы правила.

- Что там такое?

Рассмеявшись в ответ, Дана покачала головой.

- Мисс Тэн, эти два приятных джентльмена не имеют права знать, что находится в этой комнате, так что я не могу ответить на ваш вопрос в их присутствии.

В этот момент к ним присоединилась Алекс Кэйхилл. Она прямо на ходу вытащила свой угрожающе выглядевший девятимиллиметровый «Глок», молча передала его Стивенсу и, подписав бланк, развела руки в стороны, чтобы офицер смог проверить ее детектором.

- Готовы? – спросила она.

- Почти, - ответила Скалли, еле сдерживаясь, чтобы не подмигнуть подруге.

Поняв, что досмотра не избежать, Кейси последовала примеру Алекс и послушно развела руки.

Сканер сработал у нее над карманом.

- Пожалуйста, выньте из карманов все металлические предметы и положите их на стол, - скучающим тоном, словно бы ему приходилось произносить эту фразу уже миллион раз, попросил Стивенс.

Сделав, как ей было сказано, Кейси достала ключи, мелкие монеты, ручку и бросила все это на стол, надеясь, что никто не догадается, чем на самом деле является последний предмет. Ее ожидания не оправдались.

- Что тут у нас, - протянул Стивенс, поднимая ручку. - RamDyne 1200. – Он помахал ею перед носом у журналистки. – Советую обзавестись более поздней моделью – объем записываемого материала в десять раз больше.

- Что это такое? – спросила Кэйхилл.

- Записывающее устройство, сохраняющее на цифровой носитель примерно две минуты речевого потока. – Стивенс шутливо погрозил Тэн пальцем. – Плохая девочка! – поддразнил он.

- Вы же не станете винить девушку за попытку, - наградив его самой очаровательной улыбкой, кокетливо проворковала она, думая про себя: - «Придурок».

Стивенс вновь проверил Кейси металлоискателем и затем кивнул Скалли.

Получив, таким образом, разрешение двигаться дальше, женщины дошли до конца короткого коридора и ступили в комнату для допросов.

***************
Малдер проделал поистине выдающуюся работу.

Внутри все выглядело так, как, по мнению какого-нибудь голливудского художника-постановщика, может выглядеть оперативный штаб в Белом Доме: по бокам стояли два стенда, каждый из которых был покрыт матовой пластиковой пленкой с гербами ФБР и фразой СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО, написанной шестидюймовыми красными буквами сверху и снизу. На маленьком столике у дальней стены располагался компьютер и несколько других электронных приспособлений, которые непонятно для чего предназначались, однако выглядели весьма солидно и официально.

Малдер использовал много различных предметов, чтобы создать нужную обстановку: на стене висела большая карта города с воткнутыми в нее красными кнопками, отмечающими места пяти убийств, а также множеством голубых, зеленых и желтых, разбросанных по поверхности в, как было известно Скалли и Алекс, совершенно случайном порядке.

В противоположном от входа углу находился еще один монитор, на одной половине которого демонстрировались снимки из полицейских досье, а на другой – фоторобот подозреваемого. Каждые несколько секунд фотография менялась на следующую - красная черта сканировала ее сверху вниз, после чего на экране возникала серия чисел и букв, на месте которых затем вновь появлялось очередное лицо.

Фрохики позаимствовал это программное обеспечение у приятеля, работавшего в голливудской лавке, торгующей кинореквизитом – оно было не более чем эффектной фикцией.

Малдер и сам выглядел весьма впечатляюще – помимо прикрепленного к нагрудному карману пиджака удостоверения агента ФБР, он также повесил на шею еще три ламинированных идентификационных карточки, на каждой из которых имелась его фотография. Их по диагонали пересекали бессмысленные наборы цифр, букв и различных надписей, одна из которых гласила: БЕЛЫЙ ДОМ – ПОЛНЫЙ ДОСТУП.

Все эти усилия и продуманные до мелочей детали были призваны внушить Кейси Тэн благоговейный страх, и, как оказалось, подобная тактика сработала, как часы – журналистка украдкой оглядывалась вокруг, при этом старательно делая вид, что ей совсем не любопытно.

Малдер позволил Кейси как следует оглядеться и проникнуться атмосферой помещения, прежде чем заговорил.

Ступив навстречу вновь прибывшим, он протянул руку и сказал:

- Мисс Тэн, я ОСА Малдер из команды программы профилирования особо опасных преступников САО ФБР в Квантико.

- Весьма трудно для произношения, - сухо заметила Кейси.

- Ну, вы же понимаете, государственное агентство, - включив свой шарм на полную катушку, ответил Малдер, очаровательно улыбаясь ей. – Мы любим пользоваться аббревиатурами.

- Верно.

- Как бы там ни было, нам надо покончить с кое-какой бумажной работой, а затем мы сможем перейти прямо к сути вопроса.

- Я уже расписалась в бланке на входе, - заметила Кейси. – «Какого черта здесь происходит?» - недоумевала она про себя.

- Мне об этом известно, мисс Тэн. Вам нужно будет заполнить еще несколько совершенно стандартных форм.

С этими словами Малдер передал ей очередной зажим с прикрепленным к нему документом.

- Пожалуйста, прочитайте и поставьте свое имя и дату внизу. Агент Скалли засвидетельствует вашу подпись.

Кейси бегло пробежалась глазами по тексту, убедившись, что он представляет собой обычное соглашение о неразглашении. Подставив внизу свое имя, она соглашалась не обнародовать ничего из обсуждаемого между ней, агентами Малдером и Скалли и инспектором Кэйхилл до тех пор, пока не произойдет следующее: один из них не даст ей на то свое ясное и однозначное разрешение, зафиксированное в письменной форме; действие документа будет отменено решением суда; строго определенный временной промежуток истечет. В графе, содержащей пресловутый период, Малдер указал 30 дней.

- То есть я не могу выйти с этой новостью в эфир в течение месяца?

Фокс пожал плечами.

- Это необходимый минимум, на котором я вынужден настаивать. Если мы поймаем подозреваемого раньше, я дам вам вот это. – Он протянул ей очередной лист бумаги, оказавшийся недатированным и неподписанным письмом на фэбээровском бланке, в котором говорилось, что он, Фокс Малдер, ОСА основной команды по профилированию особо опасных преступников, сим дарует Кейси Тэн разрешение на раскрытие информации, сообщенной ей сотрудниками ФБР, которые занимались расследованием конкретного дела.

- Вы можете оставить это соглашение себе, - сообщил Малдер. – Когда в деле наметится сдвиг, принесете его сюда, и я его подпишу.

Ее настроение значительно улучшилось, стоило Кейси осознать, что ей позволят забрать документ с собой. Позже, если этот Малдер изменит своему слову и откажется от сделанного предложения, она выдаст в эфир крупный план письма, заявив о предварительном запрете [прим. пер. - постановление о запрещении публикации какого-либо материала на время ведения разбирательства в суде] и попытке установления государственной цензуры по отношению к свободной прессе.

Подбадривая себя этими соображениями, Кейси подписала и эту бумагу.

Малдер забрал у нее бланк и продолжил:

- И еще, мисс Тэн. Темы, которые мы намерены здесь затронуть, создают определенные… трудности. Представленные мною улики, как вы вскоре убедитесь, указывают на то, что это дело имеет отношение к политике национальной безопасности.

- Например?

Малдер пожал плечами, словно бы извиняясь за свои следующие слова.

- Простите, но я не могу это обсуждать, пока вы не заполните еще несколько форм.

Кейси раздраженно стиснула зубы.

- Еще больше?

- Вообще-то только одну, - заверил ее Малдер, протягивая журналистке то, что он все утро упорно называл «торпедой» (тем самым немало раздосадовав и одновременно повеселив Скалли и Алекс).

Кейси увидела печать АНБ вверху страницы и не смогла скрыть удивления, а, прочитав введение, почувствовала себя так, словно вот-вот потеряет сознание.

«Эти люди не шутят», - решила она. В документе особо подчеркивалось, что информация, которая будет ей предоставлена, рассматривается правительством Соединенных Штатов как совершенно секретная, и что она, Кейси Тэн, обязуется не разглашать эти конфиденциальные сведения до конца своих дней. Ей ничего и никому нельзя рассказать. Больше того, если ей понадобится покинуть страну в следующие двенадцать месяцев, она должна будет уведомить госструктуры в письменном виде за 30 дней до отбытия. В экстренных случаях, когда ей не удастся составить подобное обращение в указанный срок, она должна будет предупредить правительство в течение 18 часов по возвращению на американскую землю. Несоблюдение этих условий будет расцениваться как «преступление, рассматриваемое военно-полевым или гражданским уголовным судом включительно».

Далее, прочитала Кейси, если она все-таки обнародует сообщенную ей информацию, то, поставив свою подпись на документе, тем самым признает свое понимание того, что эти сведения столь деликатного свойства, что федеральное законодательство не только предусматривает суровое наказание («как в военное время, вплоть до смертной казни») за ее разглашение, но и дает право федеральному правительству на всестороннее расследование и арест виновного лица, то есть ее, вплоть до «отмены ваших личных свобод».

- Что это значит? – спросила журналистка, указывая на последний параграф.

Скалли перевела взгляд на бумагу.

- Это стандартная формулировка – на ее наличии настаивают юристы АНБ. В общем, она означает, что если вы откроете рот до того, как мы дадим вам на то разрешение, мы сможем арестовать и удерживать вас за решеткой неопределенный срок. Права Миранды здесь не применимы; мы не обязаны разрешать вам разговор с адвокатом или телефонный звонок.

- Закроете меня в камере и выбросите ключ?

- Что-то вроде этого, - признала Скалли.

- А это когда-нибудь… хм, уже случалось? – с опаской поинтересовалась журналистка.

- Информация засекречена, - в унисон заявили Малдер и Скалли.

- А если я подпишу, вы расскажете?

Агенты обменялись многозначительным взглядом, после чего Скалли пожала плечами.

- Конечно, - ответил Малдер.

Кейси покорно вздохнула, и напарники довольно осклабились.

«Так тебе и надо, стерва, - злорадно подумала Алекс. – Теперь ты у нас в руках».

***************
- Ну так что, - настаивала Тэн. – Вам когда-нибудь приходилось применять на практике этот конкретный пункт соглашения?

- Тридцать шесть раз с самого начала его существования, - взяв цифру с потолка, заявил Малдер.

- И что случилось с этими людьми?

- Они отбывают тюремный срок в специальном федеральном учреждении, находящемся в засекреченном месте.

«Вот это история! - подумала Кейси, но затем осознала, что попала в ловушку, согласившись не разглашать ее. Она не сможет выйти с этим в эфир. - Проклятье».

- Ну, теперь, когда вы столь эффективно заткнули мне рот, расскажите наконец, к чему такая таинственность?

- Конечно, - с готовностью согласился Малдер, подходя к компьютеру и внимательно вглядываясь в экран. – Наш убийца, вероятнее всего, бывший оперативник.

- Кто?

- Шпион, - пояснила Скалли. – Но мы их так не называем. Оперативник – это официально принятый термин для такого рода людей. На нашу страну работают оперативники, на врагов – шпионы.

- Но с чего вы это взяли? – спросила журналистка. – Я имею в виду, что убийца один из них?

- Из-за того, как он выбирает и убивает своих жертв. Используемого им оружия. Его способности избегать наших ловушек.

Кейси кивнула, обдумывая услышанное.

- Ясно. Вам известно его имя?

- Нет, - признал Малдер. – Но мы близки к тому, чтобы его выяснить.

- А зачем нужна эта сканирующая снимки программа? – спросила Тэн.

«А она отнюдь не глупа, - подумала Скалли. – С ней надо держать ухо востро»

- Потому что его могли арестовывать после того, как он вышел в отставку, - и глазом не моргнув, пояснил Малдер.

Журналистка снова кивнула.

- По какому признаку вы решили, что имеете дело со шпионом?

- Его первая жертва также была бывшим шпионом - как и третья. И пятая.

- А что насчет остальных двоих?

- Обычные преступники, - ответил агент. – Он импровизирует. Его следующая жертва, скорее всего, будет… женщиной, которая не совершала серьезного преступления, однако сделала что-то, привлекшее внимание федеральных властей.

Скалли тихо вздохнула. Малдер играл в очень опасную игру. Если преступник вновь нанесет удар, выбрав мужчину, им придется ДОЛГО объясняться.

- Разумеется, - словно уловив ее мысли, продолжил напарник, - может статься, что следующая жертва была рождена мужчиной, как, например, четвертая.

Дане с трудом удалось скрыть вызванное его словами удивление.

А Малдер тем временем принялся в общих чертах рассказывать Кейси о расследовании, давая ей некоторые детали, о которых она могла только догадываться. Он подтвердил, что все погибшие были федеральными охраняемыми свидетелями, и что убийца, очевидно, в какой-то момент имел доступ в систему, напоследок сообщив об имевшихся у них планах по его выслеживанию.

Он намеренно не упомянул имени Байерса и Стрелков, подготавливая ловушку, в которую Кейси и ступила.

- Так кто такой этот Байерс? – наконец спросила она.

Малдер притворился смущенным.

- Байерс… боюсь, информация о нем засекречена. Даже при вашем уровне доступа. – Он чуть помедлил для эффекта и добавил: - Я даже не уверен, что это его настоящее имя.

«Неплохой ход», - мысленно похвалила напарника Скалли.

- На кого он работает?

- Не знаю. Мне известно только то, что он помогает нам с определенными… аспектами нашего расследования.

- Например?

Малдер заколебался.

- Техническими. Можно сказать, что он механик.

Скалли фыркнула и прикрыла рот ладонью в попытке скрыть улыбку. Кейси Тэн, очевидно, считала себя многообещающим и отлично осведомленным представителем «Четвертого Сословия» с хорошими связями. Термином «механик» было принято называть наемных убийц.

- Ясно, - ответила Кейси.

«Брифинг» продолжался еще около получаса. В конце Малдер пообещал держать ее в курсе, если появится новая информация по делу, и напомнил о том, что правительство весьма серьезно относится к утечкам секретной информации.

Тэн, в свою очередь, согласилась хранить саму встречу и сообщенную ей информацию в тайне до тех пор, пока ФБР или НЙПД не разрешат ей выдать ее в эфир.

Алекс предложила проводить Кейси, оставляя Малдера и Скалли наедине.

Скалли подождала пятнадцать секунд, прежде чем дверь за ними закрылась, и трижды хлопнула в ладоши.

- Браво, - прошептала она, улыбаясь напарнику. – Ты заслуживаешь награды Гильдии киноактеров.

Малдер вспыхнул и пошаркал ногой по полу.

- О, не стоит благодарностей, мэм. Это сущие пустяки.

Вскоре Кэйхилл вновь присоединилась к напарникам.

- Думаете, она купилась? – с места в карьер спросила она.

- Надеюсь, - ответила Дана. – Очень надеюсь.

***************
Планирование почти закончилось.

Матрица была заполнена, и судьба Юки оказалась предрешенной. Теперь все, что ему осталось, это обдумать некоторые мелкие детали. После фиаско со Стримновичем Дюпри решил осуществить более тщательные изыскания, прежде чем предпринимать попытку убить очередного Избранного.

Завтра он установит за Юки Танака слежку, которая продлится три дня. Поначалу он хотел увеличить срок до недели, но затем заколебался и пересмотрел свое решение.

А потом его осенило.

Наблюдение, ожидание и мечты об этой Избранной придадут самому моменту нападения больше интенсивности, привнесут в него больше удовольствия. Он мог занимать выгодную позицию, сидя здесь (и оставаясь незамеченным), и думать о том, что собирается сделать с ней.

Дюпри провел полтора дня, леча рану на ноге. Она по-прежнему оставалась довольно чувствительной, но хорошо заживала, и Марк попробовал ходить без прихрамывания. На случай, если копы когда-нибудь заявятся с расспросами, он не хотел, чтобы кто-то из его соседей вспомнил, что рядом живущий приятный мужчина внезапно захромал.

Этим вечером Марк совершил небольшую вылазку из дому. Он проехал на метро до Мидтауна рядом с Таймс Сквер и, зайдя в один из расположенных там магазинов электротоваров, купил цифровую камеру. Он спросил о дополнительных устройствах к ней и также приобрел мощный ноутбук, на который можно было выводить сделанные камерой изображения и проводить над ними любые изменения. Кроме этого Дюпри обзавелся специальным кабелем, позволяющим подзаряжать компьютер от прикуривателя автомобиля, и двумя дополнительными батареями питания.

Вернувшись домой, он достал руководство по пользованию камерой и быстро его изучил. Она полностью соответствует его нуждам, с удовольствием решил Марк. И самое лучшее заключалось в том, что он мог переслать снимки в полицию и ФБР после того, как дело будет сделано. Они узнают, что он преследовал ее, наблюдая за ней прямо у них под носом.

Счастливо вздохнув, Дюпри лег и позволил себе погрузить в сон.

***************
Перекусив на скорую руку в ресторане отеля, напарники не спеша прогулялись до лифта, который отвез их до нужного этажа.

Внутри кабины Малдер развернулся к Скалли и, обняв ее, поцеловал в макушку.

- Не знаю, как тебе, - тихо сказал он, - но мне идея провести с тобой вечер кажется весьма соблазнительной.

Она рассмеялась в ответ, в очередной раз поразившись тому, как удобно и комфортно им было в этой вновь приобретенной близости.

- Что планируешь делать перед сном? – спросил напарник.

- Хочу почитать. Я взяла с собой книгу, до которой у меня уже почти месяц руки не доходят. А ты?

- Скорее всего, тем же самым. Мне тоже есть что почитать.

Этим они и занялись. В номере Малдера имелась маленькая кушетка с тремя подушками, и Фокс устроился с одной ее стороны, а Дана – с другой. В какой-то момент в течение вечера она, ни на миг не отрываясь от чтения, скинула обувь.

Малдер перевел взгляд на ее ноги, подумав, что им определенно не помешает массаж.

Он потянулся к напарнице и, приподняв ее ступни, переложил их к себе на колени. Отложив журнал на подлокотник дивана, Малдер принялся поглаживать и массировать ноги Даны обеими руками, уделяя внимание каждому квадратному дюйму и применяя оптимальное давление.

Закончив, он посмотрел на Скалли и улыбнулся - давно забросив книгу, она откинула голову на подлокотник и прикрыла глаза ладонью.

- О, Господи, - прошептала напарница, осознав, что Малдер не собирается продолжать. – Пожалуйста, не пойми меня превратно… но могу ли я и впредь рассчитывать на подобное теперь, когда мы с тобой… вместе?

- Конечно, - заверил он ее.

- Напомни еще раз, почему мы так долго ждали, - потребовала она.

- Давай посмотрим… пять лет прелюдии, мне место в психушке, ты не хотела превратиться в клише… я что-нибудь упустил?

- Нет, - сказала Скалли, подтягивая ноги и пересаживаясь напарнику на колени. – Ничего.

Они нежно поцеловались.

- У меня есть для тебя хорошая и очень хорошая новость.

- Слушаю.

- Первая заключается в том, что я делаю еще и массаж спины.

- А вторая?

Переместив руку ему на бедро, Скалли деликатно погладила его с внутренней стороны.

- В массаже груди я тоже большой специалист.
 
Black_BoxДата: Среда, 2013-02-27, 10:12 PM | Сообщение # 400
Стальной тигр
Группа: Суперсолдаты
Сообщений: 2724
Репутация: 33
Статус: Offline
Самая веселая глава среди такого мрачного контекста. Ай да Малдер ай да сукин сын. biggrin Так ловко навесил журналюге лапшу. biggrin

Ну и ложка дегтя достойная перлоффки имеется:
Цитата
Он лежал на боку, спустив одеяло до талии и подоткнув руку под щеку, так что его мягкие, почти женственные ресницы касались щек.

Кроссовер с Вием? "... поднимите мне вееекиии..." lol


Быть нейтральным - не значит быть равнодушным и бесчувственным. Не надо убивать в себе чувства. Достаточно убить в себе ненависть

Геральт из Ривии, ведьмак

 
MrsSpookyДата: Четверг, 2013-02-28, 7:55 AM | Сообщение # 401
Охотник
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 876
Репутация: 20
Статус: Offline
Цитата (Black_Box)
Кроссовер с Вием? "... поднимите мне вееекиии..."

Так было у автора, мамой клянусь biggrin
 
Black_BoxДата: Четверг, 2013-02-28, 4:37 PM | Сообщение # 402
Стальной тигр
Группа: Суперсолдаты
Сообщений: 2724
Репутация: 33
Статус: Offline
Цитата (MrsSpooky)
Так было у автора, мамой клянусь

Так от этого перл не перестает быть перлом. biggrin


Быть нейтральным - не значит быть равнодушным и бесчувственным. Не надо убивать в себе чувства. Достаточно убить в себе ненависть

Геральт из Ривии, ведьмак

 
MrsSpookyДата: Четверг, 2013-02-28, 9:25 PM | Сообщение # 403
Охотник
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 876
Репутация: 20
Статус: Offline
Цитата (Black_Box)
Так от этого перл не перестает быть перлом

Зато он перестает быть исключительно моим, а это немаловажно для самолюбия переводчика biggrin
 
MrsSpookyДата: Вторник, 2013-05-21, 10:19 PM | Сообщение # 404
Охотник
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 876
Репутация: 20
Статус: Offline
ГЛАВА 21
СПОЙЛЕРЫ: Detour
***************

Дюпри планировал установить наблюдение с утра. Раненая нога слегка онемела, и он понимал, что сидение в машине в течение нескольких часов кряду уж точно не будет способствовать ее заживлению, но факт оставался фактом: ему необходимо убить Юки.

В конце концов, она ведь была Избранной.

И, кроме того, голод вновь давал о себе знать. Убийство Стримновича не принесло желаемого результата: из-за того, что ублюдок попытался отстреливаться, Дюпри лишился изысканного, бодрящего удовольствия вскрыть его плоть лезвием и не смог насладиться прекрасным сладко-пряным металлическим запахом крови, что брызнула бы из открытых ран. Вместо этого все его труды и приготовления пошли насмарку, потому что он оказался подстреленным и вынужден был взломать компьютер больницы, чтобы прикончить Ивана совсем не так, как ему хотелось – на расстоянии.

«И не надо забывать, - напомнил себе Дюпри, - что я недооценил фэбээровцев - они куда умнее, чем я поначалу подумал».

Подонок фактически устроил ему ловушку и терпеливо поджидал, пока Марк в нее угодит.

Дюпри всерьез проанализировал свое фиаско с компьютерной системой больницы святого Луки и довольно скоро понял, что сам себя подставил, разместив фотографии с Центрального парка в интернете, причем тщательнейшим образом заметя следы. А если добавить к этому посылаемые им коды РБП вместе с весьма прозрачными намеками в виде личных номеров арестованных из баз данных НЙПД и номеров дел ФМС, то получается, что он чуть ли ни умолял их попытаться разгадать его секрет.

Так что следовало ожидать, что агент ФБР с интеллектом выше среднего – некто из команды по программе профилирования особо опасных преступников - быстро установит, что, не сумев убить Ивана в первый раз, он, Дюпри, не станет рисковать, ожидая, пока жертва предоставит описание нападавшего полиции. Ну а отсюда рукой подать до вывода о том, что надо устроить западню с помощью компьютерных систем.

В общем, Дюпри винил не столько того парня из ФБР, сколько самого себя.

И вот еще что: быстрый взлом компьютера ФБР показал, что полное имя Ф. Малдера, как назвала его та маленькая рыжая сучка, было Фокс Уильям Малдер. Дюпри прочитал ту немногую информацию, что на него имелась, и она произвела на него довольно сильное впечатление. Десять лет назад этот агент считался звездой поведенческого отдела, но затем, четыре года спустя, внезапно словно исчез с радаров: начиная с того времени все записи о его деятельности были засекречены, но Марку все же удалось кое-что почерпнуть из другого отчета.

С еле сдерживаемым злорадным удовольствием он прочитал подробности дела Роуча, придя к выводу, что Малдер, очевидно, представляет собой нечто вроде полубезумного гения-ищейки на службе у Бюро. Еще Дюпри изучил несколько рапортов по расследованиям, заполненных Даной Скалли, и она показалась ему весьма косной и узкомыслящей особой.

В целом, благодаря данным из фэбээровского компьютера, Марк знал, с кем имеет дело. Он также понял, что отныне ему надо быть поосторожнее с попытками привлечь как можно больше внимания к своим делам: Малдер тоже отнюдь не гнушался использовать СМИ в своих целях; из его оперативных отчетов следовало, что он был бунтарем, который совершенно не стремился к продвижению по службе, а потому не задумывался о том, на чьи мозоли наступит, если в результате ему удастся поймать преступника.

«Из Малдера вышел бы отличный следопыт, - подумал Дюпри. – Он не успокоится, пока не найдет того, кого ищет».

В очередной раз сверившись в уме со своим списком, он убедился, что запасся едой на целый день, термосом с крепким кофе, ноутбуком, цифровой камерой, развлекательным чтивом, записной книжкой, пистолетом «ParaOrdnance» с запасным магазином и опасным лезвием, которое ему не удалось опробовать на Стримновиче. Кроме того, Марк намеревался взять с собой водительские права, три кредитки, карточку социального страхования и удостоверение сотрудника газовой службы, на каждом из которых стояло, разумеется, фальшивое имя. Они были достаточно хорошо сделаны, чтобы пройти стандартную проверку, но не более детальное изучение. И это его вполне устраивало: если бы он почувствовал опасность оказаться обнаруженным или арестованным, то, не задумываясь, пустил бы в ход пистолет.

Что он и доказал прошлой ночью.

Для легкого чтения Дюпри решил также прихватить с собой досье департамента юстиции на Юки Танаку. Он уже почти наизусть запомнил его содержание, но было что-то в самом процессе открывания папки, перелистывания и даже касания подушечками пальцев завитков и петель ее отпечатков, что возбуждало Марка, подпитывало его нетерпеливое предвкушение и подливало масла в огонь его голода.

Посмотрев на часы и увидев, что уже почти шесть утра, Дюпри решил, что пора выдвигаться.

***************
Специальный агент Дана Скалли перекатилась на кровати и наткнулась на теплое, обнаженное тело.

Поначалу это обстоятельство слегка обеспокоило ее не вполне проснувшийся разум. Они с Малдером совсем недавно стали любовниками, а потому ее подсознание еще не расценивало пробуждение рядом с ним как нечто само собой разумеющееся и привычное. Помимо этого Скалли также осознала, что находится не в своей постели, и этот факт вкупе с предыдущим наблюдением касательно обнаженного тела заставил ее проснуться несколько быстрее, чем обычно.

Но как только разум избавился от опутывающих его оков сна, она стала более восприимчивой к другим ощущениям, поняв, что уткнулась в напарника. Он отвернулся от нее и, что было для него довольно необычно, мирно спал, лежа наполовину на боку, наполовину на животе, видимо, посреди ночи скинув укутывающие его одеяла.

На мгновение приоткрыв сонные глаза и посмотрев на гладкую, мускулистую спину Малдера, Скалли довольно вздохнула, улыбнулась и снова их закрыла. Она обняла его рукой за талию и принялась поигрывать темными волосками вокруг пупка.

Издав какой-то невнятный звук во сне, Фокс чуть переместился, прижимаясь ягодицами к ее бедрам, и Дане пришлось прикусить язык, чтобы подавить вызванный этим чувственным прикосновением стон удовольствия.

«Я могу к этому привыкнуть, - подумала она, – а это опасно». На этот раз бесконечный внутренний диалог, который она постоянно вела сама с собой, показался ей совершенно неуместным. Рассеянно поглаживая теплую, мягкую кожу живота Малдера, Скалли в очередной раз пыталась убедить себя в том, что способна сохранить отношения с ним, любя этого сложного, интересного мужчину, и при этом оставаться преданной делу, которому она посвятила жизнь, не превращаясь в типичную женщину-агента, запрыгнувшую в постель к своему напарнику.

«Ну, пожалуй, «запрыгнувшую в постель» будет некоторым преувеличением», - резонно заметила Дана. Если бы правила Бюро, регулирующие отношения между напарниками, создавались, чтобы защитить добродетель женщин, она бы отнеслась к ним с большим пиететом. А к тому же учитывая, что пересечение пресловутой черты, отделявшей дружбу от любви, заняло у нее пять долгих лет, Скалли отнюдь не стремилась возвращаться к статусу-кво.

Она снова прокрутила в голове мысленный диалог с начальниками, включая Скиннера, а также со своей матерью и двумя-тремя другими агентами, с которыми была в приятельских отношениях, и услышала, как они якобы задают ей разного рода вопросы: как добродушные, так и не очень…

«Как нам справляться с этой ситуацией? – пыталась понять Скалли. – Таиться ото всех, пряча свои чувства до конца наших дней?» Подобная тактика могла срабатывать не дольше пары месяцев, потому что рано или поздно один из них испортил бы все, совершив какую-нибудь ошибку – что-нибудь глупое и очевидное, изобличающее доселе столь тщательно оберегаемый секрет и делающее их личную жизнь достоянием общественности. Они будут выглядеть вдвойне виноватыми и еще большими глупцами, оказавшись пойманными с поличным – сам факт увиливания лишь усугубит их положение, превратив в самых обсуждаемых персон в Бюро. Люди непременно придут к выводу, что они столь старательно охраняли свои интимные отношения из опасения, что всем станут известны какие-то не вполне приличные их аспекты. Например, может, Малдер любит, чтобы его связывали, или же Скалли из тех, кто орудует хлыстом.

На миг представив себя в роли госпожи, одетой в соответствующий костюм, Скалли невольно осклабилась. Нет, Малдер не нуждался в том, чтобы его связывали – как и большинство людей, он нуждался в объятиях, ласках, поцелуях и прикосновениях. И в этом не было ничего «чудаковатого».

Так какой еще выбор у нее есть? Взобраться на стол в кафетерии и созвать импровизированную пресс-конференцию? Задай вопрос и получишь на него ответ? «Не самая привлекательная картина», - подумала Дана. Мысль о пускающих слюни секретаршах, (которых теперь принято политически корректно называть «административными помощниками») умоляющих о хотя бы крошках информации касательно интимных деталей ее сексуальной жизни, вызывала у Скалли… глубокое отвращение.

Значит, имелся еще и другой вариант.

Он просто обязан быть.

И Дана знала, в чем он заключался, но принять его было труднее, чем два остальных. Она могла действовать так, как будто это в порядке вещей, вести себя в данной ситуации как подобает разумному, взрослому человеку. «Мы не станем ни из кожи вон лезть, чтобы спрятать наши отношения, ни выпячивать их. Все будет, как сейчас, и пусть наша работа, наши расследования, количество доведенных до суда дел и уровень раскрываемости говорят сами за себя».

Скалли была убеждена, что так им и следует поступить.

Тогда почему, спросила она себя, это правильное решение кажется таким рискованным?

Решив обдумать эту проблему позже, Скалли стала вспоминать намеченные на сегодняшний день дела. Они с Малдером собирались съездить на конспиративную квартиру к Стрелкам, поговорить с Байерсом о Кейси Тэн и обсудить другие вопросы. После Скалли намеревалась отправиться в лабораторию НЙПД и изучить отчеты экспертов с места убийства Стримновича. Криминалисты все еще проверяли обнаруженные в его квартире отпечатки – их было невероятно много, но они решили не пропускать ни одного, не оставляя ничего на волю случая.

Малдер же хотел опросить Сиднея. Они с Кроссом навестят его в отеле, в котором Алекс спрятала этого испуганного маленького человечка, чтобы посмотреть, сможет ли он что-нибудь добавить к своим предыдущим показаниям. В ФБР уже давно заметили, что если разместить вынужденного свидетеля в четырехзвездочном отеле с первоклассным обслуживанием в номерах, то это вскоре развязывает ему язык; очевидно, что НЙПД переняли у своего старшего федерального собрата эту практику.

После Малдер планировал посетить нью-йоркскую библиотеку, проведя вторую половину дня среди ее стеллажей в размышлениях о коде РБП – а вернее, о том классическом произведении, которое подозреваемый использовал в качестве исходного материала.

Стрелки и сами будут биться над расшифровкой кодов и таинственного послания, оставленного убийцей в компьютере больницы святого Луки.

«Очередной день, - подумала Скалли, - проведенный в борьбе с Силами Зла».

Она поцеловала напарника между лопатками.

- М-м, - пробормотал он в подушку.

Дана улыбнулась и вновь коснулась его кожи губами.

- Малдер… - мягко поддразнила она, медленно скользя рукой от его пупка вниз, - … пора вставать…

Он перекатился, подминая ее под себя, и наклонился для поцелуя, однако Скалли попыталась отвернуться.

- Фу, несвежее дыхание, - пояснила она.

- У меня? – спросил Малдер.

- Нет, у меня, - ответила Дана, отворачиваясь еще дальше, но Фокс коснулся ее щеки и, повернув обратно, накрыл ее рот своим.

- Дай мне минутку, - произнес он, и появившаяся на его губах ослепительная улыбка отразилась в сиявших от удовольствия глазах. – Несвежее дыхание. – И вновь поцеловав напарницу, он целиком лег на нее.

Почувствовав его теплый и твердый член, Скалли невольно задалась вопросом о том, чем вызван столь очевидный интерес Малдера к ней – полным мочевым пузырем или страстью, но, в конце концов решив не заглядывать дареному коню в зубы, опустила руку и обвила его пальцами. Именно в тот момент, когда зазвонил телефон.

- О, нет, - пробормотала она и, нехотя подняв трубку, представилась: - Скалли.

На миг на линии воцарилась тишина, а затем до нее донесся голос Скиннера.

- Доброе утро, агент Скалли, - вежливо поздоровался он.

Вот дерьмо.

- Доброе утро, сэр, - ответила она, стараясь, чтобы ее голос звучал легко и непринужденно, но не вполне в этом преуспевая.

- Агент Малдер поблизости?

«Ближе не бывает, - подумала Скалли. – Что ж, Дана, пришла пора опробовать план А». – Мы только что проснулись, сэр, - как ни в чем не бывало ответила она, почти чувствуя, как Малдер уставился на нее широко распахнутыми от удивления глаза. – Минутку, - добавила она и через плечо протянула напарнику трубку.

Он чуть помедлил, прежде чем взял ее, зажимая микрофон рукой, и прошептал Скалли на ухо:

- Ты в своем уме?

Она невозмутимо пожала плечами.

- Доброе утро, сэр, - сказал Фокс.

- Доброе утро, агент Малдер. Извините, что беспокою вас в столь ранний час, но мне только что поступил звонок из отдела документации, в связи с чем у меня к вам пара вопросов.

Малдер промолчал, ожидая продолжения.

- Офицер Джон Байерс из НЙПД позвонил и запросил, чтобы в один из наших мэйнфреймов загрузили определенные тексты для поиска неких закономерностей. Делая подобный запрос, он сослался на вас.

Малдер провел рукой по лицу.

- Так в чем проблема, сэр?

- Ни в чем, я просто хотел убедиться, что вы действительно это санкционировали, раз я ничего об этом раньше не слышал.

- Офицер Байерс работает под моим началом, сэр.

- Отлично. Еще я попросил бы, если вас не затруднит, объяснить мне необходимость в запрошенных им текстах.

Малдер простонал про себя. Что такого Байерс затребовал? Камасутру?

- Сэр?

- Ему понадобилось полное собрание сочинений Уильяма Шекспира, Чарльза Диккенса и Льюиса Кэрролла.

- Да, сэр, - ответил Малдер, впечатленный выбором Стрелка.

- И они нужны для того, чтобы…?

- Сэр, коды, которые мы пытаемся взломать, скорее всего, являются так называемыми кодами РБП… - Пока Фокс, как мог, в общих чертах объяснял Скиннеру, с чем они имеют дело, Скалли принялась поигрывать волосками на груди напарника. Он пару раз пытался оттолкнуть ее ладони в сторону, но она не сдавалась, с завидным упорством возвращаясь к своему занятию.

«Мне нравится прикасаться к нему, - пришло ей на ум. – Особенно сейчас, когда у меня появилась такая возможность».

- Как видите, офицер Байерс, вероятно, пытается установить общие используемые принципы и все в таком роде. Мы хотим сузить круг поисков.

- Но, Малдер, существуют же тысячи… сотни тысяч возможных текстов, которые он мог выбрать.

- Все так, сэр, но я думаю, что офицер Байерс прибегает к логически обоснованной догадке. В некоторых исторических романах имеются определенные языковые образцы, используемые многими авторами. Если мы сможем найти даже частичный «отпечаток» РБП в одном из них, то сумеем сузить круг поиска до других произведений того периода.

Скиннер чуть помедлил перед ответом, видимо, обдумывая услышанное.

- В этом есть смысл, агент Малдер. Спасибо, что уделили мне время.

Фокс уже собирался повесить трубку, когда помощник директора вдруг добавил:

- Пожалуйста, передайте мои наилучшие пожелания вашей напарнице.

- Непременно, сэр.

С этими словами он наконец прервал разговор и, повернувшись к Скалли, сказал:

- Ладно, я только что объяснил Скиннеру, почему Джон запросил загрузить тексты в фэбээровский мэйнфрейм. А теперь пришла твоя очередь объяснять, почему ты вдруг решила быть такой откровенной?

- Ну, я ведь уже ответила на звонок, выдав нас, а потому не видела смысла притворяться, - резонно заметила она.

Малдер недовольно поджал губы.

- Ты могла бы сказать, что я в душе, Скалли.

Она вздохнула, соглашаясь с его логикой.

- Ты прав, но прежде чем ты проснулся, я думала о том, насколько открытой хочу быть в том, что касается наших отношений.

Фокс кивнул, внимательно прислушиваясь к ее словам.

- Я не собираюсь таиться, словно нам есть, чего стыдиться, но и не стану кричать о них с вершины Всемирного торгового центра. Я решила вести себя, как подобает… взрослому человеку, и мне показалось, что сейчас самое подходящее время проверить эту теорию. А что? Он что-то сказал?

- Нет, просто просил передать тебе свои наилучшие пожелания.

- Видишь? – заметила она. – Сработало.

- Ну, если помнишь, Скиннер фактически дал нам свое благословение, так что это нельзя назвать полноценной победой. Нам все еще предстоит иметь дело… с остальными начальниками.

Скалли кивнула, вновь будучи вынужденной признать его правоту.

- В душ наперегонки, - игриво бросила она, проворно выскальзывая из постели.

***************
КОНСПИРАТИВНАЯ КВАРТИРА НЙПД
МЕСТОНАХОЖДЕНИЕ НЕИЗВЕСТНО

Фрохики выглядел так, словно неделю не спал – возможно, так оно и было, пришло на ум Малдеру. Лэнгли валялся на диване, смотря MTV с выключенным звуком, и только один Байерс работал. Он сидел перед ноутбуком, присоединенным к установочному модулю, и напряженно вглядывался в 19-дюймовый монитор, экран которого занимали бесконечные ряды букв какого-то текста. Некоторые из них были выделены по вертикали и горизонтали, образуя что-то вроде кроссворда.

- Что у нас? – спросил Малдер.

- Ну, так как ФБР согласились загрузить запрошенные мною тексты, мне удалось сделать несколько предположений.

- Дай угадаю, - произнес агент. – Льюис Кэрролл, Диккенс и Шекспир.

Байерс и глазом не моргнул.

- Они тебе позвонили, - без труда догадался он.

Малдер улыбнулся в ответ.

- Попался.

- В общем… я пытался найти…

- Есть ли в них какие-нибудь закономерности, - кивнув, закончил за него Фокс.

- Проблема в том, что имеющихся в коде данных недостаточно для продолжения.

- Что ты имеешь в виду?

- Ну, как тебе известно, первое число – это начальная позиция, а второе – размер шага. Исходя из этого, получаем матрицу текста с определенной шириной колонок. Я сопоставил все пять кодов с выбранными произведениями. Если теория дистрибуции неизменной величины содержит…

- Что-что?

- Ладно, слушай… буква «Е» в английском алфавите встречается чаще любой другой, верно? Затем «Т» и так далее. Если взять два текста примерно одного времени написания и применить к ним сгенерированный код, схожие слова будут появляться в матрице близко друг к другу.

- Не уловил твоей мысли.

Байерс хмыкнул и, пригладив бородку, попробовал другой подход:

- Хорошо, давай так: берем два фильма, скажем… «Воздушная тюрьма» и «Смертельное оружие». Пока все ясно?

Малдер кивнул.

- Отлично… начнем их одновременный просмотр в определенный момент и увидим, что в обоих фильмах, даже притом, что у них разные сюжеты, сценаристы, режиссеры и так далее, экшен-сцены встречаются с интервалами примерно в семь-девять минут.

Фокс обдумал сказанное и пришел к выводу, что Байерс прав.

- Почему так?

- Потому что кто-то понял, что объема внимания среднестатистического зрителя хватает примерно на это время. Так что хотя у нас есть два разных…текста - два фильма, если пожелаешь, то в них имеется та же самая псевдослучайная дистрибуция «слов», как если бы экшен-сцены были словами. Существует статистическая вероятность того, что в эти семь-девять минут любого рассматриваемого фильма что-то взорвется, кто-то окажется подстреленным или умрет.

- Та же теория работает и с печатным словом из примерно сходного временного периода. Определенные слова и фразы будут повторяться и выстраиваться в ряды в одной и той же РБП-последовательности как следствие этой самой случайной дистрибуции – может, и не на точном расстоянии друг от друга, но не далее чем на пару десятков символов.

- Мэйнфрейм ФБР просканировал произведения Кэрролла и Диккенса и не выявил общих слов или фраз, вписывающихся в матрицу РБП. Даже приблизительно.

Малдер подошел к кушетке и принялся усиленно размышлять, невидящим взглядом смотря на развалившегося там Лэнгли.

- Текст не на английском, - в конце концов заявил он.

- Это возможно. Или же мы выбрали не тот временной отрезок.

- Ладно, продолжайте в том же духе. И еще кое-что, - добавил агент. – Если на вас выйдет журналистка по имени Кейси Тэн, немедленно свяжитесь со мной. У всех вас есть номера наших со Скалли сотовых, так что можете звонить любому из нас. Не разговаривайте с этой женщиной и не отвечайте на ее вопросы. Если к вам обратится кто-то помимо меня, Скалли, Кэйхилл, Кросса или Хикса, делайте вид, что вам ничего неизвестно. Вопросы?

- А что случилось? – спросил Фрохики.

- Ваше прикрытие скомпрометировано. Возможно, тем самым Штольцем, что подвозил Байерса до больницы.

- И что это означает? – уточнил Джон.

- То, что мы должны действовать предельно осторожно. Я предпринял некоторые шаги к тому, чтобы взять ситуацию под контроль. Она решила, что мы раскрыли ей свои карты, предоставив доступ к конфиденциальной информации, но на самом деле мы просто обвели ее вокруг пальца. А сейчас нам со Скалли надо съездить в лабораторию… так что держите ухо востро, хорошо?

Стрелки синхронно кивнули.

- Фрохики, как обстоят дела с тем файлом, что этот ублюдок оставил в компьютере больницы?

Низкорослый хакер перевел взгляд в экран, прижимая ладонь ко лбу.

- Я не знаю, что это такое, Малдер, но точно уверен в том, что он не зашифрован.

- Почему вы так решили? – спросила Скалли.

- Простите, агент Скалли, но объяснение займет слишком много времени. У зашифрованных файлов есть определенный… почерк, если хотите. В этом же нет ни контрольной суммы, ни ключевого пространства, ни маркеров, ничего похожего.

- Тогда что это такое?

Фрохики пожал плечами.

- Без понятия.

- Если он не имеет смысла, не значит ли это, что он зашифрован? – спросила Скалли. – Я имею в виду, что… разве не в этом и заключается смысл шифрования?

- Шифрование и кодирование – это не одно и то же, - пояснил Фрохики. – Например, аудиофайл. Если вы открываете его с помощью текстового редактора, то он выглядит, как бессмыслица. Для того, кто не знает, что это, он будет выглядеть зашифрованным, но на самом деле он закодирован. Вам не нужен ключ дешифровки, чтобы прочитать его, только правильный декодер.

Малдер понимающе кивнул.

- Возможно, все проще, чем кажется.

- Каким образом? – спросил Фрохики.

- Вы попробовали все известные схемы шифрования файлов? – встряла Скалли.

- Да, все, которые мне известны.

- Каков размер файла? – уточнил Малдер. – Если его распечатать?

Стрелок нажал несколько клавиш на клавиатуре.

- 36 страниц.

- Шесть на шесть, - произнес Фокс.

- Что?

- Матрица с равным количеством шагов для этого числа состоит из квадратов шесть на шесть. Распечатай текст.

- Зачем?

- Возможно, что если мы разложим их по полу, то на них можно будут что-то рассмотреть.

Фрохики пожал плечами и снова стал стучать по клавишам. Минуту спустя маленький лазерный принтер ожил и начал выдавать страницы. Весь процесс занял чуть больше пяти минут, по истечении которых Малдер взял стопку бумаг и прошел в одну из пустых спален – в ней имелись только кровать и маленький столик, а значит, места было предостаточно.

Опустившись на колени, он принялся аккуратно раскладывать листы по полу. Вскоре закончив, Малдер встал на кровать и посмотрел на созданную им картину сверху вниз.

- Это похоже на…

- Бессмыслицу, - подсказала стоявшая в дверном проеме Скалли. – Хотя идея была неплохой.

- Спасибо, - поблагодарил явно расстроенный неудачей Фокс.

Вернувшись обратно в комнату, он принялся расхаживать взад-вперед, снова и снова проводя рукой по волосам и все сильнее взлохмачивая их.

- Ладно, как обстоят дела с взломом компьютера ФМС?

- Медленно, - не поднимаясь с дивана, ответил Лэнгли. – Но я над этим работаю.

Скалли скептично вздернула бровь – Стрелок не сдвинулся с места с тех самых пор, как они с Малдером прибыли.

- Я смотрю, вы весь в работе, - сухо заметила она.

Бросив в ее сторону обиженный взгляд, Лэнгли встал и, подойдя к своему рабочему месту, включил монитор, после чего отступил назад и подождал, пока тот оживет.

Открывшаяся их взору диаграмма поистине впечатляла – если верить тому, что было изображено на экране, то Лэнгли использовал не меньше шести различных коммерческих спутников, чтобы замаскировать свою атаку. Всякий, кто попытался бы отследить линию, натыкался бы на бесконечные тупики. В правом нижнем углу монитора в маленьком квадратике отображалось то, что со стороны казалось случайным набором символов: они менялись в среднем десять раз в секунду.

- Как только что-то нащупаю, тут же дам вам знать.

- Изображение, - пробормотал Фрохики, уставившись на экран. – Изображение.

- В чем дело, Фрохики? – спросила Скалли.

- Думаю, Малдер, возможно, недалек от истины, - ответил он.

- Мы посмотрели на распечатку, - возразил Фокс. – Это мусор.

- Но вы смотрели глазами, а не компьютером.

Тут же позабыв о Лэнгли, напарники приблизились к Фрохики.

- Объясни, - потребовал Малдер.

- Погоди… - сказал Стрелок, внимательно вглядываясь в монитор и беззвучно шевеля губами в процессе чтения. – Каково максимальное количество цветов в 16-битном «железе»?

- При каком разрешении? – спросил Лэнгли.

- Скажем… 640х480.

- Примерно 24 миллиона, - ответил Лэнгли.

Фрохики подсчитал количество цифр на экране и воскликнул:

- Чтоб меня!

- Что? – спросил Малдер.

- Возможно, это файл изображения, - ответил Стрелок.

- Чего?

- Вроде GIF или JPEG.

- Я думала, вы сказали… - начала Скалли.

- Я говорил, все мне известные. Формат этого файла не похож на распространенный формат изображения, но заглавный фрагмент подходит для такого рода файла. Мне только нужно взломать кодировку.

- Сколько это займет?

- Когда приступлю, тогда и узнаю. Большая часть работы может быть автоматизирована.

- Приступай, - велел Малдер, направляясь к двери, но на пороге развернулся к своим друзьям и добавил: - На случай, если я никогда не говорил этого прежде… спасибо за помощь.

Когда Скалли проходила мимо, Фрохики обратился к ней, чуть слышно сказав:

- Позаботьтесь о нем.

- Как всегда, - пообещала она, похлопав его по руке.


Сообщение отредактировал MrsSpooky - Вторник, 2013-05-21, 10:39 PM
 
MrsSpookyДата: Вторник, 2013-05-21, 10:19 PM | Сообщение # 405
Охотник
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 876
Репутация: 20
Статус: Offline
***************
КРИМИНАЛИСТИЧЕСКАЯ ЛАБОРАТОРИЯ

В течение всей поездки они держались за руки, но, оказавшись на месте, Малдер, к огромному облегчению Скалли, стал соблюдать профессиональную дистанцию.

Зайдя в лабораторию, они мгновенно настроились на деловой лад. Двое техников-криминалистов сидели перед компьютером, наблюдая за тем, как он медленно проверяет отпечатки, и агенты, не мешкая, направились в их сторону.

- Что у вас? – спросила Скалли.

- Два совпадения, но оба отпечатка… засекречены, - ответил один из них.

- Засекречены?

Он кивнул.

- Отыскались в НЦКИ. Мы пытались задействовать ВВА [прим. пер. - Вернуть в агентство. Правоохранительное ведомство помечает запись в базе НЦКИ как ВВА и любой запрос на получение этой информации автоматически ставит заинтересованную службу в известность о сделанном обращении] , но в ответ на запрос пришло сообщение о том, что они оба заблокированы департаментом юстиции. Вероятно, принадлежат жертве.

Напарники переглянулись.

- Что заставляет вас так думать?

- Ну он же охраняемый свидетель, верно?

- С чего вы это решили? – спросила Скалли.

Криминалист пожал плечами.

- НЙПД не такой уж большой департамент, даже учитывая, что нас тридцать восемь тысяч, агент Скалли. Слухами земля полнится.

- Главное, чтобы вы сами их не распространяли, - многозначительно заметил Малдер.

- Я нем, как могила.

- Кто вам сказал? – спросила Скалли.

Техник перевел взгляд с одного агента на другого и покачал головой.

- Извините.

Дана вздернула бровь и, отойдя от лабораторного стола, достала из кармана сотовый. Малдер поднес ладонь к губам, чтобы скрыть улыбку, отлично зная, что за этим последует; если пять лет совместной работы и научили его чему-то, так это тому, что когда напарница надевала маску «специального агента Скалли», лучше ей не перечить.

- Алекс, это Дана. Детектив… - она выразительно посмотрела на техника.

- Маркус, - подсказал он.

- Детектив Маркус полагает, что знает об этом расследовании больше, чем ему на самом деле известно, и не желает сообщить нам имя того, кто поделился с ним информацией. – Скалли чуть помедлила и, добавив: - Конечно, – закончила разговор.

Не далее чем четыре минуты спустя в лабораторию влетела одетая в униформу Кэйхилл.

- Где Маркус? – потребовала она.

- Здесь, сэр.

- Пойдемте со мной.

- Куда?

- Вы будете отчитываться перед шефом детективов.

Детектив Маркус окинул напарников наполненным ненавистью взглядом.

- А я-то думал, что вы, ребята, копы, - с укором сказал он.

- Так и есть, - невозмутимо ответила Скалли. – Но у нас нет времени на стандартную побратимскую ерунду. Скажите, кто сообщил вам эту информацию. Немедленно.

- Да пошли вы, - презрительно бросил он и затем медленно, тщательно подбирая слова, продолжил: - Я позвоню в АПД и пожалуюсь моему представителю. Вы не сможете этого сделать.

- Уже сделала, - спокойно заявила Скалли. – И, боюсь, что Ассоциация помощи детективам вам вряд ли сильно поможет.

***************
Больше никакой полезной информации у техников выяснить не удалось. Перед тем, как отправиться в отель к Сиднею, напарники на всякий случай заглянули в отдел особо тяжких, чтобы узнать, как там обстоят дела. Алекс на месте не оказалось, и Скалли спросила проходившего мимо детектива, где ее можно найти.

- Где-то с полчаса назад она отправилась к шефу, - пожав плечами, сообщил он ей.

В этот момент Скалли почти пожалела детектива Маркуса.

Почти.

Пока Малдер обсуждал с Кроссом и Хиксом результаты проверки магазина от пистолета 45-го калибра, найденного на месте убийства Стримновича, Скалли воспользовалась этой возможностью для того, чтобы прослушать их голосовую почту.

Она как раз занималась удалением стандартных посланий в стиле «позвони, как только вернешься» от своей матери, когда почувствовала легкое прикосновение к плечу.

Развернувшись, Дана увидела молодо выглядевшего офицера в униформе, нервно вертевшего в руках фуражку.

- Мэм, вы инспектор Кэйхилл?

- Нет, не я, - ответила Скалли.

- Мне… м-м… велели немедленно явиться к ней.

- А вы…? – уточнила Дана.

- Офицер О’Хара, - улыбаясь, представился он.

Она более внимательно пригляделась к нему и, обратив внимание на его темные волосы и голубые глаза, пришла к выводу, что имя ему вполне подходит.

- Вы знаете, зачем вас вызвали? – спросила Скалли, и офицер отрицательно покачал головой.

В этот момент в дверях офиса показалась чрезвычайно разозленная Алекс Кэйхилл и, заметив молодого офицера, стремительно приблизилась к нему.

- Офицер Джейсон О’Хара? – потребовала она.

- Д-да, мэм.

- Следуйте за мной. Дана, Малдер… вы тоже.

Алекс зашла в свой кабинет, придерживая дверь открытой для О’Хары и напарников. Как только они ступили внутрь, она резко захлопнула ее и развернулась к офицеру.

- Вы первым прибыли на место перестрелки в квартире Сильвера, верно?

- Да, мэм.

- Я собираюсь задать вам этот вопрос только один раз и не намерена повторяться. Если вы ответите на него неверно, то до пенсии будете работать, пешком патрулируя южный Бруклин. Вам все понятно?

- Да, мэм.

- Какие отношения связывают вас с детективом Маркусом?

О’Хара чуть поколебался перед ответом.

- М-м, мэм, могу я спросить, а почему вы спрашиваете?

- Отвечайте на вопрос, офицер! – рявкнула Алекс.

- Мы… друзья, - ответил О’Хара.

- Вы говорили ему об этом деле? Хоть что-то?

Коп перевел взгляд на Малдера, лицо которого сохраняло совершенно бесстрастное выражение.

- Возможно.

- Возможно? Дерьмо! – воскликнула Алекс, усаживаясь за стол. – Этот человек, - обращаясь к Скалли, начала объяснять она, - подслушал наши разговоры на месте преступления. Кто-то из нас упомянул тот факт, что Сильвер – охраняемый свидетель. Офицер О’Хара проболтался об этом своему другу, кто, как вам известно, еще десять минут назад работал в отделе криминалистики.

- Работал? – переспросил коп.

Алекс резко хлопнула ладонями по столу.

- Да, офицер, РАБОТАЛ, но был переведен в Академию до тех пор, пока я не подыщу для него какое-нибудь действительно ДЕРЬМОВОЕ назначение. Вроде отдела по расследованию угонов или чего-нибудь столь же ужасного.

- Мэм… могу… могу… я как-то повлиять на ваше решение?

- Вы, кажется, сильно переживаете за вашего друга, - заметила Алекс.

- Я не хочу, чтобы он пострадал из-за моего длинного языка.

- Он уже пострадал, О’Хара, потому что отказался говорить, от кого узнал эту информацию, и потребовал встречи со своим представителем. Апеллируя к этой профсоюзной белиберде, он сам себя загнал в угол и теперь будет до пенсии заполнять отчеты по угнанным машинам.

- Мэм, я знаю, что мне не следовало с ним это обсуждать.

- Когда вы с ним говорили?

- Прошлой ночью. Дома.

Малдер, Скалли и Алекс переглянулись.

- У вас с ним отношения, - скорее утвердительно, чем вопросительно произнесла Кэйхилл.

О’Хара кивнул.

- То есть вы кроме него никому об этом не говорили? – уточнила она.

- Нет, мэм.

- Можно ли доверять Маркусу?

- Думаю, да.

- Как вы узнали?

- Я слышал ваш разговор с одним из детективов.

- Вы очень наблюдательны, - заметила Скалли.

О’Хара открыл было рот, словно собираясь поблагодарить ее за комплимент, но, видимо, подумав как следует, предпочел промолчать.

Алекс всплеснула руками.

- Господи, избавь меня от копов-энтузиастов! – воскликнула она и перевела взгляд на Малдера. – Что мне с ним делать?

- Давно вы уже работаете? – обращаясь к офицеру, спросил агент.

- В мае будет пять лет.

- Какого цвета был ковер на месте преступления?

- Темно-красного, - не задумываясь, ответил тот.

- Сколько пятен крови?

- Семь.

- В какое время первый детектив отметился в вашем блокноте?

- В 03:32.

Малдер посмотрел на Алекс.

- Прошу наc извинить, офицер О’Хара, но не могли бы вы подождать снаружи?

Он быстро покинул кабинет и занял свободный стол в офисе детективов.

- Что мне с ним делать? – вновь повторила Алекс.

- Позвольте ему сменить униформу патрульного на золотой значок детектива и назначьте работать с нами. Нам нужен мальчик на побегушках, а у него, очевидно, есть голова на плечах. Если он будет уделять достаточно внимания деталям, то быстро научится.

- Повысить его? – уточнила Алекс.

Малдер кивнул.

- Он хороший коп. Единственная его проблема заключается в склонности к… разговорам в постели. Уверен, что вы и сами допускали подобную ошибку.
Кэйхилл открыла рот, чтобы ответить, и тут же захлопнула его.

Еще как допускала – и не единожды.

- О, дерьмо, - пробормотала она и, подняв трубку, набрала четырехзначный номер.

- Шеф, это Алекс. Мне нужно, чтобы вы прямо сейчас спустились ко мне в офис.

***************
Хоть просьба Алекс и вызвала у Золински недовольство, но спорить с ней он не стал. Взгляд провинившегося офицера, когда шеф детективов пронесся по общему офису и ворвался в кабинет Кэйхилл, был поистине бесценен.

- ЧТО?! – заорал он, узнав, из-за чего его оторвали от дел.

Когда Алекс объяснила причины, стоявшие за малдеровским предложением, Золински развернулся в сторону агента и грозно посмотрел на него, явно намереваясь запугать, однако эта тактика не сработала: Фокс обезоруживающе улыбнулся и лишь пожал плечами.

- Даже если пользы от него особой не будет, - начал он, - то раз уж он все равно стал частью этого расследования, мы сможем приглядывать за ним. Уверен, что мы со Скалли сумеем придумать ему достаточно различных поручений, чтобы он не скучал.

- У меня это просто в голове не укладывается, - продолжал распаляться шеф – Он проболтался своему ЛЮБОВНИКУ, другому копу, рассказал детали самого деликатного расследования этого департамента за последний ГОД, а мы еще и намерены ПОВЫСИТЬ его?

- Он хороший коп, - возразил Малдер.

- Они ВСЕ хорошие копы, - с нажимом ответил Золински.

Фокс не стал с этим спорить.

- Ладно, хрен с ним, - в конце концов проворчал шеф и, повернувшись к Алекс, спросил: - У вас есть свободная вакансия?

Она кивнула.

- Тогда пусть он зайдет.

Скалли встретилась взглядом с О’Харой через стекло и поманила его пальцем. Он вошел в кабинет, заметно нервничая, и прикрыл за собой дверь.

Золински приблизился к нему, уперев руки в бока.

- А теперь послушай меня, сынок. Я не согласен с тем, что сейчас произойдет. Если ты еще раз что-нибудь ляпнешь об этом деле, тебе не поздоровится! ТЫ ПОНЯЛ?

О’Хара кивнул, очевидно, слишком испуганный, чтобы говорить.

Не оглядываясь назад, шеф протянул руку, и Алекс что-то вложила в его протянутую ладонь, после чего он практически сунул офицеру золотой значок.

- Поздравляю, детектив, - с нескрываемым презрением протянул Золински и, обойдя ошарашенного офицера, распахнул дверь и стремительно покинул кабинет Алекс.

- Если еще кто-нибудь проболтается, ему не поздоровится! – напоследок выкрикнул он.

Скалли закрыла за ним дверь.

- Прежде, чем решите обмывать свою новую должность, - с предупреждением в голосе начала Алекс, - вы должны кое-что уяснить. Во-первых, это практически уникальный случай. Отныне вы на полугодичном испытательном сроке – если не облажаетесь и будете держать рот на замке, а глаза открытыми, то можете многому научиться. Сделаете все правильно, и этот значок ваш, напортачите – вернетесь к патрулированию улиц. Вам все понятно?

О’Хара кивнул.

- С восьми часов завтрашнего дня вы становитесь детективом третьей категории главного городского управления по расследованию особо тяжких преступлений и отчитываетесь непосредственно перед агентами Малдером и Скалли. Вы превращаетесь в их тень, ясно? Куда они, туда и вы. Если они попросят вас что-нибудь сделать, вы подчиняетесь беспрекословно. Кофе, ланч, любое поручение… все, что они пожелают. С этого момента вы круглосуточно должны быть на телефоне. – Открыв ящик стола, Алекс пошарила там и, отыскав пейджер, бросила его новоиспеченному детективу со словами: - Сообщите номер этого пейджера дежурному, этим двум агентам и в Центральную диспетчерскую. На сегодня можете быть свободны. Если у вас есть костюм, почистите его, если нет… купите. – И после паузы: - А теперь проваливайте.

О'Хара молча развернулся и поспешно покинул кабинет.

- Что дальше? – спросила Кэйхилл.

- Мы с Малдером собираемся навестить Сиднея. Кросс также едет с нами.

- Отлично. Держите меня в курсе.

***************
СТЕЙТЕН АЙЛЕНД

Юки была идеальной жертвой.

Дюпри сидел в арендованной машине и следил за ней через видоискатель своей камеры, соединяемой тонким проводом с ноутбуком, лежавшим на соседнем сиденье.

Цель двигалась с грацией кошки, работая в саду и улыбаясь припекавшему солнцу.

«Шлюха», - подумал Марк.

Она была Избранной, полностью отвечая всем его целям и потребностям.

За шесть часов непрерывного наблюдения он кое-что понял о ней.

Юки Танака оказалась красивой женщиной – более того, шикарной, словно топ-модель. Ее классические азиатские черты лица были…

Весьма интересными.

Возбуждающими.

Марк знал, что наказывает этих людей, его Избранных. Забирая у них жизни, вскрывая их тела, он выпускал таившееся в них зло наружу. У него имелись причина и цель, божественная миссия, данная ему Богом.

Он был послан, чтобы убить ее, а она – чтобы быть убитой.

Дюпри расценивал это, как уравнение, которое он хорошо знал и которое его вполне устраивало, а потому до сих пор вовсе не стремился изменить его.
Но с Юки все оказалось иначе.

Марк стал невольно размышлять о том, какими еще способами можно причинить ей боль и страдания, и вскоре уже знал, что ему нужно сделать, чтобы Юки как следует помучилась за свои грехи, думая о том, каково было бы перерезать ей глотку, пока он ее насиловал.

Эта мысль показалась Дюпри волнующе-опасной, возбуждающей до предела, и он почувствовал вызванное этой фантазией напряжение в паху. «Абсолютное доминирование, - пришло ему на ум. – Полный контроль».

«Думай», - велел себе Марк.

«Если я ее изнасилую, что ФБР сможет узнать обо мне? Какие улики я оставлю?»

Сперму. По ней они сумеют установить тип его крови. Но только в том случае, если он был секретором [прим. пер. - человек, у которого в слюне и других биологических жидкостях содержатся антигены группы крови] , а в этом Дюпри сомневался. И к тому же у полиции уже имелись образцы его крови с места последней охоты. Лобковые волосы могли выдать цвет его волос на голове, а также приблизительный возраст.

Впрочем, он отнюдь не был глупцом и понимал, что попадал в определенную категорию… специфических людей, которые занимались подобными вещами. Соответственно, копы уже установили его примерный возраст.

«Перенос, - подумал Марк. – Если она меня поцарапает, под ногтями останутся частички моей кожи».

Он еще долго взвешивал все «за» и «против» своего плана и в конце концов решил действовать по обстановке. В случае если ему удастся застать Юки врасплох, завладеть ею прежде, чем голод подчинит себе его рассудок…

Он ее поимеет.

Тихонько рассмеявшись, Дюпри развернулся к компьютеру.

***************
ОТЕЛЬ «ЧЕТЫРЕ ВРЕМЕНИ ГОДА»
НОМЕР 1201

Кейси Тэн перевернулась на спину и глубоко вздохнула. Как она и предполагала, Тим Эверетт оказался потрясающим любовником. «Возможно, все дело в том, что он коп», - пришло ей на ум. Он был неутомим, с готовностью исполняя любое ее желание и делая все, о чем она его просила.

Кейси с некотором трудом, но все же поборола искушение расспросить его о деле MrKnifa’а, зная, что проявив любопытство, тем самым выдаст себя. Мистер Эверетт ошибочно полагал, что она переспала с ним, оказавшись во власти неконтролируемого желания – разумеется, подобное самоуверенное предположение с его стороны не могло быть дальше от истины. Кейси относилась к своему лицу и телу, как к инструментам, помогающим ей в работе, вроде камеры, микрофона и блокнота. За время своего восхождения по карьерной лестнице, она успела понять, что только после нескольких раундов жгучего, страстного секса ее источники расслабляются настолько, что с легкостью поддаются манипулированию.

А сейчас они закончили только второй раунд.

Лежавший рядом с ней на кровати Тим Эверетт испытывал противоречивые чувства, будучи одновременно полностью удовлетворенным и глубоко пристыженным произошедшим. Он думал о том, что у него никогда не было столь искусной любовницы, как Кейси Тэн, а более чем ясный намек на то, что ее интересуют только плотские удовольствия, – никаких длительных отношений или попыток испортить его брак, только бурный, безудержный секс – польстил его эго, наполнив уверенностью в своей мужской притягательности для противоположного пола.

А затем сработал пейджер.

И потом еще раз.

Поминая нецензурными словами того, кто так рьяно его разыскивал, Тим нащупал свои брюки и принялся рыться в карманах в поисках надоедливого устройства. Вытащив пейджер, он поднес его к глазам и прочитал сообщение.

- Дерьмо, - тихонько ругнулся Эверетт.

Достав свой сотовый, он поспешно закрылся в ванной и набрал номер по памяти.

- Дэйв, надеюсь, у тебя действительно что-то срочное.

- Привет, Тим. При нашей ежедневной проверке линий удалось засечь повышенный входящий трафик.

- И что конкретно это означает?

- Что кто-то пытается взломать систему и весьма успешно.

- Можем мы отследить этого хакера? – быстро соображая, спросил Эверетт.

- Нет.

- Почему?

- Слишком сложно объяснить по телефону. В целом, этот парень - тень. Любая попытка отследить его приведет к тому, что равносильно обвалу линии. Мы застрянем на первом же спутниковом соединении.

- Можем мы его остановить?

- Только если полностью отключимся от окружающего мира.

- Тогда что нам остается делать?

- Устроим обитую войлоком палату, - ответил Дэйв.

- Что…?

- Мы перенаправим весь входящий трафик через другой модуль, так что когда он взломает систему, то подумает, что она настоящая. На самом же деле мы поймаем его в ловушку в фальшивой системе. Это старый АНБ-шный трюк.

- И что это нам даст?

- Мы сможем выиграть время.

- Кто, по-твоему, за этим стоит?

- Честно?

- Разумеется.

- НЙПД или ФБР. Думаю, они охотятся за списком.

Эверетт прикусил губу и глубоко задумался. Алекс, если она и вправду санкционировала эту атаку, сильно рисковала. Черт возьми, да он и сам рисковал не меньше, сидя голым в ванной отеля, изменяя жене, трахая репортершу (шикарную репортершу, надо признать, но все же репортершу!) и всерьез рассматривая возможность того, что он собирался предложить.

- Ладно, Дэйв… кому еще об этом известно?

- Только мне – я сам делал сканирование.

- Ты больше никому не говорил?

- Нет, и не планирую.

- Почему?

- Потому что мы оба знаем, что ты попросишь меня впустить их и «отдать» им список, а ЗАТЕМ разорвать соединение.

«А он умен, - признал про себя Тим. – Даже очень».

- Ладно, раз уж мы так хорошо друг друга понимаем… сколько времени у них займет проникновение в систему?

- Два, три дня максимум.

- Сможем мы облегчить им задачу… и не оставить следов, когда нагрянет проверка?

Дэйв задумался над заданным ему вопросом, ответив только через пару минут.

- Конечно, - уверенно заявил он.

- Тогда так и сделай, - велел Тим. – Но только по возможности незаметнее. Узнай об этом кто-нибудь, и мы оба окажемся в дерьме по самые уши.

- Сделаю, Тим. И если это облегчит твою совесть… я думаю, что ты поступаешь правильно.

- Ты выступишь в мою защиту перед сенатской комиссией, когда эта бомба взорвется у нас в руках?

- Конечно, если ты сделаешь то же самое для меня. – Тим практически услышал улыбку в голосе друга и улыбнулся в ответ.

- Ладно… когда ты намерен впустить их?

- Через два часа. Я тут немного поколдую, и они войдут без особых проблем. Я оставлю файл в достаточно очевидном месте и только слегка зашифрую его – взлом не займет у них много времени. Когда они проникнут в систему, я подожду 48 часов, после чего «обнаружу» дыру и закрою ее.

- Договорились. А теперь мне надо идти, - сказал Тим, уже просчитывая в уме возможные варианты развития событий. Если окажется, что человек или группа лиц, пытающиеся взломать компьютер ФМС, не работают ни на НЙПД, ни на ФБР, но при этом завладеют списком, и об этом станет известно, как и о том факте, что им это удалось благодаря их с Дэйвом действиям… тогда вероятность того, что ему придется провести остаток своих дней в Форт-Левенуэрте, штат Канзас, станет вполне реальной перспективой.

- Откуда ты звонишь? – спросил Дэйв.

Эверетт уже собирался ответить, когда услышал стук в дверь.

- Тим? – позвала Кейси.

- Мне пора, - разрывая соединение, бросил в трубку Эверетт.

Дверь распахнулась, и на пороге возникла полностью обнаженная Кейси – она стояла, уперев руки в бока и устремив на него хищный, плотоядный взгляд.

- Я хочу еще, - облизывая губы, тихо произнесла она.

- Не уверен, что смогу, - ответил Тим.

- О, а я думаю, что сможешь, - заявила журналистка, медленно опускаясь на колени, после чего подползла к нему на четвереньках и начала «подготавливать» его к третьему раунду.

***************
Сидней не снабдил их почти никакой новой информацией. Расстроенные отсутствием какого-либо прогресса в деле напарники как раз возвращались в офис детективов, когда неожиданно зазвонил телефон Фокса.

- Малдер, - представился он в трубку.

- Мы внутри, - донесся до него ликующий голос Фрохики.

***************
Впервые на его памяти Малдер воспользовался проблесковым маячком и сиреной одновременно. Обычно они со Скалли путешествовали по стране в арендованных машинах, которые, разумеется, не были оснащены такими непременными атрибутами патрульного автомобиля, как красная мигалка с крутой электрической сиреной.

В шести кварталах от конспиративной квартиры Скалли коснулась руки напарника и сказала:

- Лучше это выключить, - кивнув в сторону маячка на приборной доске. – Не стоит привлекать внимание к их жилищу.

Согласившись с ее доводом, Малдер последовал совету Даны, и последнюю четверть мили они проехали в тишине. Стоило им только припарковаться у обочины, как, горя от предвкушения, напарники тут же выскочили из машины и почти бегом направились к входу в здание.

Войдя внутрь, они увидели, что Фрохики смотрит на экран компьютера с несколько нелепым для взрослого человека подростковым восторгом и облизывается, словно поймавшая канарейку кошка.

- Ребята, расскажите, что у вас есть в двух словах, - попросил Малдер.

Байерс перевел взгляд на коллегу, который что-то активно печатал на клавиатуре.

- В общем, - приступил к объяснениям Стрелок, - охрана системы оказалась несколько менее сложной, чем нам поначалу представлялось: мы взломали ее с полчаса назад. Фрохики быстро огляделся, заметил нужный нам зашифрованный файл и загрузил его. Он соответствующего размера и согласно истории транзакции файлов на том компьютере, его недавно активно использовали.

- Если он зашифрован, то откуда вы знаете, что это тот самый файл? – резонно спросила Скалли.

- Потому что это единственный зашифрованный файл подходящего размера и расположения. Мы практически уверены, что это он, и, судя по размеру ключевого пространства в заголовке файла, в нем используется 20-ти или 40-битный ключ. У нас займет меньше двух часов, чтобы…

- Получилось, - провозгласил Фрохики.

- … взломать его, - несколько запоздало закончил Байерс, улыбаясь. Сделав глубокий поклон и взмахнув рукой в сторону компьютера, он добавил: - Малдер, Скалли… Одинокие Стрелки к вашим услугам.

Фокс подошел ближе и уставился в монитор, на котором отображались лица, имена, причем как реальные, так и фальшивые, даты, когда клиентам программы выносился приговор и прочая информация. Список оказался неожиданно длинным.

- Сколько? – спросил Фокс.

- Свыше двух сотен, - мгновение спустя ответил Фрохики, - но они не все активны.

- Почему?

- Ну, - улыбнувшись, заметил он, - мы знаем по крайней мере пятерых таких.

- Неудачная шутка, - укоризненно заметила Скалли.

- Извините, - искренне попросил прощения Стрелок.

- Ничего, - ответила она, дотрагиваясь до его руки. – Их имена единственные неактивные?

- Нет, мэм. Некоторые свидетели сами отказались от охраны. Как Сэм Гравано, например.

Малдер и Скалли понимающе кивнули, вспомнив эту историю. Сэмми «Бык» Гравано, второй человек после Джона Готти в мафиозной семье Гамбино, персонально ответственный за смерть восемнадцати человек, («персонально ответственный» означает, что он сам фактически нажал на курок) был арестован по обвинениям в вымогательстве и убийстве. Столкнувшись с перспективой провести остаток дней за решеткой, Сэмми с радостью ухватился за возможность нарушить омерту [прим. пер - Кодекс молчания у итальянских мафиози] и стать федеральным свидетелем. Он запел так охотно, что ребята в НЙПД прозвали его «Четвертым тенором». После трех судебных процессов, первые два из которых закончились роспуском присяжных по причине имевшего место давления на них, на третьем и последнем Джона Готти признали виновным по всем статьям обвинения. Мистер Готти в настоящее время отбывает пожизненное заключение в тюрьме, а Гравано, раздраженный ограничениями, накладываемыми программой защиты свидетелей, наплевал на безопасность и перестал прятаться, предварительно сделав пластическую операцию на лице. Он проживает вместе со своей женой в тайном месте и периодически появляется в различных ток-шоу.

«Вот он, яркий пример того, что все тайное рано или поздно становится явным», - подумал Малдер, изучая личные данные Гравано.

- Ладно, сколько из них активны? – спросил он.

- Около ста шестидесяти, - сообщил Фрохики, - если я правильно прочитал схему шифрования.

- Хорошо… вот как мы поступим. Как можно быстрее распечатайте мне содержимое этого файла со всеми имеющимися там сведениями. Затем внесите всю информацию в базу данных, чтобы я мог провести поиск и сортировку. Меня интересуют их пол, возраст, расовая принадлежность, совершенные преступления, преступления, за которые их осудили, дата занесения их имен в программу и выхода из нее по какой бы то ни было причине. Это первостепенная задача – занимайтесь только ею и пока не закончите, оставьте прочие дела. Все трое. Есть вопросы?

- Нет, сэр, - несколько иронично ответил Байерс.

Малдер недовольно покосился на него, но затем улыбнулся.

- Извини.

- Не нужно просить прощения, Малдер. Мы ведь знаем, как ты работаешь.

- Тогда чего же мы ждем? – спросил он.

***************
Два часа спустя все было готово. Фрохики позаимствовал у Скалли ноутбук и, тщательно перекопировав на него всю требуемую информацию, показал обоим агентам, как делать поиск по ней и выводить сводный отчет.

Закончив с этим заданием, он спросил:

- И что теперь?

- Устроим ловушку. Найдите способ установить, если этот урод зайдет в систему, и тут же предупредите об этом нас – по телефону, пейджеру, да хоть почтовыми голубями, мне все равно. Я хочу, чтобы вы выследили этого ублюдка.

- Как? – спросил Фрохики.

- Проверяйте статистику доступа к файлу каждые полчаса или типа того – если она изменится, отследите того, кто это сделал и сообщите по e-mail или по пейджеру кому-нибудь владеющему этой информацией. Когда мы обнаружим закономерность, то сможем начать оттуда.

Байер кивнул, очевидно, впечатленный предложенной Малдером идеей.

- Отлично придумано. Ты, похоже, и прежде такое проделывал.

- Нет, - ответил Фокс, собирая со стола четыреста листов распечатанного текста, - я просто слишком долго с вами общаюсь, ребята. Вы на меня плохо влияете.

- Мы на ТЕБЯ? – смеясь, отозвался Лэнгли.

***************
Напарники не стали звонить Алекс из опасения, что их разговор может быть подслушан. Вместо этого они сходили в копировальный центр и, черным маркером зачеркнув на страницах все, указывающее на то, что это распечатка документа ФМС, дважды пропустили его через копировальный аппарат. Отнеся оригиналы в отдел обработки документов, агенты продемонстрировали тамошним сотрудникам свои удостоверения и вежливо попросили доступ к мощной машинке для уничтожения бумаг. Покинув здание полчаса спустя с пластиковым пакетом, наполненным конфетти, и двумя полными копиями данных в картонной коробке, они направились к полицейскому управлению и по дороге избавились от пакета, выкинув его в случайный мусорный контейнер.

***************
ЗДАНИЕ ПОЛИЦЕЙСКОГО УПРАВЛЕНИЯ
ОФИС ДЕТЕКТИВОВ

Управление по расследованию особо тяжких преступлений занималось не только делом MrKnife’а – притом, что оно являлось общегородским подразделением в городе с населением свыше одиннадцати миллионов человек, будучи частью полицейского департамента, на службе в котором состояли тридцать восемь тысяч офицеров, Алекс постоянно приходилось правильно расставлять приоритеты и грамотно расходовать человеческие ресурсы. Шесть из шестнадцати детективов дневной смены были назначены непосредственно на это расследование и освобождались от всех прочих обязанностей. Оставшиеся десять занимались основным потоком - прочими открытыми делами, над которыми работали те шестеро, и всеми вновь поступающими. Алекс пыталась по возможности спихнуть как можно больше этой текучки обратно в районные подразделения и отложить те из них, что не относились к четверке особо серьезных преступлений: убийства, изнасилования, поджоги и вымогательство.

Она подняла взгляд от бумаг, когда весьма довольный собой Фокс Малдер вошел в ее офис. Они со Скалли нашли праздничную ленту и прикрепили ее к одной из сторон коробки для ксерокопированных бумаг, которую Фокс торжественно водрузил на стол перед Алекс, театрально взмахнув рукой.

- А это еще что такое? – недоумевающе спросила Кэйхилл.

- Открой, - предложила Скалли, закрывая за ними дверь.

Кэйхилл подняла крышку и увидела две стопки бумаг. Взяв несколько листов из левой, она начала читать их, и вскоре ее глаза распахнулись от удивления, а на губах появилась широкая улыбка.

- Вы вошли в систему? – спросила она.

- Они вошли, - уточнил Малдер. – Мы лишь посланники.

Уронив страницы, она поднялась с места, обошла свой стол и, приблизившись к Малдеру, обняла его за шею и смачно поцеловала в губы. Фокс резко отпрянул, метнув испуганный взгляд в сторону весело усмехавшейся Даны, которую, очевидно, весьма позабавил импульсивный порыв подруги.

- О, не беспокойтесь, - заявила Алекс, опуская руки и приближаясь к Скалли. – Она следующая.

И к крайнему изумлению обоих агентов Кэйхилл сделала именно то, что и обещала: обняла ее и, наклонившись, поцеловала прямо в губы.

Совершенно ошеломленная ее поступком Скалли отшатнулась и вытерла рот тыльной стороной ладони. Малдера же произошедшее явно позабавило не меньше, чем Дану «атака» Алекс на него самого, и, посмотрев на напарницу, он слегка пожал плечами, словно бы говоря, что понятия не имеет, какая муха укусила ее подругу, которая как ни в чем не бывало вернулась к своему столу, чтобы вызвать Кросса и Хикса.

Все еще чувствуя легкое покалывание на губах от этого неожиданного поцелуя, Скалли вдруг осознала, какой… сексуальной женщиной была Алекс.

Вскоре в офис зашла команда лучших детективов Кэйхилл.

- Вызывали, босс? – спросили они.

- Мы добыли список. Сэм, Дэрил, обработайте имеющиеся в нем имена и адреса. Классифицируйте их по районам, а затем по участкам. Когда закончите, сделайте шесть-семь дюжин копий, но только с имена и адресами. Я мобилизую все силы… - Она бросила взгляд на часы. – Сейчас два тридцать пополудни. Мне нужна эта информация не позже, чем в три сорок пять. Делайте что угодно, но успейте к этому сроку. Пусть все дневные и вечерние смены поработают сверхурочно. Вопросы?

Они молча покинули кабинет, как только Алекс передала им бумаги.

- А теперь что? – спросил Малдер.

- Я отправлю офицеров предупредить всех из списка, с кем мы сможем связаться.

- А я собираюсь взять его и попробовать… выяснить, кто станет очередной жертвой, - нахмурившись, сообщил Малдер.

- В чем дело? – спросила Скалли, от которой не ускользнула эта перемена в его настроении.

Он пожал плечами.

- Помните, как Алекс нашла меня, бьющимся головой о стену? – Обе женщины кивнули. – Ну, мне придется снова глубоко погрузиться в разум этого безумца, чтобы иметь хотя бы призрачный шанс установить его следующую цель.

- И должен сказать, что я отнюдь не в восторге от этой перспективы.


Сообщение отредактировал MrsSpooky - Вторник, 2013-05-21, 10:38 PM
 
Resist or Serve » Креативность » X-files FanFiction » Изба-читальня: "Код"
Поиск:

Copyright MyCorp © 2020