|
Изба-читальня: "Двенадцать обрядов посвящения"
|
|
| Kena | Дата: Среда, 2012-03-28, 11:57 AM | Сообщение # 106 |
 Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| - Я справлюсь. Ты должен отдыхать.
- Ничего страшного не случится, если я помою пару тарелок... - Малдер осекся, по выражению лица Скалли понимая, что спорить бесполезно.
- Лучше поищи колоду карт – очень уж хочется надрать тебе задницу в джин.
[Прим. Пер.: Джин – карточная игра. О правилах можно почитать здесь - http://www.megabook.ru/Article.asp?AID=629158]
Брови Малдера удивленно приподнялись, но он сразу пожалел об этом: рана на голове заныла. Агент вздрогнул, но попытался скрыть боль. Бесполезно.
- А лучше сначала возьми мою аптечку из ванной. Поменяю повязку, когда закончу убираться, - предложила Скалли. – Подожди в гостиной.
Малдер знал, что спорить бессмысленно, поэтому покорно направился в ванную и открыл стоявший на полке над унитазом плетеный ящик, где Скалли держала аптечку. Это был не обычный купленный в магазине сине-белый контейнер с красным крестом, который хранится в большинстве домов на случай каких-нибудь происшествий. Только не у доктора Скалли, нет. Ее аптечка представляла собой огромную картонную коробку, набитую самыми разнообразными предметами медицинского обихода – стерильными ватными тампонами, хирургическими бинтами, антисептиками, болеутоляющими, мазями-антибиотиками и, помимо всего прочего, вездесущими упаковками латексных перчаток. Малдер взял коробку под мышку и пошел в гостиную дождаться Скалли.
Он сел на диван и, слушая тихие звуки, доносившиеся из кухни, - мягкие шаги, перезвон посуды, - постепенно успокоился и даже почувствовал себя лучше – лучше, чем с кем-либо еще. Лучше, чем со своей семьей и уж точно лучше, чем с Фиби или другими женщинами. Одно присутствие Скалли помогало ему ощутить себя в безопасности, поверить в то, что пока она рядом, с ним ничего не случится.
Она не позволит.
Малдер вдруг понял, что больше не слышит ее передвижений, обернулся и посмотрел поверх стойки, отделявшей кухню от столовой, но Скалли так и не увидел.
Он зашел на кухню. Скалли стояла возле плиты, опершись руками на стойку и склонив голову. Эта поза выдавала измождение, накопившееся за последние дни. Малдер бесшумно подошел к напарнице и положил руки на ее напряженные плечи. Скалли чуть не подпрыгнула от неожиданности.
- Прости, - быстро сказал он, сжав ее плечи.
Скалли обернулась и посмотрела на напарника.
- Я же сказала подождать в гостиной.
- Разве я когда-нибудь тебя слушался? – шутливо спросил Малдер.
Она покачала головой и слегка потянулась, словно пытаясь размять шею.
- А надо бы.
- Знаю. - Малдер сделал несколько круговых движений пальцами по ее лопаткам, нажимая на напряженные мышцы. – Пойдем.
Малдер привел Скалли в гостиную и, усадив перед собой на диван, начал массажировать ей плечи.
- Надо поменять повязку, - прошептала Скалли, из-за усталости с трудом выговаривая слова.
- Не надо. Просто закрой глаза. Подумай о чем-нибудь приятном и спокойном.
Скалли немного наклонила голову, чтобы Малдеру было удобнее.
- У тебя хорошо получается.
- А ты думала, что я ни на что не гожусь?
- Как глупо с моей стороны.
Скалли немного расслабилась и прильнула к груди Малдера. Ее тело было горячим и податливым, и Малдер почувствовал приятное напряжение в паху.
Она наслаждалась его прикосновениями, а Малдер наслаждался тем, что приносил ей удовольствие.
- Неплохой способ скоротать время? – прошептал он.
|
| |
|
|
| Kena | Дата: Среда, 2012-03-28, 11:57 AM | Сообщение # 107 |
|
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| - Уж точно лучше игры в джин.
От низкого, мелодичного голоса Скалли у Малдера потеплело на душе. «Мы играем в очень опасную игру, - думал он. – Искушаем друг друга сделать еще один шаг по тонкому льду…»
Его пальцы скользнули вверх по бархатистой коже ее шеи, к затылку. Судя по низкому гортанному стону Скалли, Малдер нашел чувствительное местечко. Он закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки, и его пальцы задрожали.
«Я заставил ее стонать».
«И могу сделать это снова».
Малдер чувствовал себя победителем, и это дало ему смелость продолжать соблазнение.
Это ведь и есть соблазнение? Так ведь, Малдер?
Он хотел снова услышать возбуждение в голосе Скалли, хотел слиться с ней в единое целое, обнимать ее, искать и открывать секреты ее тела. Но сейчас был доволен и тем, что поглаживал ее шею в том самом месте, прикосновение к которому вызвало стон удовольствия.
- Хорошо?
- Ммм…
Скалли запрокинула голову, ее волосы, мягкие как шелк, щекотали руки Малдера.
- Никогда не думал, что эрогенная зона может быть на затылке, - игриво прошептал он ей на ухо.
Скалли тихо засмеялась и расслабилась еще больше.
- Ммм… Джек говорил то же самое.
Малдер застыл.
Джек говорил ей это?
Джек Уиллис?
Джек прикасался к ней так же?
Издевательский внутренний голос сам ответил на этот вопрос: «Ну разумеется, тупой идиот. Он был ее любовником задолго до того, как ты положил на нее глаз».
Малдер опустил руки и нервно сглотнул.
Скалли взглянула на напарника через плечо, нахмурившись.
- Что случилось?
Малдер просто смотрел на нее, не зная, что сказать. Вряд ли стоило говорить Скалли, что одна только мысль о том, что другой мужчина занимался с ней любовью, заставляла его содрогнуться. Наконец, он выдавил из себя:
- У меня руки болят.
Скалли резко обернулась и пристально посмотрела Малдеру в глаза. Он пытался не выдать своих эмоций, но сомневался, что у него получается.
Она молча кивнула и встала с дивана.
- Я в душ. Скоро вернусь.
Малдер кивнул и посмотрел ей вслед. Скалли на секунду остановилась в дверях и, обернувшись, заглянула Малдеру в глаза. В этом взгляде была тысяча невысказанных вопросов, но он не знал, как на них ответить.
После долгого молчания, казавшегося бесконечным, Скалли отвернулась и вошла в ванную. Малдер откинулся на подушки, ругая себя.
«Черт… А чего ты ожидал? Что она девственница?»
Но проблема была не в этом. И не в Джеке Уиллисе… Он давно уже умер, а их отношения со Скалли, плохие или хорошие, закончились задолго до того, как Малдер с ней познакомился. Проблема была в том, что Джек Уиллис знал Скалли совсем не так, как Малдер.
И это несправедливо.
Ему не нравилось, что между ними нет близости в полном смысле этого слова. Несмотря на риски и опасности, несмотря на правила, продиктованные здравым смыслом, несмотря на все предупреждающие звоночки, которые звучали в его голове каждый раз, когда они со Скалли приближались к невидимой границе между их мирами, Малдеру хотелось узнать о ней все – из-за чего она плакала, из-за чего смеялась, от чего страдала и от чего сходила с ума. Ее запах, ее вкус, ощущение ее кожи – он хотел познать все это.
Тогда зачем ты оттолкнул ее, Малдер?
Ей нравились его прикосновения, она отвечала на соблазнение. Зачем он все испортил?
Потому что понял, что точно так же она ответила бы любому более-менее привлекательному мужчине? Потому что любые сильные, теплые мужские руки заставили бы ее застонать? Потому что одинокой женщине подойдет кто угодно? - мрачно и напряженно вопрошал внутренний голос.
Малдер наклонился и, опершись локтями о колени, обхватил голову руками. Он хотел стать кем-то особенным. Хотел дать ей то, чего не мог дать больше никто.
И на мгновение ему показалось, что у него получается.
Но он ошибся.
Вдруг он ошибался и насчет многого другого?
Возможно, все эти годы он заблуждался, думая, что Скалли испытывает к нему какие-то чувства? Возможно, он просто принял желаемое за действительное, когда увидел эту искру между ними, возникшую в самом начале их партнерства? Возможно, это всего лишь результат работы его переутомленного воображения?
Возможно, он рисковал самым лучшим в своей жизни – дружбой с удивительной женщиной – ради борьбы с ветряными мельницами?
|
| |
|
|
| vladigora | Дата: Пятница, 2012-04-06, 9:14 PM | Сообщение # 108 |
 Суперагент
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 323
Статус: Offline
| Вот читаю и никак не пойму, почему я не могу здесь воспринимать МиС как МиС. Вроде никакого чудовищного ООСа, но чувствую, что-то тут не то. Когда читала сиквел, такого не было.
|
| |
|
|
| Kena | Дата: Суббота, 2012-04-07, 12:31 PM | Сообщение # 109 |
|
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| vladigora, мне кажется, здесь герои больше похожи на себя в первых сезонах, поэтому сейчас их уже тяжело так воспринимать. Малдер уж очень чувствительный, Скалли очень открытая. Думаю, если бы я этот фик прочитала после 3 сезона, то не почувствовала бы ооса, а вот после 7-9 уже не так... У меня такое же ощущение - герои немножко наивно-карамельные. Странно, но мне этим и понравился фик - уж очень надоели (даже мне)) ангст, мрак и безысходность последних сезонов.
Сообщение отредактировал Kena - Суббота, 2012-04-07, 2:10 PM |
| |
|
|
| Kena | Дата: Пятница, 2012-06-01, 6:35 PM | Сообщение # 110 |
|
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| Глава седьмая (из двенадцати)
Искупление
Квартира Даны Скалли
16 февраля 1998 года
5:03
Скалли как можно тише прошла в гостиную, стараясь не потревожить спокойно спавшего на диване напарника, и подошла к компьютеру. На экране включилась заставка с цитатой из «Моби Дика»: «Душа моя покорена, подавлена, и кем? Безумцем!» На губах Скалли заиграла улыбка.
[Прим. пер.: Цитата приведена в переводе И. Бернштейн]
«Очень подходящее высказывание», - подумала Дана.
Она подвигала мышкой, заставка исчезла, и на экране появилось окошко: «Открыть файл?»
Все внутри Скалли сжалось от предвкушения и страха. Она посмотрела через плечо на Малдера: во сне он выглядел гораздо умиротвореннее и моложе на несколько лет. Скалли знала, что он мало спал: она ненадолго проснулась около двух и увидела, что он сидит на диване и смотрит старый фильм с Джеймсом Дином, убавив громкость почти до нуля, чтобы не разбудить ее.
[Прим. пер.: Джеймс Дин – культовый американский актер, трагически погибший в возрасте 24 лет]
Скалли вздохнула. Как жаль, что она понятия не имеет, как будут развиваться ее отношения с этим удивительным, но таким сложным человеком. Почему им так трудно проверить свою дружбу на прочность? Друзья очень часто становятся любовниками, и у большинства этих историй – счастливый конец. Даже ее родители сначала подружились. Скалли столько раз слышала эту историю, что знала ее слово в слово. Маргарет встретилась с Уильямом еще в детстве: он был другом ее старшего брата Патрика и относился к Мэгги как типичный брат – иногда играл роль защитника, иногда – поверенного, иногда – терпеливого товарища по играм. Но эти отношения никогда не выходили за рамки дружеских, пока Маргарет не исполнилось семнадцать.
В тот год Уильям Скалли вернулся домой после окончания Военно-морской академии. Он получил офицерский чин и собирался через две недели отправиться на службу в Мобил, штат Алабама.
Тогда-то Маргарет и поняла, что по уши влюблена в своего лучшего друга.
Скалли улыбнулась, вспомнив заразительный смех матери, когда та рассказывала следующую часть истории. «Ну, вы ведь знаете меня. Если уж я что-то решила…»
Может, в этом и проблема, вдруг осознала Скалли. В том, что она так и не приняла окончательного решения насчет Малдера?
Между ними все было настолько запутанно… Что бы она ни решила, последствия могли стать ужасающими. Если продолжать игнорировать свои чувства к Малдеру, это может обернуться жестоким сожалением. И разве способна она и дальше работать с ним, постоянно подавляя свои желания? Тот факт, что им удалось так долго скрывать свои чувства, - скорее результат хаотичной и опасной природы их работы, а не взвешенного и продуманного решения.
К тому же Скалли не была до конца уверена в том, как Малдер к ней относится. Она знала, что он безоговорочно доверяет только ей. Знала, что он считает ее привлекательной, и произошедшая накануне, но не доведенная до логического конца попытка соблазнения была далеко не первым знаком, по которому Скалли догадалась, что напарник неравнодушен к ней как к женщине. Но способен ли он на большее? Способен ли любить так, как ей этого хотелось, – бесстрашно и бескомпромиссно? Так, как ее родители любили друг друга?
Скалли закрыла глаза. Черт возьми, у нее даже нет времени подумать об этом как следует. Им ведь столько предстояло сделать. Столько тайн открыть.
И в данный момент от этих тайн ее отделял один щелчок мышкой.
Скалли отвернулась от компьютера и направилась на кухню, чтобы включить кофеварку. Тихое журчание горячей воды, льющейся на молотые зерна в фильтре, было слышно даже в гостиной. Скалли на секунду остановилась около дивана и позволила себе полюбоваться на спящего Малдера.
Боже, как он красив! Не только физически, хотя Скалли объективно считала напарника весьма привлекательным мужчиной. Но истинная, внутренняя красота Малдера происходила из отчаянного, непримиримого благородства его души. Пусть иногда он выводил ее из себя, пусть невыносимо безрассудно относился к собственной безопасности, пусть был простодушным и упрямым в своем вечном поиске истины, но при любых обстоятельствах Малдер оставался хорошим, честным человеком, который совершал справедливые поступки ради справедливых целей. В этом мире он был представителем исчезающего вида, а этого достаточно для того, чтобы Скалли любила его.
Она протянула руку и нежно провела пальцами по щеке напарника. Тот вздрогнул, резко открыл глаза, и спокойствие, разгладившее тревожные морщины на лице Малдера, пока тот спал, мгновенно покинуло его. На долю секунды все его тело напряглось, но, встретившись глазами со Скалли, Малдер сразу расслабился, его взгляд смягчился, а на губах появилась смущенная улыбка.
- Доброе утро, - прошептала Скалли, отступив на шаг от Малдера.
|
| |
|
|
| Kena | Дата: Пятница, 2012-06-01, 6:35 PM | Сообщение # 111 |
|
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| - Доброе. – Он медленно привстал и зевнул, потирая глаза. Волосы у него торчали в разные стороны, а вокруг рта уже появилась щетина. Белая футболка помялась и вылезла из-за пояса джинсов. Запрокинув голову, Малдер потянулся и спросил:
– Кофе?
- Почти готов, - ответила Скалли.
Выражение лица Малдера вдруг полностью изменилось, он вскочил и торопливо подошел к компьютеру.
- Файл…
- Я решила подождать, пока ты проснешься.
Придвинув стул поближе к столу, Скалли села рядом с Малдером, который устроился в ее компьютерном кресле. Он взялся за мышку и уже собирался нажать на кнопку, но в этот момент Скалли накрыла ладонью его руку.
Малдер вопросительно посмотрел на напарницу.
- Просто… - Скалли глубоко вздохнула и решила начать заново. – Просто хочу сказать, что с нами все будет в порядке, что бы мы ни нашли на этой дискете. Ничто не сможет разрушить наши отношения.
Малдер пристально смотрел на Скалли, и она, ощутив, как тает под его взглядом, невольно задержала дыхание и почувствовала легкое головокружение. Малдер кивнул и, повернувшись к экрану, нажал на кнопку мыши. Скалли торопливо убрала руку, увидев, что экран заполнился рядами букв, и невольно наклонилась ближе к монитору.
«Дорогой Фокс…» - с этих слов начинался текст.
- Это письмо, - прошептал Малдер. – От моего отца.
Скалли собралась встать и отойти, но Малдер схватил ее за запястье.
- Не уходи.
Она смущенно посмотрела на напарника.
- Не хочу мешать.
- Что бы он ни написал, я не стану скрывать это от тебя. - Малдер мягко усадил ее обратно на стул, положив руку на спинку и притянув напарницу поближе к себе. Скалли уселась поудобнее, наслаждаясь теплом его руки, и придвинулась, чтобы прочитать сообщение на экране.
«Уже двадцать два года я храню обет молчания, осознавая всю тяжесть наложенного на меня вечного проклятья, как будто отбуду свое наказание до конца, если никогда не произнесу этих слов вслух. Но искупления не бывает без исповеди. И, хотя я уже не надеюсь на прощение, ради себя самого и в первую очередь – ради тебя – я должен хотя бы попытаться».
Скалли искоса взглянула на Малдера: он, с исказившимся от боли лицом, блуждал глазами по тексту. Скалли на секунду закрыла глаза, поддавшись пронзительному чувству тоски и сострадания к напарнику, но, преодолев это ощущение, заставила себя снова посмотреть на экран. Малдер продолжал читать.
«В этом файле есть вся информация, оставшаяся у меня во владении и в памяти. Увы, оба этих источника за последние годы несколько поржавели. Боюсь, здесь ты найдешь правду, которую я так долго не мог и не хотел признать. Но я попытаюсь найти в себе храбрость сделать это – храбрость, которой мне так не хватало все эти годы».
«Знай, сын, я всегда любил тебя. Все мои ошибки – моя вина и не имеют никакого отношения к тебе. Ты был хорошим и послушным сыном, и я получил от тебя гораздо больше, чем заслуживал. Решения, которые ты принимал в своей жизни, наполняют меня глубоким чувством гордости и еще более глубоким чувством стыда за свою собственную слабость. Я бы многое отдал, чтобы во мне нашлась хотя бы половина того мужества, которым обладаешь ты, Фокс. И мне жаль, что я не дал ни тебе, ни твоей матери даже долю той преданности и верности, которые вы демонстрируете по отношению к тем, кого любите».
«Каждый день я благодарю Бога за то, что ты не стал сыном своего отца».
Скалли снова посмотрела на Малдера и на этот раз увидела слезы у него на глазах. Он медленно повернулся к ней, но, не выдержав прямого взгляда, опустил глаза и беззвучно произнес что-то – медленно, осторожно, словно пытаясь подыскать подходящие слова, чтобы описать бушующие внутри него чувства. Скалли покачала головой, пытаясь показать, что слова ей не требуются - она ощущала то же самое и так же остро, как он, словно эти вымученные признания исходили из уст ее собственного отца.
Малдер закрыл глаза, пара слезинок стекла по щекам, и Скалли нежно стерла их. Она знала, что никакие слова не облегчат его боль и скорбь.
Малдер глубоко вздохнул, через долю секунды открыл глаза и наконец нашел в себе силы посмотреть на Скалли.
- Давай читать дальше.
Когда он убрал руку и потянулся к мышке, Скалли вдруг поймала его за запястье.
- Думаю, сначала надо распечатать файл.
|
| |
|
|
| Kena | Дата: Пятница, 2012-06-01, 6:36 PM | Сообщение # 112 |
|
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| В последний раз, когда у них на руках имелась жизненно важная информация, они потеряли ее из-за предательства и череды неудач. Скалли лишь хотела, чтобы на этот раз у них остались железные доказательства – нечто более реальное и существенное, чем просто скопление неосязаемых байтов на дискете.
Малдер, кивнув, нажал на кнопку «распечатать» и, когда на экране появилось окошко с бесчисленным множеством различных опций, вбил цифру три в поле «количество копий». Скалли молча ждала, когда раздастся тихое механическое жужжание, которое оповестит о том, что процесс печати запущен. Ожидание показалось ей вечностью.
И наконец принтер едва слышно зашелестел.
Скалли вздохнула с облегчением и заметила, что в тот же момент плечи Малдера расслабленно опустились, он весь обмяк, и его рука безвольно упала на колени.
- Так, пока все нормально.
Скалли постаралась подбодрить напарника, легонько сжав его ногу, и, встав со стула, подошла к принтеру, чтобы взглянуть на только что появившуюся первую страницу файла. К счастью, файл не зашифровал сам себя, когда была отправлена команда печати, чего Скалли серьезно опасалась.
Она собрала бумаги в стопку, внимательно проглядывая каждую страницу. После вступительного письма следовал странный набор документов, по виду напоминавших список пассажиров: имена, а напротив них – числа. Потом появилось несколько страниц с графиками, отображавшими результаты каких-то анализов…
Одно из имен привлекло внимание Скалли, и она поднесла лист к глазам, не смея вдохнуть.
«Господи…» - думала она, торопливо читая и пытаясь хотя бы приблизительно понять, что видит перед собой; но тщетно.
Она вернулась на несколько страниц раньше – к списку имен – и быстро проглядела его, разочарованно отметив, что имена были отсортированы по соответствующим числам, а не по алфавитному порядку. Скалли постаралась успокоиться и сосредоточиться и принялась внимательно изучать список, боясь пропустить имя, которое искала.
Глаза Скалли расширились от испуга, когда она дошла до своего имени. Рядом с ним стояла дата – 19 августа 1994 года – несколько дней спустя после похищения Дуэйном Бэрри. Опасения Скалли подтвердились: это был список пассажиров таинственного поезда, в котором проводили операции какие-то доктора…
Скалли закрыла глаза и попыталась отогнать чувство паники. «Дыши медленно, вдох – выдох», - говорила она себе и, подождав, пока ее сердце перестанет тревожно колотиться, открыла глаза. И обнаружила перед собой обеспокоенное лицо Малдера.
- Скалли?
- Думаю, это список жертв, над которыми проводили опыты.
Скалли положила список на стол, ткнула пальцем в свое имя и, пролистав несколько страниц, показала напарнику еще одного человека, имя которого фигурировало в каком-то странном описании психологического теста.
- Сара Чендлер, - тихо прочитал Малдер.
Скалли кивнула и принялась перечитывать список, водя пальцем по строкам. Имени Сары там не нашлось.
Тогда она вернулась к принтеру и, вытащив оттуда очередную кипу бумаг, обжегших ее заледеневшие, дрожавшие пальцы, просмотрела их и увидела еще один список людей, но вот даты были совсем другими и начинались аж с октября 1964 года. Доверившись интуиции, Скалли пролистала несколько страниц и, остановившись на другой дате – ноябре 1973 года, – внимательно проглядела список в поисках знакомого имени.
И увидела его.
Но не то, которое ожидала увидеть.
Среди упомянутых в списке за 1973 год людей не было Саманты Малдер.
Но там был кое-кто по фамилии Скалли.
Мелисса.
***
|
| |
|
|
| Kena | Дата: Пятница, 2012-06-01, 6:36 PM | Сообщение # 113 |
|
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| Малдер изучал письмо отца, по несколько раз внимательно перечитывая каждое предложение и каждый абзац, пытаясь найти между строк что-то, несущее более глубокий и более привычный для него смысл – выражение разочарования и гнева. Значение отцовского признания не укладывалось у Малдера в голове. Что бы еще они ни обнаружили в этом файле, ничто не поразит его больше, чем слова отца о любви и гордости за сына.
Произносил ли он их когда-нибудь вслух? Малдер не мог вспомнить ничего подобного. Слова гнева – да. Неодобрения – многократно. Стыда – несомненно. Но не любви. Не похвалы. Даже до исчезновения Саманты Билл Малдер был холодным, сдержанным человеком. Он слишком много пил и слишком мало спал. Все попытки приблизиться к нему пресекал на корню, прячась за маской презрения и равнодушия, и преодолеть эту преграду не могла ни женщина, так страстно желавшая любви и внимания собственного мужа, ни мальчик, который просто жаждал отцовского одобрения.
Малдер сдержал слезы, которые уже жгли ему глаза.
Такие чувства, которые Билл Малдер описал в своем письме, он, казалось, испытывал только по отношению к дочери – золотому ребенку в семье Малдеров. Только Саманте удавалось справиться с его безразличием. Это было органично заложено в самой натуре этого умного, веселого, яркого ребенка, которого невозможно было игнорировать. Даже сам Малер толком не мог разобраться в чувствах к сестре. Пусть он всегда обижался и ревновал, видя очевидное предпочтение, которое отдавал ей отец, но никогда не мог противиться притягательности этой маленькой обаятельной девочки.
Когда Саманта пропала, материя, из которой была соткана их семья, ослабла, истончилась и наконец распалась. Малдер вырос фактически сиротой, отдалившись от отца, сломленный необходимостью быть одновременно и сыном, и родителем для потерявшей голову от горя матери. Детство кончилось для Малдера, когда ему исполнилось двенадцать. Ему пришлось рано повзрослеть. Но в глубине души он навеки остался подростком, безнадежно тоскующим по сестре и винившим себя за то, что случилось с ней.
Малдер потер уставшие глаза, внезапно почувствовав себя полностью опустошенным после всего этого напряжения, накала эмоций и недостатка сна. Обессиленный таким стремительным развитием событий, он вдруг понял, что впал в какое-то непонятное оцепенение. Ну и Бог с ними, с этими мировыми загадками и тайнами, скрытыми на этой чертовой дискете. Сейчас ему хотелось только залезть в кровать и проспать целую неделю.
- Малдер?
Тихий подавленный голос Скалли вплыл в этот странный окутавший его туман изможденности. Малдер убрал руки от лица и повернулся к напарнице, едва различая ее очертания через пелену на глазах, но уже через мгновение увидел, что Скалли бледна как смерть, на лице – гримаса боли, рот открыт от удивления, а губы трясутся, будто она вот-вот расплачется.
Малдер сразу же вскочил со стула, тут же позабыв о своей смертельной усталости.
- Что такое?
Скалли боролась со слезами, судорожно сглатывая. Ее глаза расширились от ужаса, и она испуганно смотрела на напарника. Сердце Малдера охватила дрожь и тревога.
- Что случилось, Скалли? – повторил он свой вопрос и взял ее под локоть, пытаясь успокоить.
Скалли молча протянула ему кипу бумаг. Листы вывалились из ее дрожавших онемевших пальцев и рассыпались по столу. Скалли сжала губы, и со стороны было прекрасно видно, как она пытается взять себя в руки и скрыть удивление и страх. Малдер видел такое и раньше, и ее стойкость всегда восхищала его.
- Имя Мелиссы в списке, Малдер.
Он молча уставился на нее, пытаясь осмыслить эти слова.
- Мелиссы?
Скалли подвинула бумаги поближе к нему. Малдер взял распечатки и посмотрел туда, куда указывала напарница.
«№062863 – 18 августа 1973 года – Кингспорт, Теннеси. Мелисса Скалли. Д.р. 3/4/62. Рыжий/зеленые. 1,5 м. 37 кг. СМО, ПДРФ, ИГМ, ПсПроф. 8/18/73-8/19/73».
Малдер нахмурился.
- Что это такое?
Скалли покачала головой.
- Не знаю.
Он стал листать страницы в поиске титульного листа, на котором могла бы найтись какая-то подсказка относительно значения этих пометок, но не обнаружил ничего, кроме бесконечного списка номеров, дат, имен и аббревиатур. Список предваряла записка от отца.
«… мы обращаемся с невинными людьми с тем же уважением, что питаем к скоту, который ведут на бойню... к товару на рынке... к бездушной собственности…»
Малдер снова стал перебирать листы, надеясь обнаружить другие примечания отца. Вступительное письмо Билла Малдера было значительно более связным, чем эти заметки на полях.
«Наверное, к этому моменту он уже очень много пил», - подумал Малдер.
Скалли взялась за другую копию файла и, достав из ящика стола очки, села перед компьютером и убрала клавиатуру, чтобы можно было разложить бумаги. Малдер достал третью копию и аккуратно сложил листы в стопку. Эти бездумные механические действия помогали ему оценить всю значительность их очередного открытия.
|
| |
|
|
| Kena | Дата: Пятница, 2012-06-01, 6:36 PM | Сообщение # 114 |
|
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| Неужели и Мелисса?
«Сколько же жизней погубил вездесущий Консорциум? – думал Малдер. - Уильям Скалли, обе его дочери… Кто еще? Их братья?»
«Или, не приведи Господь, Маргарет Скалли?»
- Думаю, это результаты анализов, Малдер.
Он повернулся к напарнице, не глядя ей в глаза.
- Какого рода?
- ПДРФ – это полиморфизм длин рестрикционных фрагментов, проще говоря - генетический маркер. Такой анализ дает очень детальную генетическую информацию – гораздо более подробную, чем исследование методом ПЦР.
[Прим. пер.: ПДРФ (полиморфизм длин рестрикционных фрагментов) и ПЦР (полимеразная цепная реакция) - методы ДНК-анализа, использующиеся как в научных исследованиях, так и в медицине]
Малдер кивнул.
- А СМО? ИГМ?
Скалли пожала плечами.
- СМО – наверное, стандартный медицинский осмотр.
Звучит логично.
- А Пс.Проф. – психологический профиль? Если мы правы, то над каждым человеком в этом списке провели целую кучу опытов…
- Вот именно, Малдер. А это очень даже серьезное «если». – Скалли взяла несколько страниц со стола и еще раз просмотрела их. – Если мы расшифровали эти сокращения правильно, то не все подвергались таким процедурам.
Малдер сел рядом со Скалли и посмотрел туда, куда она указывала, постукивая пальцем.
- У большинства людей в этом списке есть отметки «СМО» и «ПДРФ», но только у нескольких – «Пс.Проф» и «ИГМ».
Малдер взглянул на список, пытаясь понять, есть ли какая-то система в этих обозначениях.
- Как думаешь, можем ли мы заключить, что вот эти даты в конце указывают на период, который тот или иной человек провел в руках похитителей?
Скалли поерзала на стуле, как будто ей вдруг стало неудобно сидеть.
- Малдер, думаю, еще рано делать такие выводы.
Малдер нахмурился, невероятно раздраженный даже этим немногословным и исключительно формальным опровержением его слов.
- Послушай, Скалли, я же ничего не говорю про инопланетян, если ты этого боишься.
- Я не боюсь, Малдер. – Скалли явно разозлилась и пригвоздила Малдера взглядом, как жука под микроскопом. – Просто думаю, что сейчас не время делать скоропалительные выводы насчет этих бумаг. Нужно гораздо больше доказательств…
«Ничего нового, - мрачно подумал Малдер. - Скалли могла бы оказаться лицом к лицу с чертовым Марвином Марсианином и все равно потребовала бы гораздо больше доказательств».
[Прим. пер.: Марвин Марсианин – анимационный персонаж, герой мультфильмов «Луни Тьюнс» (Looney Tunes) и «Веселые мелодии» (Merry Melodies)]
- А что еще эти даты могут означать?
Агенты молча смотрели друг на друга, и обстановка накалялась с каждой секундой. Скалли отвернулась первой.
- Не знаю.
Гнев Малдера рассеялся, когда он услышал это тихое неохотное признание. Он положил руку на плечо напарнице.
- Не желаю верить, что твою сестру подвергали бог знает каким процедурам, Скалли. Просто не хочу.
- Знаю.
Он сжал ее плечо и опустил руку на колени.
- Как думаешь, что значит ИГМ?
Скалли покачала головой.
- Я не встречала такого сокращения среди обычных медицинских аббревиатур. Это может быть что угодно.
Малдер снова взглянул на список и особенно внимательно – на имя Мелиссы Скалли.
- 19 августа 1973 года. Это дата для тебя что-нибудь значит? А место – Кингспорт, Теннесси? Вы тогда жили там?
|
| |
|
|
| Kena | Дата: Пятница, 2012-06-01, 6:37 PM | Сообщение # 115 |
|
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| - Нет, мне кажется, в семьдесят третьем мы жили в Пенсаколе – за год до этого переехали туда из Сан-Диего. – Скалли рассеянно взъерошила волосы и убрала за ухо непослушную прядь. – Думаю, мама может вспомнить больше.
- Тем лучше. Мы и так собирались с ней поговорить.
Скалли нахмурилась.
- Мне этого ужасно не хочется...
- Мне тоже.
Скалли обернулась к напарнику, глядя прямо ему в глаза - нежно, но уверенно. На какое-то мгновение у него перехватило дыхание, и только когда в тишине раздался ее голос, он смог вдохнуть полной грудью.
- Малдер, почему бы тебе не пойти принять душ, пока я одеваюсь? Нам надо хотя бы показаться в офисе, отметиться у Скиннера. Я подвезу тебя до дома, там и переоденешься.
Малдер кивнул и встал с кресла.
- Хорошо.
Он сжал плечо Скалли и отправился в ванную, захватив свою спортивную сумку. Как только дверь за ним закрылась, Малдер достал телефон из кармана куртки и набрал номер.
- Слушаю!
- Фрохики, мне нужна помощь. Что может значить аббревиатура ИГМ? Речь идет о каких-то медицинских тестах.
- Одинокие стрелки – первые по сбору информации о последних достижениях науки! ИГМ означает «извлечение генетического материала».
Брови Малдера удивленно приподнялись.
***
- Извлечение генетического материала?
Скалли невольно повторила жест напарника, скептически подняв бровь.
- Ну, это не типовая процедура, она не поставлена на поток, конечно, но возможна при современном технологическом уровне развития медицины.
Алан Пендрелл мямлил в трубку, как только что проснувшийся подросток, что было неудивительно, учитывая, что Скалли разбудила его посреди ночи.
– Самое интересное: зачем кому-то понадобилось бы извлекать генетический материал?
- Есть мысли?
- Ну, самой очевидной причиной было бы проведение сравнительного тестирования – это анализ ПДФР, только на несколько ступеней выше.
- В чем смысл такого тестирования?
- Возможно, установить репродуктивную совместимость. Или клонировать клетки некоторых органов – полагаю, теоретически эта технология однажды может достичь такого уровня, который позволит проводить клонирование отдельных органов из соматических клеток. Тогда больше не придется волноваться о том, чтобы подбирать для больных подходящих доноров – люди смогут извлекать соматические клетки из важных органов и замораживать их до того момента, как этот орган понадобится для пересадки. Его можно будет клонировать и имплантировать, вообще не боясь отторжения.
- Алан, это научная фантастика. Таких технологий не существует.
- Пока не существует, Дана. Но тридцать лет назад одну мысль о том, что человек когда-нибудь ступит на Луну, тоже называли научной фантастикой.
«Господи, - думала Скалли, - когда Пендрелл успел превратиться в Малдера?»
- А как давно существуют технологии, позволяющие извлекать генетический материал?
- Официально – с начала восьмидесятых, хотя, если верить парням из «Одинокого стрелка», многие думают, что эксперименты проводили уже в конце пятидесятых.
|
| |
|
|
| Kena | Дата: Пятница, 2012-06-01, 6:37 PM | Сообщение # 116 |
|
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| «Если верить парням из «Одинокого стрелка»? Надо было подумать головой и не отпускать Пендрелла с Байерсом, Лэнгли и Фрохики».
- Спасибо, Алан. Ты снова нам очень помог.
- А вы вернетесь на работу сегодня, Д… Дана?
Он до сих пор не научился произносить ее имя, не заикаясь.
- Мы с Малдером заедем ненадолго в офис, нам нужно поговорить кое с кем насчет этого нового дела. Если еще что-нибудь надумаете, у вас есть мой номер.
- Конечно.
Пендрелл явно был до смешного доволен этими словами.
- Спасибо, Алан. Мы с Малдером перед вами в долгу.
Скалли повесила трубку и пошла в спальню одеваться.
Она уже причесывалась, когда дверь ванной распахнулась, и оттуда появился Малдер, на ходу сушивший волосы полотенцем. На нем не было футболки, и Скалли, воспользовавшись тем, что полотенце закрывало ему глаза, окинула его тело пристальным оценивающим взглядом – стройный торс и мускулистый живот. Она знала по личному опыту, какой мягкой была его кожа на ощупь и какими твердыми были мускулы рук. Пусть подобные мысли и казались ей в данный момент совершенно неуместными, она ничего не могла с собой поделать и продолжала размышлять о том, как приятно было бы прикоснуться к нему…
Малдер убрал полотенце и посмотрел на Скалли.
Она быстро подняла глаза, надеясь, что напарник не заметит румянец, заливший ее лицо и шею.
- Кажется, я оставил бритву у мамы. У тебя нет запасной? И лосьона для бритья?
- В шкафчике над раковиной, - ответила Скалли и повела Малдера обратно в ванную.
Он открыл дверцу шкафчика и долго копошился в его содержимом, пока не достал упаковку одноразовых лезвий и банку геля для бритья. Взглянув на ее нежно-розовую этикетку, он усмехнулся.
- Повезло мне, что я в ладах с женской стороной своей натуры, - сказал он и осторожно понюхал гель, как будто боялся, что запах собьет его с ног.
Чтобы скрыть улыбку, Скалли полезла в шкафчик за своим лосьоном для умывания и, слегка пихнув Малдера в сторону, встала рядом с ним у раковины.
- Ты не против?
Он внимательно посмотрел на нее.
- Это твоя ванная.
Скалли открыла кран и проверила температуру воды. Малдер повторил эти движения, при этом задев руку напарницы, зачерпнул воды и плеснул себе в лицо.
Скалли вздрогнула, внезапно осознав, насколько интимен этот момент. Малдер даже не был одет: его тело еще не высохло после душа. Запахи мыла и пряного мужского дезодоранта витали в воздухе, обжигая ей ноздри и наполняя легкие. Скалли посмотрела в зеркало и увидела, что Малдер пристально смотрит на нее.
Их глаза встретились в отражении, но в этот момент Малдер снова наклонился, чтобы набрать воды, и вновь коснулся руки Скалли нежным, почти ласковым движением. Она попыталась вздохнуть поглубже, но не смогла.
Малдер медленно отошел от напарницы и поднес руку к лицу, оставив на ее предплечье дорожку из капелек воды. Скалли замерла на месте, держа руки под струей воды, и заворожено наблюдала в зеркало, как Малдер выдавил немного геля для бритья на ладонь. Комнату наполнил свежий морской запах.
- Мило, - тихо сказал он и размазал гель по лицу. Его щетина отросла настолько, что было слышно, как пальцы задевают жесткие волоски.
С трудом сглотнув, Скалли заставила себя оторвать взгляд от зеркала. Она выдавила немного лосьона на тканевую салфетку и принялась сосредоточенно умывать лицо и шею, пообещав себе больше не пялиться на напарника в зеркало. Ни в коем случае.
И снова взглянула в отражение.
Их глаза вновь встретились. Малдер долгим, неторопливым, но уверенным движением провел бритвой по подбородку. «Какие красивые руки, - подумала Скалли. - Он мог бы стать хирургом. И пальцы такие длинные, сильные, изящные…»
Прикусив губу, она наблюдала, как бритва скользит по подбородку Малдера. Из-под острого лезвия появлялись полосы нежной, немного порозовевшей от раздражения кожи. Пальцы Скалли словно сами тянулись к лицу напарника, желая прикоснуться к нему, почувствовать эту разницу между жесткой щетиной, еще оставшейся на лице, и мягкой, бархатистой, чисто выбритой кожей.
|
| |
|
|
| Kena | Дата: Пятница, 2012-06-01, 6:37 PM | Сообщение # 117 |
|
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| Сделав над собой невероятное усилие, Скалли все-таки заставила себя вернуть внимание к занятию, которым якобы была поглощена в данный момент. Покончив с умыванием, она наклонилась поближе к крану, чтобы смыть остатки мыла, и, когда наконец оказалась вне пределов видимости Малдера, и он не мог по одному только выражению ее лица понять, о чем она думает сейчас, Скалли позволила себе признать, что ей нравилось стоять вот так рядом с ним и чувствовать возбуждение, бесстыдно глазея на его частичную наготу. Ей нравилось ощущать свою женственность, контрастирующую с его мужественностью. Ей нравилась интимность такой близости, тепла его тела, окутывающего ее, как мягкое одеяло. Эти эмоции казались Скалли одновременно и уникальными в своей неповторимости, и абсолютно естественными. Она вполне могла представить, как эта сцена будет повторяться каждое утро, до конца ее жизни. И эта мысль искушала ее, причиняя почти болезненное желание.
И чертовски пугала.
Выпрямившись, Скалли вытерла лицо и, убрав полотенце, разрешила себе в последний раз взглянуть в зеркало. Малдер почти закончил бриться: нетронутой осталась только нижняя часть его подбородка. Он запрокинул голову и приступил к последнему этапу ритуала.
Внезапно его рука дрогнула, и Малдер тихо выругался. Несколько капелек крови показались у него на шее.
Скалли обернулась и рефлекторно протянула к нему руку.
- Давай я…
Но он резко схватил ее запястье и отвел ее руку в сторону.
- Нет.
Скалли удивленно посмотрела на напарника, испуганная внезапной сдавленностью в его голосе.
- Да я просто хотела посмотреть, не сильно ли ты порезался.
Он отпустил ее руку.
- Это просто царапина. Доктор Скалли может взять выходной, - сказал он, схватил выброшенную ей салфетку и стер с лица остатки пены, отодвинувшись на пару метров и повернувшись к Скалли спиной.
Ей оставалось только изумленно смотреть на отражение его спины в зеркале. Это что еще, черт возьми, такое? Он ссутулился, все мускулы были напряжены. «Господи, - думала Скалли, - можно подумать, я собиралась его задушить».
Она закрыла глаза, чтобы не видеть напарника. Что с ним творится? Кажется, каждое слово, каждое прикосновение только усиливало болезненное напряжение между агентами. И из них двоих именно Малдер не мог шагнуть вперед, не сделав при этом два шага назад.
Открыв глаза, Скалли думала о тысяче вещей, которые ей следовало сказать ему – о доверии, о любви, об опасности. Но, когда ее голос наконец раздался в тишине, она произнесла нечто совершенно иное:
- Будешь бейглы на завтрак? Или хлопья?
Малдер обернулся к Скалли с явным облегчением на лице.
- А что-нибудь с кучей жиров и сахара найдется?
- Посмотрю, что можно сделать, - ответила Скалли, заставив себя натянуто улыбнуться. Она внезапно поняла, что сейчас они оба пытаются ослабить это вновь возникшее между ними напряжение. Только не слишком успешно.
Скалли медленно пошла вслед за Малдером на кухню, держась позади и пытаясь понять, о чем он думает сейчас. Он был на грани, готов взорваться в любую секунду, и Скалли чувствовала себя точно так же.
И так не могло продолжаться вечно.
Рано или поздно им придется решить, что делать с их отношениями дальше.
|
| |
|
|
| Kena | Дата: Среда, 2012-08-08, 6:20 PM | Сообщение # 118 |
|
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| В связи с большой занятостью Оксаны vladigora, начиная с 8 главы этот фик бетит Светлячок, за что ей выносится большая благодарность.
Часть восьмая (из двенадцати)
Сомнение
Дом Маргарет Скалли
16 февраля 1998 года
8:04
Маргарет ощущала, что вот-вот произойдет нечто важное. Что-то невероятно значимое, способное изменить всю ее жизнь. Это знание происходило из самых сокровенных глубин ее души, откуда прежде неожиданно появлялись и иные предчувствия. Первые неприятные предощущения возникли еще в пятницу, когда в разгар приготовления ужина для одного из прихожан-инвалидов ее вдруг охватила уверенность в том, что с Даной что-то случилось. Звонок от Бентона Крейна подтвердил ее опасения, но в то же время ослабил страх: Дана подверглась нападению, но теперь с ней все в порядке. К тому же, с ней сейчас Фокс, и это тоже успокоило Мэгги.
Тогда Маргарет решила, что дискомфорт скоро пройдет, но не тут-то было. Он только усилился и трансформировался в нечто новое. Одно она знала точно – дело по-прежнему в Дане.
Но не только в ней.
Миссис Скалли находилась в постоянном напряжении, вздрагивала от каждого шороха и с трудом сохраняла самообладание. Что-то, чему она даже не могла подобрать определения, неотвратимо приближалось, давая о себе знать столь же явно, как надвигающаяся гроза в жаркий день.
Когда в дверь позвонили, у нее замерло сердце.
Ну, вот и оно.
Маргарет открыла дверь и увидела на пороге свою дочь вместе с Фоксом Малдером. От ее внимания не ускользнуло, что, хотя они стояли бок о бок, оба, казалось, были сейчас бесконечно далеки друг от друга. Очевидная натянутость в их отношениях опечалила ее. То, что для нее давным-давно было ясно как день, почему-то представляло огромную трудность для этих двоих. Разве они не поняли до сих пор, как хрупка, как быстротечна жизнь? Насколько редко выпадает шанс найти истинное счастье?
Когда первые из нахлынувших на Маргарет ощущений – напряжения, страха, гнева, - рассеялись, она заметила другие, более осязаемые, но ускользнувшие поначалу от ее взгляда тревожные знаки: царапину на подбородке Даны, повязку на голове ее напарника и покрывавшие его щеку фиолетовые синяки.
- Господи, что с вами стряслось?
Дана попыталась обнадеживающе улыбнуться, а Фокс ответил вместо нее.
- Просто Скалли решила сесть за руль.
Мэгги усмехнулась, заметив, какой взгляд дочь бросила на напарника, и жестом пригласила их войти. Услышав привычную суховатую шутку из уст Малдера, она немного расслабилась: даже в самые трудные времена, даже тогда, когда сама она практически потеряла надежду вновь увидеть свою дочь, Фоксу удавалось на время рассеять ее печаль. И Мэгги всегда будет любить его за эти пусть немногочисленные, но такие важные моменты радости, подаренные им в период, полностью лишенный света и надежды.
- Что-то случилось? – Маргарет, не теряя времени, провела своих гостей прямиком на кухню, где семейство Скалли традиционно проводило все важные беседы. И без лишних слов занялась приготовлением кофе: Дане со сливками и без сахара, Фоксу – черный с чайной ложкой меда. Дана тихонько прошла на кухню, а Малдер облокотился о шкаф и наблюдал, как суетится Маргарет. Она не сомневалась, что он заговорит первым, отчетливо ощущая витающие в воздухе незаданные вопросы.
Но первой тишину нарушила Дана.
- Мам, нам нужна твоя помощь.
Маргарет посмотрела дочери в глаза.
- Конечно.
Дана глубоко вздохнула, обдумывая следующие слова. Мэгги перевела взгляд с обеспокоенного лица дочери на напряженное лицо стоявшего рядом с ней напарника. Он был словно сжатая пружина, переполнен лихорадочной энергией, которая, казалось, в любую секунду может выплеснуться наружу и захлестнуть все вокруг. Отвернувшись, Маргарет невольно подумала, что ее дочь, должно быть, очень сильная женщина, раз у нее хватает сил иметь дело с таким человеком каждый божий день.
Прекратив расхаживать из угла в угол, Дана повернулась к матери.
- Мам, не упоминал ли отец перед смертью о своей поездке в Бостон, где встречался с Биллом Малдером?
Маргарет тихо вздохнула, безуспешно стараясь скрыть грусть, нахлынувшую на нее при этом воспоминании. Уильям так беспокоился о дочери, переживал, как бы та не попала в беду из-за напарника. Большую часть жизни ее супруг прослужил на флоте и, несмотря на то, что он сделал карьеру, выполняя долг перед родиной, эта работа привнесла в его мировоззрение определенную долю цинизма. Он познал цену свободы и понимал, во что обходится обман. И его снедали опасения, что дочери вскорости придется выучить этот урок на собственном опыте.
- Ты знала об этом, мам? – в глазах Даны появилась боль и страх предательства.
Маргарет прикрыла глаза.
- Да.
- Зачем? О чем он хотел поговорить с мистером Малдером? – спросила Скалли натянутым голосом.
Глаза Маргарет от удивления распахнулись.
- Дана! Ты же понимаешь, что твой отец никогда бы не поступил бесчестно? Я надеюсь, ты не ставишь это под сомнение?
Фокс торопливо вставил:
- Конечно, не ставит. И я тоже.
Дана немного удивленно посмотрела на напарника, а тот ответил ей таким эмоциональным взглядом, что это только укрепило убежденность Маргарет в том, что ни один мужчина не сможет занять настолько же прочное место в жизни ее дочери. Они словно вели оживленный разговор без единого слова – одними взглядами и движениями бровей.
Но самые главные слова должны быть рано или поздно произнесены и произнесены вслух, и одному из них все равно придется набраться смелости начать разговор.
Дана отвернулась от напарника и смело посмотрела в глаза матери.
- Я знаю, он бы никогда не поступил бесчестно. Но ведь какая-то причина встречаться с отцом Малдера у него была?
- Как ты об этом узнала? – спросила Маргарет.
Дана достала из кармана пальто сложенный листок бумаги и какую-то записную книжку.
- Мы нашли это в вещах Билла Малдера.
Маргарет взяла листок из рук Даны и, развернув его, быстро пробежала по тексту глазами. Она судорожно вздохнула, узнав почерк мужа – знакомый решительный нажим и округлые буквы. К глазам на мгновенье подступили слезы: ей вспомнились все письма, все записки, все послания, написанные этим родным почерком.
- Что отец подразумевал под «достойным внимания» мистера Малдера? – спросила Скалли.
Маргарет покачала головой, словно пытаясь стряхнуть охватившую ее грусть.
- Понятия не имею.
- Он хоть что-нибудь говорил вам об этом? – спросил Фокс мягким, даже слегка нерешительным голосом.
Маргарет взглянула ему в глаза, отметив, что в них сквозила настороженность.
- Давайте присядем. Расскажу все, что смогу вспомнить.
***
Скалли физически чувствовала пристальный и напряженный взгляд напарника. Он хотел не то успокоить ее, не то спросить о чем-то. Но она не могла заставить себя посмотреть ему в глаза – не сейчас, когда ее эмоции настолько обнажены и обострены до предела. Малдер зависел от ее силы духа и самообладания, и она не хотела снова потерять его на глазах у напарника.
- Фокс, я ведь рассказывала тебе об отце Даны, о том, что для него означали понятия «долг» и «верность своей стране»?
- Конечно.
- Единственное, что он любил больше моря и флота, - это свою семью. Он бы на все пошел ради нас. Принес бы любую жертву. Если бы мы только попросили его об этом, он бы отказался и от службы на флоте, и вообще от карьеры военного.
- Но мы никогда не поступили бы так, хотя работа отнимала все его время, - прошептала Скалли, и легкая грустная улыбка промелькнула на ее губах, когда она вспомнила об отце и его страсти к своей работе. – Ахава нельзя было разлучить с морем. И мы знали об этом.
- Ему повезло с родными. – Малдер легонько погладил Скалли по ноге и сжал ее колено. Движение, призванное утешить, наоборот, только взволновало ее еще сильнее: Скалли остро, до дрожи ощущала близость Малдера и специально вздохнула поглубже, пытаясь успокоиться.
- Это нам повезло, - мягко возразила Маргарет, ее глаза затуманились, а мысли явно унеслись в далекое прошлое. – Он был хорошим мужем, замечательным отцом. Уильям сделал бы все ради безопасности своих детей.
- Поэтому он хотел встретиться с мистером Малдером? – Скалли сжала руку матери.
Маргарет с трудом оторвалась от воспоминаний и посмотрела дочери в глаза.
- Да. Когда ты сообщила нам, что будешь работать с Фоксом Малдером, это имя показалось твоему отцу знакомым.
- Знакомым? – переспросил Малдер.
- По-видимому, пути Уильяма и твоего отца когда-то уже пересекались, Фокс. Ты в то время, скорее всего, был еще малышом, а Дана даже не родилась.
- Когда именно, мам? – спросила Скалли. – При каких обстоятельствах?
- Я почти не помню, милая, все это было так давно… Связано с каким-то военным инцидентом. Уильям тогда потерял близкого друга.
- Каким инцидентом? – еще раз переспросил Фокс.
- В самом начале карьеры Уильям служил на подводном флоте, - ответила Маргарет. – Младшим лейтенантом на военном эскорт-корабле «Блэр» в 1963-ем. Тогда их вызвали в связи с обнаружением неопознанной русской субмарины… Судя по всему, на борту произошел мятеж. Команда зарядила торпедный отсек и приготовилась стрелять. Уильяму и его команде дали приказ затопить русскую подлодку.
- Но…? – поторопила ее Скалли.
- Но Уильям потом рассказал мне, что гидроакустик «Блэр» готов был поклясться, что это не русская субмарина – звук винта совсем другой.
- Это могла быть другая американская подлодка? – спросил Малдер.
Скалли знала, что он намекает на «Трешер». Сказать по правде, она и сама об этом подумала. Если кто-то в правительстве хотел, чтобы «Трешер» затонул, они знали, как это устроить. И как замять.
- Так в итоге решил и Уильям, - призналась Маргарет. – До самой смерти этот случай не давал ему покоя. Потому что в тот самый день, когда «Блэр» затопила эту так называемую русскую подлодку, его друг Томас Линвуд погиб на субмарине в ходе какого-то странного инцидента в том же районе.
- «Трешер», - прошептал Малдер.
Маргарет удивленно взглянула на него.
- Да. Откуда ты знаешь?
Малдер засунул руку в нагрудный карман пиджака.
- Вот что мы нашли в вещах моего отца.
Маргарет взяла вырезку из газеты и быстро просмотрела ее, нахмурив лоб.
- Как думаешь, почему твой отец сохранил эту статью?
- Потому что она непосредственно связана вот с этим событием. – Малдер протянул ей еще одну бумагу – меморандум Госдепа о происшествии с русской субмариной. – Мой отец написал этот меморандум о затоплении русской подлодки. Но, думаю, капитан Скалли был прав. Думаю, «Блэр» затопила «Трешер».
- Но зачем? – спросила Маргарет.
Скалли опустила взгляд, непроизвольно сжимая и разжимая кулаки. Действительно, зачем?
Всего лишь недоразумение? Ошибка, приведшая к катастрофе, которую военным и Госдепу пришлось потом скрывать? Или «Трешер» затопили специально, по прямому указу вышестоящего начальства, движимого своими собственными загадочными интересами?
- Капитан Скалли когда-нибудь озвучивал свои подозрения в разговорах с коллегами?
Маргарет кивнула.
- Да. Его поблагодарили за проявленное рвение и проинформировали, что дальнейшим поиском и проверкой информации по этому случаю займется военная секретная служба.
- И на этом все и закончилось.
Маргарет взглянула на Малдера.
- Всю оставшуюся жизнь это происшествие мучило Уильяма. Он действовал согласно протоколу, проинформировал соответствующие инстанции в письменной форме…
Малдер тихо и с нескрываемым сарказмом усмехнулся, но покраснел, когда обе женщины в ответ одарили его резкими взглядами.
- Просто иногда очень трудно разобраться, кто свой, а кто чужой.
Маргарет кивнула.
- Уильям сказал то же самое.
- Вы упомянули, что пути капитана Скалли и моего отца пересекались в связи с этим случаем. Как именно?
- Точно не знаю, - ответила миссис Скалли. – Он долго отсутствовал, а рейс был засекречен, поскольку относился к военной операции, поэтому он мало что мог мне рассказать. – Она отодвинула стул и встала. – Но, думаю, кое-где вы сможете найти больше информации.
Скалли и Малдер поднялись, быстро обменявшись взглядами. Глаза Малдера потемнели от нетерпения, а Скалли разрывалась между предвкушением и от страхом.
- Где, мам?
Выражение лица Маргарет смягчилось, а на губах заиграла улыбка.
- Отец сам тебе расскажет.
|
| |
|
|
| Kena | Дата: Среда, 2012-08-08, 6:21 PM | Сообщение # 119 |
|
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| ***
Дом Маргарет Скалли
16 февраля 1998 года
8:58
Малдер неторопливо обошел кабинет Уильяма Скалли, отметив про себя простую, суровую обстановку комнаты. Две из четырех стен занимали книжные шкафы, а напротив окна стоял видавший виды, но крепкий письменный стол из красного дерева и два шкафчика с картотекой. На секунду Малдеру показалось, что он вернулся в свой старый дом в Чилмарке, в кабинет отца. Обстановка там была более изысканной, но в атмосфере превалировала такая же утилитарная строгость. У Билла Малдера и Уильяма Скалли было очень много общего.
Что еще, помимо любви к аскетичному декору?
Малдер заверил миссис Скалли, что нисколько не сомневался в чести и достоинстве Уильяма Скалли и в общем и целом не соврал.
Но он столько видел, столько раз разочаровывался, что уже не мог доверять никому безоговорочно.
Кроме Скалли.
Малдер украдкой взглянул на нее. Напарница, прислонившись к столу, наблюдала, как ее мать отпирает один из шкафов. Со стороны могло показаться, что она спокойна и безмятежна, но Малдер знал Скалли достаточно давно, чтобы сразу заметить морщинки, прорезавшие ее лоб от напряжения, резкие движения груди, свидетельствовавшие об учащенном от волнения дыхании. Она боялась. Страшно боялась, что какая-нибудь находка заставит ее усомниться в уважении и обожании собственного отца.
Малдер завидовал тому, что у нее еще есть иллюзии, которых можно лишиться. От его собственного идеализма не осталось и следа уже много лет назад, а последние открытия, касающиеся предательства его отца, стали последней каплей.
Скалли повернулась к напарнику, на мгновение встретившись с ним глазами, но тут же торопливо отвела взгляд.
- Отец вел дневник, сколько себя помню. – Ее голос казался тихим, безучастным. – Когда я была маленькой, он иногда записывал что-то и спрашивал меня, как правильно пишутся слова. Такая у нас была игра. Обычно он называл простые слова – «бежать» или «вода», но иногда лукаво поглядывал на меня и интересовался, как правильно пишется что-нибудь вроде слова «преломление». – Она тихонько усмехнулась и показала рукой на шерстяной коврик у стола. – Вот тут я училась правописанию, сидя на полу у папы в ногах.
- И даже победила в соревновании по орфографии, когда была в пятом классе, - бросила через плечо Маргарет. Она с силой дернула ручку нижнего ящика, и он открылся. Миссис Скалли вытащила оттуда несколько тонких обтянутых кожей записных книжек. – Это его дневники от начала 60-ых. – Она протянула их Скалли и открыла один из верхних ящиков. – А эти - от 1992 и 1993 годов. – И отдала их Малдеру.
Он взял дневники, вытащил очки из кармана и нацепил их на нос. Усевшись в одно из кожаных кресел у стола, Малдер открыл записную книжку и начал перелистывать страницы, пытаясь отыскать имя своего отца.
- Даже не знаю, получится ли у меня. - Его сосредоточенное чтение прервал голос Скалли. Малдер посмотрел на нее и увидел, что напарница прижала дневник к себе и нахмурилась. – У меня такое ощущение, будто я вмешиваюсь в папину личную жизнь.
Маргарет подошла к дочери и обняла ее за плечи.
- Дана, он был бы рад, если бы эти записи тебе помогли.
Скалли быстро взглянула на Малдера, и он с привычной легкостью прочитал смысл этого взгляда. Напарница ничуть не хуже него понимала, что настало время поискать ответы на кое-какие вопросы, возникшие после прочтения бумаг, хранившихся в сундуке Билла Малдера.
В частности, о том, что случилось с Мелиссой в 1973 году.
Скалли очень не хотелось поднимать эту тему. И не хотелось, чтобы Малдер начинал разговор. Не хотелось даже задумываться об этом. Это нежелание явственно читалось на ее обеспокоенном лице.
Малдер и сам не знал, что делать. Он меньше всего хотел еще сильнее расстраивать миссис Скалли, но, быть может, если им удастся выяснить, что произошло с Мелиссой, то тогда они узнают больше и о случившемся с его сестрой. Вероятно, у него появятся доказательства, и он даже отыщет ее останки. Тогда они с матерью могут отпустить Саманту, дать ей покоиться с миром и продолжать жить дальше.
- Мне нужно ненадолго отлучиться, дорогая, - заговорила Маргарет, прервав молчаливый напряженный диалог между Скалли и Малдером. – Оставайтесь здесь, сколько понадобится. Чувствуйте себя, как дома. В холодильнике есть чай, можно сделать сэндвичи. Я вернусь домой до обеда.
Скалли молчала, пока не услышала, как за матерью захлопнулась дверь, а потом повернулась к Малдеру.
- Мне кажется, все это очень тяжело для мамы. Она пытается не подавать виду, но ужасно скучает по отцу. Он вышел на пенсию всего за год или два до смерти – они так мечтали провести все это время вместе, каждый день…
Малдер кивнул.
- Жизнь иногда невыразимо жестока.
Взгляд Скалли сочувственно смягчился, и что-то внутри Малдера отозвалось. Он твердо знал, что если сейчас шагнет к ней навстречу и выкажет ту боль и страх, что так долго прячет внутри себя, она не отшатнется и смело примет их, постарается облегчить его участь, забрать эту ношу себе. Как раз тогда, когда он наконец свыкся со своей пугающей участью одиночки, Скалли оказалась рядом и поддержала его в этом нескончаемом сражении против невидимых врагов.
Слава Богу.
Но Малдер все равно не мог заставить себя откреститься от ставшей столь привычной боли. Иногда ему даже казалось, что только благодаря этим страданиям он все еще держится. Они, как клей, не давали ему рассыпаться на миллион крохотных кусочков. Раз он чувствовал боль, значит, был все еще жив, по-прежнему дышал.
Малдер снова посмотрел на лежавший у него на коленях дневник, пролистал страницы до марта 1992 года и выбрал шестое число – день, когда Скалли направили в Секретные материалы. Никаких записей. Зато спустя три дня Уильям Скалли написал следующее:
«Дана стала полевым агентом. Она говорит, что рада попробовать что-то новое, но меня совершенно не греет мысль о том, что моя девочка теперь должна ходить по улицам с пистолетом за пазухой. Кроме того, ее назначили в какой-то странный отдел, точнее, проект, как она говорит. Называется Секретные материалы. Я расспросил про него Бада Кромвелла, и он рассмеялся. Судя по всему, какой-то эксцентричный гений в Бюро прячется в подвале штаб-квартиры ФБР и занимается поиском призраков и гоблинов. Господи Боже мой, и ради этого я служил и защищал родину столько лет?
И вот теперь бедняжке Старбак придется работать с этим чудаком. Ну что ж, если кто-то на этом свете и может поставить этого парня на место, так это моя дочь».
Губы Малдера изогнулись в улыбке. Это уж точно.
Тот факт, что отец Скалли видел в нем всего-навсего неудачника, изгоя, который будет не больше чем помехой в жизни его дочери, отнюдь не грел душу. Хотя у Малдера была склонность к самоненавистничеству, он все-таки понимал, что Дана Скалли воспринимает напарника отнюдь не в качестве камня на шее, тянущего ее ко дну. Он спасал ей жизнь, она спасала жизнь ему – и неоднократно. Всякий раз, когда ей требовалось утешение или поддержка, он оказывался рядом. А иногда, пусть она ни за что в этом не призналась бы, даже умудрялся ее рассмешить.
Малдер посмотрел на напарницу и, видя, что она целиком погрузилась в чтение дневника, воспользовался этим моментом, чтобы без помех полюбоваться на нее, отметив, что, чем дольше Скалли читает слова отца, тем отчетливее преображается выражение ее лица. Такие тонкости никогда не ускользали от него. Их отношения стали самыми насыщенными, самыми необыкновенными и самыми длительными их всех, которые у него были, тем не менее, несмотря на это, общество напарницы никогда не приедалось ему. Напротив, даже в ее внешности он всякий раз подмечал в ней что-то новое, что-то незамеченное ранее – волнистую прядь волос, почти невидную мушку над верхней губой, то, как менялся цвет ее глаз – столь же часто, как погода за окном.
- Что-нибудь нашла? – спросил он.
Скалли посмотрела на напарника, удивленно моргнув, словно за это время успела вовсе позабыть о его присутствии в комнате.
- Читаю запись от 11 апреля 1963 года – это день, когда затонул «Трешер». В основном, папины записи касаются смерти его друга. Здесь ничего не сказано о каких-либо подозрениях касательно «Трешера» и русской субмарины. Но это на него очень похоже: отец обязательно сначала пробил бы информацию по всем нужным каналам, а не рассуждал об этом в своем дневнике.
Малдер кивнул и снова сосредоточился на записях, медленно листая страницы в попытке отыскать среди заметок Уильяма Скалли знакомые имена или даты. В записи за октябрь 1992 года он нашел еще одно упоминание Секретных материалов.
«Дана приезжала сегодня. Кажется, она довольна своей работой в Секретных материалах, хотя, когда я спросил ее о напарнике, она только закатила глаза. Бедный дурачок, он, наверное, сидит теперь, съежившись, в своем подвале и трясется от одного ее вида. Молодец моя дочурка, так держать!»
Малдер тихо усмехнулся.
- Что такое? – спросила Скалли, оторвавшись от дневника.
- Мнение твоего отца обо мне… оставляет желать лучшего.
- Он же никогда с тобой не встречался, Малдер.
- Ну, ты явно описала меня, не жалея красок. Юродивый, который прячется в подвале ФБР и боится солнечного света. И, разумеется, испытывает благоговейный трепет перед своей напарницей.
Глаза Скалли игриво засверкали.
- Понятия не имею, откуда у него такое впечатление.
Малдер выгнул бровь и снова принялся читать дневник. Следующая интересная запись была датирована 15-ым октября 1993 года:
«Мои давние подозрения подтвердились. Малдер – напарник Даны – действительно сын Билла Малдера. Теперь я задаюсь вопросом о том, кто именно назначил ее в отдел Секретных материалов и с какой целью. Достаточно омерзительно сознавать, что я сам был пешкой в чужой игре. Что когда я служил на флоте, мне лгали и пытались мной манипулировать. Я не позволю, чтобы то же самое случилось с моей дочерью. Цена может оказаться слишком велика. И я не стану сидеть сложа руки. Дана, конечно, разозлится на меня за вмешательство, но я просто не могу бросить ее одну в самом змеином гнезде и даже не попытаться что-нибудь изменить».
А потом – 12 ноября:
«Я отправил письмо Биллу Малдеру и попросил его встретиться со мной в Бостоне 19 ноября. Написал, что хочу обменяться важной информацией. Пусть поверит, будто я знаю больше, чем на самом деле, – это не повредит. Ясное дело, риск немалый, но мои источники утверждают, что Малдер – персона нон-грата в кругу его бывших соратников, пьяница и трус.
Сомневаюсь, что мне следует бояться, но уверен, что поездка окупится сполна».
Малдер выдохнул с облегчением. Все сомнения, которые он подспудно питал относительно Уильяма Скалли, исчезли без следа и оставили после себя лишь глубокое и растущее чувство уважения и восхищения перед покойным отцом напарницы. Малдер сожалел, что ему так и не выпал шанс встретиться с ним лично. Конечно, человек, который сумел завоевать сердце миссис Скалли и воспитал такую дочь, как Дана, просто не мог оказаться злодеем.
Но, когда он вновь перечитал абзац, чувство облегчения сменилось сожалением: «Он пьяница и трус»…
Брови Малдера слегка приподнялись. Давайте, капитан Скалли, не смягчайте удар. Расскажите, что вы на самом деле думали о семье Малдеров…
- Малдер, только послушай, - голос Скалли вытянул его из мрачных размышлений. Она принялась зачитывать запись из дневника вслух:
«Наконец я представил военному комитету свои подозрения относительно происшествия с русской субмариной. Изложил сомнения гидроакустика Джоффри по поводу звука винта и подтвердил его слова, но все впустую. Комитет сообщил мне, что команда из Пентагона под прямым руководством Госдепа тщательнейшим образом проверила оба инцидента и не увидела между ними никакой связи. Мне даже показали написанный по этому поводу меморандум.
Не верю, что они говорят правду, но у меня нет никаких доказательств обратного, и я просто не могу оспорить официальный отчет. Но основательно сомневаюсь в том, что в департаменте провели достаточно глубокую проверку. Ни меня, ни лейтенанта Джоффри не опрашивали об этом происшествии. Сейчас лейтенант находится в самоволке, и некому подкрепить мои умозаключения. Все, что у меня есть, - это подозрения и имя человека в Госдепе, ведущего это расследование, - Уильям Малдер».
Скалли взглянула на напарника.
- Вот об этой связи, скорее всего, и говорила мама.
Малдер кивнул, вдруг почувствовав, что разболелась голова. Он снял очки и сжал пальцами переносицу.
- Что еще там сказано? Нет упоминаний о смерти лейтенанта Джоффри?
Брови Скалли удивленно приподнялись.
- Смерти?
- Ты же не думаешь, что он правда ни с того ни с сего отправился в самоволку? Чересчур уж удобное совпадение, не находишь?
- Пожалуй.
Скалли тихо вздохнула и снова уткнулась в дневник.
Малдер какое-то время не спускал с нее глаз и чувствовал, что его захлестывает острый приступ сильнейшей зависти. «Как здорово, наверное, - думал он, - знать, что твой отец прямо-таки образец для подражания. Чертов Капитан Честность по кличке «Все-по-инструкции». Мистер «Я такой, мать вашу, идеальный, что на моем фоне Билл Малдер выглядит самим Антихристом!»…»
Малдеру вдруг захотелось что-нибудь швырнуть об стену и полюбоваться, как оно разлетится вдребезги. Желание прошло через секунду, но этого мгновения хватило, чтобы напомнить ему, что перспектива пойти по стопам своего отца вполне реальна.
И гнев рассеялся, оставив после себя лишь чувство вины и раскаяния. Он злился вовсе не на Уильяма Скалли – к чему притворяться? Малдер негодовал против слабости и озлобленности собственного отца. Что бы он только не отдал за то, чтобы его отцом стал Уильям Скалли! Человек, который готов был бросить вызов самому дьяволу ради благополучия своих детей. Капитан Скалли никому бы не позволил заставить себя выбирать между детьми. И сражался бы за них до последнего вздоха.
Слезы обиды защипали Малдеру глаза, и он потер их, пытаясь прийти в себя. Хватит, самобичевание вряд ли поможет распутать этот клубок.
- Джоффри обнаружили мертвым в переулке в Сан-Франциско спустя две недели после катастрофы.
Голос Скалли показался Малдеру тихим и усталым.
Он взглянул на нее слегка затуманенными глазами.
- Убит?
- Передозировка опиума.
Малдер кивнул.
- Значит, убит.
- Мой отец тоже так подумал. – Скалли положила дневник на стол и откинула назад прядь волос. – Я понятия не имела, что ему через такое пришлось пройти. Он никогда нам об этом не рассказывал.
- Думаю, хотел уберечь свою семью от подобных историй. Тяжело привить детям патриотизм, когда правительство твоей страны выкидывает такое.
- Ты всегда был таким циничным, Малдер? Разве твой отец тебя не жалел? Хотя бы немножко?
- О да, конечно, жалел, - пробормотал Малдер искаженным от гнева голосом. – Ценой жизни моей сестры. Спасибо, папочка.
Нижняя губа Скалли задрожала, и Малдер укорил себя за то, что опять выплеснул на нее свою боль и злость. За что ей все это? Опасность, с которой приходится сталкиваться из-за него каждый божий день? Потеря веры…?
- А что у тебя? Нашел что-нибудь? – спросила Скалли, заставив себя успокоиться и кивком указав на дневник.
- Только краткий реестр всех промахов нашей семейки. – Малдер попытался улыбнуться, но из этого ничего не вышло. – Собираюсь почитать, что он написал по поводу встречи с отцом в Бостоне. Полагаю, она все-таки состоялась.
Открыв дневник, Малдер перелистал страницы до записи, датированной 18 ноября 1993 года, и принялся читать вслух.
«Билл Малдер оказался куда более жалким человеком, чем я рассчитывал. И не только в физическом отношении, но и в эмоциональном и духовном тоже. Фактически это не человек, а одна только оболочка – одна видимость человечности, прикрывающая внутреннюю пустоту. Он уже давно не живет, а существует, и я понял это задолго до того, как Малдер озвучил ту же мысль сам. Он потерял все, и ради чего? Ради каких целей? Не знаю. И не думаю, что сам Малдер знает.
Мне хотелось возненавидеть его за то зло, что он сотворил, но встреча с ним скорее породила во мне жалость. Да, мне было жаль этого человека, потому что я осознал, что у меня есть то, о чем он больше всего мечтает, - семья, которая меня любит. Чистая совесть. Искреннее желание жить».
Малдер с трудом сглотнул, и дневник выпал из рук ему на колени. Читать стало невыносимо тяжело.
Скалли встала из-за стола и, присев на корточки рядом с Малдером, накрыла его руку своей, чем вынудила Малдера поднять глаза и встретиться с ее взглядом, полным нежности и сострадания. Он передал Скалли дневник.
- Дочитай, пожалуйста.
- Уверен?
Малдер кивнул.
Скалли взяла у него дневник, встала и, прислонившись к столу, продолжила читать:
«Он был пьян. Весь дрожал от слабости. Говорил невнятно и загадками. И еще задал мне чрезвычайно странный вопрос…» Голос Скалли затих.
Малдер увидел настороженность в ее взгляде.
- Что такое?
Она ответила не сразу.
- Читай, Скалли.
Малдер собрался – эмоционально и физически, приготовившись дослушать текст до конца, и крепко обхватил руками подлокотник кресла.
Скалли глубоко вздохнула и дочитала до конца.
«Он задал мне чрезвычайно странный вопрос. «Капитан Скалли, если бы ваши дети были в опасности, и вы могли бы спасти только одного, кого бы вы выбрали?»
|
| |
|
|
| Kena | Дата: Среда, 2012-08-08, 6:21 PM | Сообщение # 120 |
|
Смилодон
Группа: Орден Фикрайтеров
Сообщений: 500
Статус: Offline
| ***
Скалли замолчала и посмотрела на Малдера, который отвел глаза и зажмурился, словно не в состоянии выдерживать жалость в ее взгляде.
- Продолжай, - сказал он голосом таким хриплым, будто наглотался осколков битого стекла.
Она подчинилась.
«Меня так разозлил этот вопрос, что я чуть было его не ударил. Но потом увидел, что он и без того в агонии. Говорят, его дочь исчезла, когда была совсем маленькой. И он так никогда и не оправился. Не могу себе представить такую боль, да и не хочу, и поэтому просто ушел. Думаю, я нашел ответ на свой вопрос: Билл Малдер и его сын не представляют никакой угрозы для моей дочери. Мне стало совершенно, до жалости ясно, что Билл Малдер вообще ничего ни для кого не представляет – вероятно, даже для собственного сына».
- Он ошибался, - прошептал Малдер. – Неважно, что натворил мой отец, неважно, сколько боли нам причинил и сколько раз подводил, я все равно любил его. И все равно жаждал его одобрения, признания. Это совершенно ненормально, да?
Скалли посмотрела на него полным сочувствия взглядом.
- Малдер, он ведь твой отец. Ты любил его просто потому, что ты его сын. – Она прикоснулась к руке напарника. – Иногда большего и не требуется, и в этом нет ничего ненормального.
Малдер отстранился от ее прикосновения – стремительно и раздраженно, не в силах сдержать гнев.
- Из-за него я поверил в то, что по моей вине Саманту забрали, Скалли. Он знал, почему это произошло… Господи, да он сам принял это решение! – Малдер нервно взъерошил волосы. – Как бы я хотел, чтобы он выбрал меня вместо нее, Скалли! Чтобы они забрали меня…
Скалли отчаянно покачала головой.
- Нет.
- Тогда я хотя бы не прожил последние двадцать пять лет с этой пустотой внутри, которую ничто и никто не может заполнить. – Малдер помотал головой, и злость постепенно переросла в разочарование и грусть. – Я пытался заполнить ее, Скалли. Работой, одержимым поиском правды. Алкоголем, сексом… - Он замолчал на мгновение и взглянул Скалли в глаза. – Когда мы только начали работать вместе, я думал, что, может быть, смогу заполнить эту лакуну тобой. Что ты займешь место Саманты. Но ты не она.
Внутри у Скалли все оборвалось. Она не смогла заставить себя посмотреть на напарника, видеть его грусть и разочарование.
- Мне жаль.
Малдер протянул руку и взял ее за подбородок, вынудив посмотреть ему в глаза.
- Нет, Дана.
Скалли моргнула, изумившись вдруг прозвучавшему из его уст имени.
- Тебе предназначено в моем сердце совсем другое место. Я понял это, когда тебя забрали. – Он положил ладонь ей на шею и притянул к себе, другой рукой обхватив за плечи в болезненно крепком объятии, и нежно коснулся губами ее лба. – Когда-то меня воодушевляло то, что тебя вернули: я думал, что, быть может, и ее вернут. – Он вздохнул, и Скалли почувствовала его теплое дыхание на своих волосах. – Но этого не произойдет, ведь так?
Скалли обняла напарника за талию, пытаясь, как верный боевой товарищ, дать ему надежду, выразить сопереживание, способное облегчить мучившую его глубокую душевную боль. Но еще больше, чем сочувствие, Малдер ценил честность. А правда состояла в том, что на возвращение Саманты рассчитывать не приходилось.
Малдер отпустил ее.
- Не знаю, как ты миришься с таким невыносимым типом, как я, Скалли. Мне следует чаще тебя благодарить.
- Могу сказать о себе то же самое, Малдер, - ответила она с улыбкой. – Что теперь?
- Ну что ж, мы сняли все подозрения с твоего отца. Значит, об этом можно больше не беспокоиться.
На душе у Скалли потеплело, стоило ей только услышать облегчение в голосе Малдера. Она сожалела, что ей не удается найти какой-нибудь способ хотя бы частично очистить от скверны имя его отца. Хотя все, казалось бы, говорило об обратном, но Скалли интуитивно чувствовала, что перед смертью Билл Малдер пытался искупить хотя бы часть своих грехов. И, судя по всему, даже хотел исповедаться перед сыном до того, как его застрелили. В тот вечер, когда отца Малдера убили, а сам он плохо понимал, что происходит, из-за подмешанных в воду наркотиков, он рассказал Скалли все, что смог вспомнить, о встрече с отцом. Деталям недоставало четкости, но она вытащила из напарника достаточно фактов, подтверждающих, что Билл Малдер собирался рассказать сыну все грязные секреты, что ему пришлось хранить так долго.
В конце пути ему хотелось совершить правильный поступок. А это кое-что да значит.
- Но вопрос о Мелиссе остается открытым.
У Скалли замерло сердце.
- Наверняка мы что-то неправильно поняли в тех документах, Малдер. Не могу поверить, чтобы моя сестра пропала на два дня, а я об этом ничего не слышала. Пусть даже мне было всего девять лет. Я бы знала, что что-то произошло.
- Как еще можно понять написанное там, Скалли?
- Не знаю. – Скалли подошла к картотеке и оперлась рукой о гладкую, холодную медную ручку ящика с табличкой «1970-1980». – Должно найтись другое объяснение.
- Его-то мы и пытаемся отыскать, Скалли. Объяснение.
Она ищущим взглядом окинула лицо напарника. «Его ли ты пытаешься найти? - задумалась она, увидев жадный блеск в глазах Малдера, напряженное предвкушение, от которого все мускулы в его теле напряглись. – Или просто хочешь отыскать доказательства своей теории о похищении своей сестры? И подтвердить, что и мою сестру похищали?»
Скалли отвернулась, поддавшись внезапному приступу гнева. Черт его возьми, думала она. Чтоб она провалилась, эта его ненормальная одержимость, это эгоистичное упрямство, с которым он пытался доказать истинность своей абсолютно надуманной версии правды. Иногда она спрашивала себя, что бы произошло, найди они доказательства того, что ее похищение – результат внеземных экспериментов. Скалли знала, что втайне Малдер был совершенно в этом убежден. Он бы обрадовался? Ликовал бы? Восторжествовал бы, наконец убедившись окончательно и бесповоротно в своей правоте, пусть даже это означало бы, что против его напарницы совершили какое-то совершенно невообразимое зло? Принес бы он ее в жертву истине?
Поглощенная гневом, Скалли вдруг вспомнила ту темную ночь, когда на освещенном лунным светом мосту около города Бетесда, штат Мэриленд, Фокс Малдер обменял женщину, которую считал своей сестрой, на нее, Скалли. Она знала, что он просчитал каждую вероятность, принял все возможные меры предосторожности, чтобы ни одна из них не пострадала, но в конечном итоге напарник поставил на кон безопасность той женщины – главной цели его поиска – ради нее. И в глубине ее души, за тяжелым занавесом сомнения и страха, жила уверенность в том, что он поступил бы так и снова.
Скалли потянула ящик за ручку, и он открылся, издав низкий металлический стон. Она проглядела стопку аккуратно сложенных дневников с написанными черным жирным шрифтом на тонких корешках датами. Она нашла дневник, датированный периодом от октября 1972-го до сентября 1973-го года и, вытащив его из ящика, открыла в самом конце, и в этот момент ощутила, что Малдер подошел к ней сзади, распознала знакомое тепло его тела, проникающее сквозь плотную ткань ее одежды. Скалли закрыла глаза на секунду, пытаясь обрести присутствие духа, а потом пролистала дневник до 18 августа и проглядела записи отца за тот день.
- Он тогда был в плавании, - прошептала она, пробежав глазами перечень ежедневных обязанностей и забавных моряцких историй, записанных отцом. Скалли медленно пролистала еще несколько страниц, пытаясь отыскать какие-то упоминания Мелиссы. По-прежнему ни слова – вообще ни одного предложения о детях, кроме краткой записи о том, что он позвонил домой, как только руководство сняло режим секретности.
- Ничего нет? – спросил Малдер с разочарованием в голосе.
Скалли покачала головой, обернувшись к напарнику.
- Ничего.
- Значит, надо спросить твою мать.
- Спросить меня о чем?
У Скалли сердце ушло в пятки, когда она услышала голос матери. Она была так поглощена чтением дневника, что не заметила, как открылась дверь, и Маргарет вошла в кабинет. Скалли с облегчением положила руку на плечо матери.
- Как же ты меня испугала!
Маргарет нервно переводила взгляд с дочери на напарника.
- О чем вы хотели меня спросить, Фокс?
Скалли взяла Малдера под локоть и сжала его руку, надеясь, что он поймет ее без слов. Но если он и понял, то решил это проигнорировать.
- Миссис Скалли, в августе 1973-го Мелисса не пропадала?
Глаза миссис Скалли расширились от удивления.
- Да. Откуда вы узнали?
Скалли похолодела.
- Когда это произошло?
Маргарет прошла вглубь комнаты.
- Как и сказал Фокс, в августе. В середине месяца, кажется, точно не помню. Мелисса была тогда под Бристолем, в Вирджинии – в лагере Милосердия Пресвятой девы. Это католический лагерь для девочек.
- Я такого не помню, - возмущенно сказала Скалли.
- Тебя там не было, милая. Ты то лето провела в Мэне, в «Лагере юных ученых». Помнишь? Еще получила на церемонии первый приз.
Скалли кивнула, с трудом докапываясь до воспоминаний о тех событиях.
- Но как… Что…
Она даже не знала, какой вопрос задать первым.
- Что тогда случилось, миссис Скалли? Как долго Мелиссы не было?
- Пару дней. Она пошла одна в лес и потерялась. Ее нашли через два дня, с ней все было в порядке - устала, расцарапала коленки, вот и все. Мисси сказала, что отправилась искать триллиум* в лесу, и ее отвлекло семейство кроликов, играющих в подлеске. Она побежала за ними и потерялась, и чем больше бродила, тем меньше понимала, где находится.
[*Прим. Пер.: Триллиум – многолетнее травянистое растение]
«Как это похоже на Мелиссу, - подумала Скалли, не сумев скрыть грустную улыбку. – Всегда плохо ориентировалась и так же легко отвлекалась».
– И все? Она потерялась, а потом ее нашли?
Маргарет кивнула.
- Я даже больше не вспоминала об этом после того, как все кончилось. И твоему отцу рассказала только через несколько недель, когда он смог вырваться домой.
- А Билл и Чарли? Они никогда об этом не упоминали.
Маргарет нахмурилась, выгнув бровь, и Скалли покраснела, осознавая, что разговор стал похож на перекрестный допрос.
- Билл был в лагере для мальчиков, а Чарли тогда едва-едва исполнилось четыре – сомневаюсь, что он вообще понял, что происходит.
- А Мелисса? – спросил Малдер. – Она что-нибудь вспомнила потом? У нее не было пробелов в памяти?
Скалли и Маргарет одновременно повернулись к Малдеру, и его слегка передернуло. Во взгляде Скалли читалось предупреждение: она очень надеялась, что напарник понимает необходимость передать эстафету ей. Но, как это и случалось слишком часто, он проигнорировал напарницу.
- Она все смогла вспомнить, миссис Скалли? Рассказывала, где была, что делала? Вам не показались неубедительными ее объяснения?
- Малдер… - начала Скалли.
Маргарет резко подняла руку, оборвав дочь на полуслове и, гордо подняв голову, медленно подошла к Малдеру.
- Фокс, на что ты намекаешь?
Малдер пристально посмотрел на миссис Скалли и покраснел. Но, набравшись смелости, продолжил:
- Так что с воспоминаниями Мелиссы? Не было ли в них пробелов, миссис Скалли?
Дана с трудом сглотнула, оказавшись меж двух огней - гневом матери и вызывающим упрямством Малдера. Скалли никогда раньше не доводилось быть свидетелем конфронтации между ними, и вся ситуация казалась ей на удивление неестественной.
- Малдер, думаю, нам пора…
- Ей было одиннадцать, Фокс. Разумеется, она не могла в деталях описать каждую секунду. Не думаю, что взрослый справился бы с подобной задачей.
- Она сказала, что провела ночь под открытым небом? Или что нашла какое-то пристанище? Брошенную хижину или пещеру?
Глаза Маргарет расширились от удивления, а возмущенный комментарий замер у Скалли на губах.
- Именно так, - ответила Маргарет. – Мелисса сказала, что нашла лачугу в лесу, где и переночевала.
- Но никто в том районе и понятия не имел о существовании такого места, так?
Маргарет опасливо кивнула.
- Откуда ты знаешь?
Малдер опустил взгляд.
- Похищенные часто выдумывают такие истории, чтобы объяснить исчезновение времени. Вариант «Хижина в лесу» очень распространен: исследователи полагают, что это результат гипноза.
- Что ты этим хочешь сказать, Фокс? Что мою дочь похищали инопланетяне?
Вопрос Маргарет повис во внезапной тишине. Напряжение - тягучее и горячее – буквально переливалось через край. Скалли не знала, что думать, что чувствовать. Ее неминуемо охватывал гнев. И страх. Точнее, ужас.
- После того, что случилось с Мелиссой в 73-ем, в ее поведении никогда не замечалось никаких странностей? Она не страдала провалами в памяти? Лунатизмом? Не случались ли у нее временные параличи во сне?
- Параличи?
Скалли с ужасом взглянула на мать.
- Так бывало такое? – настойчиво переспросил Малдер.
Маргарет кивнула.
- Это страшно ее пугало. Она засыпала и внезапно ощущала себя так, будто парализована. Мисси рассказывала, что слышала голоса людей, но не могла им ответить. Не могла даже пошевелиться. Чувствовала себя ужасно - так, будто на нее навалилось что-то огромное и тяжелое и не давало дышать.
Скалли вдруг поняла, что помнит об этом. Помнит кошмары Мелиссы, ее крики, страх засыпать. Родители думали, что это связано с началом переходного возраста, и в течение года все постепенно сошло на «нет». Но после этого Мелисса стала… другой. Более спокойной. Больше сосредоточенной на своем внутреннем «я». Более мечтательной. С этого начался ее интерес к духовности и увлечение нью-эйдж.
Однажды, незадолго до того, как Мелисса покинула отчий дом и несколько лет не поддерживала никаких контактов с родными, Скалли спросила сестру, почему та обратилась к кристаллам и чакрам в поисках просветления. И тогда ей показалось, что Мисси, как обычно, ответила чересчур размыто: «Только так я ощущаю покой».
- Паралич во сне и лунатизм – типичные проявления синдрома, наступающего после похищения, вы эти признаки найдете в любом учебнике, - сказал Малдер с возбуждением человека, нашедшего подтверждение своим догадкам.
В ответ на это злость Скалли закипела с утроенной силой, и она, решительно встав между матерью и напарником, повернулась к нему.
- Никаких учебников по этому вопросу не существует, Малдер, потому что не существует никаких убедительных фактов, доказывающих наличие подобных явлений!
Малдер уставился на напарницу одновременно с гневом и жалостью.
- Скалли, что-то случилось с Мелиссой в 1973 году. Что-то, изменившее всю ее жизнь. Что-то, связанное с моим отцом и его работой…
- Твоим отцом? – вмешалась Маргарет.
Агенты одновременно повернулись к ней. Малдер коснулся пальцами руки Скалли, и она всем телом ощутила его напряженность.
- Мой отец был одним из участников заговора, целью которого являлось получение образцов тканей каждого человека, вакцинированного от оспы.
Брови Маргарет от удивления взметнулись вверх.
- С какой целью?
- Мы не знаем, - ответила Скалли, пока Малдер не запугал ее мать еще больше. – У нас нет никакой информации, которая пролила бы свет на предназначение этих тестов.
- Откуда у вас такая информация? – спросила Маргарет. – И как давно это выяснилось?
Малдер покачал головой.
- Перед смертью Мелиссы мы со Скалли обнаружили шахту в Западной Вирджинии, в которой хранилась огромная база медицинских данных. Там был файл моей сестры. И Скалли.
- Даны? – Маргарет перевела взгляд на дочь.
Скалли сжала руку матери, пытаясь успокоить.
- Мы только знаем, что там были медицинские карты. Может, это вообще ни о чем не говорит.
- Тогда нам не удалось их изъять, а когда мы туда вернулись, то обнаружили, что файлы то ли перевезли куда-то, то ли уничтожили, - добавил Малдер. – Но вполне вероятно, что там были и данные по Мелиссе.
- А это «пропавшее время», про которое ты меня расспрашивал? Думаешь, кто-то похитил мою дочь и проводил над ней какие-то… эксперименты?
- Мы ничего не утверждаем, мам, - настойчиво заверила ее Скалли, не дав напарнику ответить. – Малдер просто размышляет вслух, вот и все. – Она повернулась к нему и пригвоздила к месту разъяренным взглядом. – Мы получили ответ на наш вопрос. Думаю, пора идти.
Глаза Малдера потемнели, а губы сжались в тонкую линию.
- Придешь на ужин сегодня вечером? – спросила Маргарет.
Скалли обернулась к матери.
- Конечно.
- Вообще я задала этот вопрос Фоксу, Дана. Но тебя, разумеется, я всегда счастлива видеть.
Скалли изумленно посмотрела на мать. Ей сейчас полагалось злиться на Малдера, а не приглашать его на ужин. Но взгляд, которым миссис Скалли окинула ее напарника, скорее был умиротворенным и даже полным симпатии.
- Ты ведь тоже придешь, правда, Фокс? – спросила Маргарет.
Тот вопросительно взглянул на Скалли. Она закрыла глаза и кивнула.
- Хорошо, миссис Скалли. Приду.
Маргарет взяла дочь под руку и проводила до двери.
- Тебя я тоже жду, Дана.
Скалли снова кивнула.
- Обязательно.
Маргарет поцеловала дочь на прощание, а потом сжала руку Малдера, словно пытаясь убедить его, что он прощен. Способность ее матери любить людей, несмотря ни на что, иногда просто восхищала Дану.
- Спасибо, миссис Скалли, за вашу помощь. Я понимаю, что отвечать на мои вопросы было тяжело.
- Если вспомню что-нибудь еще, обязательно сообщу, - заверила его Маргарет. – Ну что, до встречи в половине седьмого?
Скалли кивнула и еще раз обняла мать. Когда дверь за ними закрылась, она прошла на шаг впереди Малдера к машине, а потом резко развернулась на каблуках и схватила его за грудки.
- Ты что, черт возьми, себе позволяешь?
|
| |
|
|
|
