Останься...

Усталость… Бесконечная усталость…. Больше всего на свете хочется просто отдохнуть. Закрыть глаза и ничего не видеть. Спать. Уйти от этого мира, чтобы никогда больше не чувствовать, не бояться и не жить. Умереть.
Пуля, выпущенная обыкновенным грабителем в банке, могла отправить его отдохнуть. Навсегда. Что такое смерть? Сейчас ему кажется, что это отдых, а значит счастье. Бесконечные поиски, отчаяние, преследования и побеги останутся позади. Что было в его жизни, ради чего стоит жить? Семья? Нет у него семьи. Счастье? А что это такое? Дружба? Да… дружба была, да и есть до тех пор, пока он не умер. Любовь?... любовь… ему бы очень хотелось, чтобы она была. Была и с ее стороны тоже… Она? Да, она у него есть, это точно! И он у нее есть, пока…. А нужен ли он ей? Он погубил ее карьеру, по его вине ее похищали, он виноват во всем, что с ней случается плохого! Ведь она у него есть, и его любовь к ней тоже есть! Так не лучше ли ей будет без него? Она - женщина, она хочет простого человеческого счастья, семью, детей, спокойствие…. А что может дать ей он? Бесконечные поиски, волнения, одну лишь надежду на покой, безумные идеи и зеленых человечков, в которых она даже не верит? Он редко задумывался об этом, но сейчас… сейчас все воспоминания, все мысли сделались слишком яркими. Он вспоминал об их совместной работе. С самого первого дня. Пережить все заново, осознать что-то ускользнувшее от него ранее. Не каждому дан такой шанс. Увидеть снова, как она входит в его офис. Такая молодая, полная жизни и желания работать. Работать с ним – самым большим психом из ФБР. Увидеть их первое дело, красный крест на дороге, безумный смех под дождем, разговор в мотеле так много давший их дальнейшим взаимоотношениям…. Увидеть ее горе на похоронах отца, ее веру в закоренелого преступника, которому даже он сам не верил, ее боль, когда его подстрелили…. Увидеть ее фотографию в багажнике машины Дуэйна Бэрри, ее бледное лицо на больничных подушках. Ее решимость, когда она стреляла в него, ее ревность под воздействием хоровода планет, ее болезнь, ее дочь, ее боль, ее отчаяние… Ее радость и ее слезы! Господи, как много они пережили за эти годы! Он не может жить без нее…. А она? Подумал ли он каково будет ей, когда он уйдет? Стоит только вспомнить ее глаза… в моменты счастья и радости, в моменты горя и печали, в моменты гнева и раздражения. Никогда он не видел в них осуждение, сожаление о ее выборе. Да, бывало она сердилась на него. Но ее глаза оставались теплыми и… любящими? Сможет ли он поверить в это? Может, следует только вспомнить? Выражение этих глаз в каждый момент времени, проведенный рядом с ним? Почему он не хотел тогда видеть очевидное? А сейчас поздно, он решил отдохнуть от всего. Отдохнуть от жизни….
Яркий сон из воспоминаний прерывал голос, доносящийся издалека. Такой знакомый и любимый… голос что-то просил, на лицо капало что-то мокрое. Надо просто сосредоточиться на словах… Но как приятно засыпать, слыша только лишь этот голос….
Она просила остаться. Не уходить и бороться, шептала, не сможет без него, что он всегда такой одержимый и упорный просто не может вот так просто уйти сейчас, бросить ее. Ведь он так дорог ей, ведь она…. она…. любит его, в конце концов, а он этого не понимает!
Он купался в этом голосе, почти не вникая в слова. Ведь он уже решил отдохнуть….
Но сквозь пелену затмения к нему смогло прорваться лишь слово: «люблю»… Она это сказала? Очарование сна постепенно гасло, а звуки становились четче. Ее слова уже воспринимались его усталым мозгом. Она просила его остаться… Она плакала… Она приказывала ему и умаляла… Господи, как она страдала, как ей было больно! Неужели все это из-за него? Она раскрылась ему, обнажила всю свою душу…. Ему стоило только заглянуть туда, как любые мысли об отдыхе ушли в никуда! Ее робкая улыбка, когда он открыл глаза, - вот ради чего стоило жить! Пусть не долго, но она будет счастлива рядом с ним!
Взрыв. Столп огня. Ее лицо рядом с его. Счастье. А завтра все с начала, еще долго-долго с незначительными изменениями. Пока они не выберутся из замкнутого круга. Завтра – через тысячу лет – будет вторник, и они не вспомнят о сегодняшнем дне. Но их души навсегда запечатлели момент недолгого счастья, торжества признания любви….

А не знаю... по мне что-то в этом фике не то.... %)

Автор: Philiater
Перевод: Моник
Обратная связь: Я была бы очень признательна monik_99@mail.ru
Оценка: NС-17
Предупреждение: Здесь все очень мрачно, подавляюще и жестоко.
Время действия: Это могло случиться в любое время после 5 сезона.
Правовая оговорка: Не мои, и никогда ими не были.

Разъедание души

Мне нравится быть сверху, но не имеет значение то, что я люблю или то о чем я думаю. Все это – о нем, и о том, что любит он. А ему нравится, когда я внизу.
Когда я под ним, он может нависать надо мной, используя свой размер и силу, чтоб вжимать меня в матрац. Он может закрыть глаза и притвориться, что я это кто-то другой, так как он делает это сейчас.
В начале он потребовал, что она не стонала бы его имя под ним, но я знала лучше. Именно поэтому я и была выбрана. Выбрана не только из за моего лица, но также из за моего роста, цвета волос.
Формы моего рта.
В первый раз, когда я заметила, как он стоит, уставившись на мой рот, я подумала, что он хочет увидеть «мои» губы, обернутые вокруг его члена. Я тогда и понятия не имела, насколько далека от истины.
В начале, все это казалось таким замечательным. Мы претворяли в жизнь все его самые темные фантазии: секс на вершине его столе, на столе переговоров, я на коленях под его столом, ублажая его. Он однажды даже ответил по телефону, когда я держала его член во рту. Он мог быть иногда таким холодным ублюдком.
Мы никогда не говорили о предохранении или контрацептивах. Возможно, я догадывалась, что он воспринимал фантазию слишком близко: ее бесплодие стало моим бесплодием.
Он стал эмоционально отдаляться, пока секс не стал небрежным. К тому времени было уже поздно, я уже была безнадежно в него влюблена; в его силу, власть, в его тело. Постепенно я перестала безропотно принимать все его требования, такие как быть трахнутой в остановившемся между этажами лифте.
Никто из нас не был удовлетворен друг другом. Это было бесчувственное и пустое существование.
Когда я почувствовала, что с меня достаточно, я противостояла ему, надев костюм идентичный с ее, и прической точно такой же как у нее. В тот день он пришел на работу раньше обычного, и увидел меня сидящую там в своем маленьком костюме ФБР. Он вызвал меня к себе в офис немедленно.
"Сними это, " пробормотал он, расстегивая пуговицы.
Я дотронулась до его паха, и поняла, что он был абсолютно тверд. Он грубо толкал себя в мою руку. И я поняла, что он был уже полностью погружен в свою фантазию.
"Я – не она, " услышала я свой шепот.
"Что?" спросил он, целуя мою шею, его большие руки охватили под юбкой мои ягодицы.
" Я – не Ск-"
Он накрыл ртом мои губы, грубо вталкивая свой язык в мое горло. Я начала сопротивляться, тогда он схватил и уложил меня на грубый шерстяной ковер.
"Подожди меня," задыхалась я, когда он стал срывать с меня колготки, но он не слышал. Я была объектом его желания, а он мужчина, обладающий этим объектом.
Моя юбка была задрана наверх, трусы сорваны. Чувствуя себя побежденной, я закрыла глаза и стала ждать проникновения.
Этого не произошло.
Я почувствовала мягкий поцелуй на внутренней стороне бедра. Губы скользнули ниже, и его язык зарылся в меня, найдя клитор. Чистое, яркое и острое удовольствие внезапно накрыло меня с головой.
Я посмотрела вниз и сильно кончила, когда увидела его лысую макушку между моих ног. Ему пришлось закрыть мой рот рукой, чтоб предохранить от громкого крика. Тогда я знала, что он всего лишь отблагодарил меня за сходство с ней.
Я все еще дрожала от оргазма, когда он перевернул меня. Он вошел в меня сзади, его толчки были резкими и частыми. Когда он, наконец, кончил, случилось то, чего я боялась больше всего.
"Скалли!"
Его тело обмякло, он был все еще тверд, все еще захоронен во мне, но мысли его были с ней.
"Ким," произнесла я категорически.